Дамбалла

Девушка не заметила, когда он успел раздеться — теперь на нем были только набедренная повязка и маска, гораздо большая, чем та, которая висела в его комнате! Сначала она подумала, что это маска козла, но присмотревшись, она поняла, что на самом деле — это голова рогатого змея с бесчувственными, но необычайно живыми глазами, бывшими точной копией глаз самого Мбене. В очертаниях маски легко можно было разглядеть очертания перевернутой пентаграммы, два верхних конца которой представляли прямые рога, два боковые — необычайной длины клыки, торчавшие изо рта змея, а один нижний — заостренную морду. Необычайно пластично двигаясь, Мбене все больше становился похож на того змея, которого изображал. Извиваясь, он совершал круги вокруг распростертого негра, шипя при этом так, что это было слышно даже сквозь бой барабанов и пение хора. Должно быть, подумала Лена, это и есть Дамбалла, который — тут ее передернуло — научил черных убивать белых… и пить их кровь? Она и представить себе не могла, что присутствует сейчас при ритуале более древнем, чем камни Баальбека и Иерихона, чем идолы острова Пасхи и даже чем погребенные под толщами ила храмы Атлантиды… Тем временем «убитый» негр тоже зашевелился, поднялся на ноги, но тут же упал на колени и принялся в экстазе биться головой об пол перед пляшущим Мбене. В окружавшей их толпе раздались громкие крики, полные восторга:«Дамбалла! Дамбалла!». И чернокожий поднялся с колен, тоже пустившись в неистовую змеиную пляску вслед за своим первобытным божеством, и движения его все более и более напоминали движения самого Мбене. Тут в центре помещения снова появился белый парень, вооруженный копьем. Он снова заскакал в воинственной пляске, потрясая оружием, но Дамбалла-Мбене прервал свой танец и указал пальцем на белого, и чернокожий медленно стал приближаться к своему противнику. Тощий парень изобразил испуг, выронил копье и упал на колени, протягивая попеременно руки к Дамбалле и к приближающемуся чернокожему, моля о пощаде. Но — тщетно. «Восставший из мертвых» негр поднял с пола копье, выроненное белым и вдруг нанес стремительный, хоть и не смертельный, удар в горло белого парня. Лена снова вскрикнула от неожиданности, а негр, на этот раз вышедший победителем из схватки с белым, приник ртом к кровоточащей ране на шее поверженного противника и с отвратительными сосущими звуками пил его кровь. Финалом же этой дикой мистерии стало тело белого парня, которое попирал негр-победитель, а вокруг них в своей змеиной пляске вился Дамбалла-Мбене. Затем рокот барабанов оборвался, и участники ритуала смешались с толпой.

Когда Мбене и Лена покинули подвал, к ним снова подбежал щуплый парень с повязкой на шее:

— Мганга, я не подвел тебя?

Мбене покачал головой:

— Совсем нет. Я научу тебя не только тому, чему обещал, но даже тому, о чем ты не мог и подозревать.

— Спасибо, мганга! — белый парень буквально захлебнулся от восторга, провожая глазами уходящего в ночь чернокожего, который словно бы сразу позабыл о его существовании, и его испуганную спутницу.

Через некоторое время Мбене сам нарушил молчание, которое он и Лена хранили с момента, когда покинули подвал:

— Ну, спрашивай. Я отвечу на все твои вопросы.

— Объясни мне только одно: что все это значит?

Мбене кивнул:

— Ты удостоилась чести увидеть то, как мы славим змея Дамбаллу за то, что он ведет нас все к новым победам.

— Победам над кем?

— Видишь ли, белые и черные воевали всегда, и воевали везде, где бы они не встречались. Жизнь и процветание одних всегда приводили к гибели и вырождению других… — А разве я — не белая? Почему же ты… — Змей Дамбалла научил нас не только обретать силу во вражеской крови. Он научил нас главному — побеждать врагов не только на поле боя. Рожденный от черного и белой всегда ближе к черным, чем к белым. Теперь белые, когда-то не считавшие нас за людей, стыдятся собственного прошлого и закрывают глаза на все различия рас. Они, гордившиеся достижениями своей цивилизации, танцуют наши танцы и носят нашу одежду. И им кажется, что великая война окончена. Но если приглядеться, то и сейчас можно хорошо разглядеть победителя и побежденного. Только роли поменялись… Хотя кому я это говорю? Белой шлюхе… Лена выдернула свою ладонь из руки Мбене:

— Как… Как ты меня назвал?

— А что, что-то не так? Я никогда не променяю память о грохоте барабанов лесных людей в полнолуние на все прелести вашей цивилизации, а тебе нужно только чтобы тебя кто-то хорошенько оттрахал, и не имеет значения — черный, белый, желтый! Я верен Богам своего народа, а где ваши Боги — Вотан, Юпитер, Перун, и что они значат для тебя? Поэтому я — твой господин, а ты — просто шлюха.