Дамбалла

Крашеный парень от восторга даже не нашел, что сказать, и еще раз поклонился. Мбене взял за руку оцепеневшую от удивления спутницу и повел куда-то вниз, по бесконечной темной лестнице, а затем — по слабо освещенному коридору, пока наконец они не оказались в большом подземном помещении, наполненном множеством народа. В основном здесь были чернокожие иностранцы, многих из которых Лена видела в общежитии для иностранцев, когда приходила к бойфренду. Почему-то в большинстве своем они были обнажены по пояс, а когда девушка присмотрелась, то увидела, что из одежды на них только какие-то набедренные повязки, как в приключенческих фильмах про дикарей. Были здесь и белые, но значительно меньше — про одних из их числа Лена слышала, что они связаны с наркобизнесом, другие напоминали встреченного у входа в подвал тощего паренька. Люди стояли так, что в середине помещения было достаточно большое свободное пространство, по окружности которого были расставлены, как показалось Лене, какие-то бочки. Подвал освещался факелами, которые частью висели на стенах, а частью — были в руках у присутствующих. В воздухе был разлит сладковатый запах, от которого у девушки сначала закружилась голова, но затем это состояние быстро прошло.

Вошедшего Мбене приветствовали сдержанным гулом голосов, который постепенно затих. Бойфренд подвел Лену к месту, с которого ей хорошо была видно пустое пространство в середине помещения и приказал:

— Смотри.

— Ой, а что тут будет? — спросила она, догадываясь, что ее парень играет тут не последнюю роль.

— Танцы.

— Мбене снова улыбался, как когда-то, в давнюю лунную ночь. Лена вдруг подумала, что сегодня — тоже полнолуние.

— А ты тоже будешь танцевать?

— Да. Если тебе не все будет понятно, я потом объясню. Смотри!

Сверхъестественным образом внимание Лены оказалось приковано к пустому пространству в центре. Неожиданно подвал наполнился ритмичным рокотом — она поняла, что приняла за бочки большие барабаны, в которые теперь барабанили несколько чернокожих. Чуть позже к этой первобытной музыке, напоминавшей о чернильных ночах над Конго и о джунглях, в которых еще не ступала нога цивилизованного белого человека, присоединились голоса: хор мужских и женских голосов раз за разом повторял что-то вроде «Э — йа, э — хэ -хэ — йа! Э — йа, э — хэ — хэ — йа!» А затем в центр помещения выбежала совершенно обнаженная чернокожая девушка и начала необычный танец, весь, казалось, состоявший из медленных поворотов и движения против часовой стрелки вдоль границы свободного пространства. Больше всего эта негритянка напоминала ожившую статую из черного дерева, вроде тех, что хранил в своей комнате Мбене. Лене показалось, что воздух вокруг танцующей переливается всеми цветами радуги и странно вибрирует, словно уплотняясь. Она вопросительно посмотрела на своего спутника. Мбене наклонился к ее уху и негромко сказал:

— Это Огненная Спираль Мнааве, возникшая в первоначальном Хаосе. Из нее родился весь наш мир, и все живое, и все людские расы и племена.

Негритянка завершила свой медленный танец огромным прыжком с одного конца свободного пространства на другой, и затерялась в толпе. Ее место заняли высокий негр и тот белый парень, который кланялся Мбене, оба в набедренных повязках и с какими-то палками, которые, когда Лена пригляделась, оказались миниатюрными копьями. На фоне своего мускулистого визави белый парень выглядел еще более тщедушным. Под неизменный ритм барабанов они принялись умело изображать своим танцем поединок, причем верх одерживал белый, постепенно оттесняя черного к толпе. Наконец, чернокожий упал на колени, а белый парень гордо вскинул голову и поднял руку с копьем.

Снова раздался шепот Мбене:

— Древняя, как мир, война… Белые выходили в ней победителями. Из года в год, из столетия в столетие. И тогда пришел Великий Змей Дамбалла, научивший нас убивать белых и пить их кровь, чтобы с каждым убийством становиться сильнее.

В это мгновение щуплый белый паренек резко опустил копье вниз, и воткнул короткое острие в грудь распростертого у его ног негра. Лена вскрикнула от ужаса и неожиданности. Чернокожий дернулся и остался неподвижно лежать на спине, а белый, триумфально потрясая копьем, покинул центр подвала. И тогда толпа рядом с Леной расступилась, и на свободное пространство вышел Мбене.