Делай, что должно. Хранители

— Скажу, что медленное выгорание — не приговор, его можно остановить, если разобраться в причинах и отыскать способ, нэх. Мы два дня провели в библиотеке, перекапывая дневники нэх и не только. Этого мало, конечно, но, если у нас будет время, чтобы систематизировать и проанализировать информацию… Истоки болезни магов, которую называют медленным выгоранием, можно найти. А когда будет найдена причина — отыщется и лекарство.

— И что же было лекарством здесь, как ты думаешь? — вопрос был задан максимально мягко, чтобы не спугнуть и не давить, а показать: его внимательно слушают, просто хотят узнать именно его, Аэно, выводы.

Аэно смутился, закраснел ушами.

— У каждого человека в мире есть… корни. Как у трав и цветов. Если надломить стебель, оставив корень живым, появится новый росток. Если резануть корень… Может случиться по-разному. Один цветок погибнет, а другой вцепится в землю оставшимися корешками и снова будет цвести, да еще и пышнее прежнего. Смотря как ухаживать. Выгорающие медленно маги — и есть такие цветы. Они еще цепляются за землю, надо только помочь.

Ответом ему было молчание, задумчивое и деятельное. Как когда-то ветерки носили шепотки нехо, так и здесь огонь потрескивал, подрагивал камень, и в этой глубинной дрожи невнятно слышались слова и фразы, пробегающие по кругу. Совет Чести обсуждал случившееся, прикидывал, что делать.

Новый Хранитель — это, конечно, хорошо, новый Хранитель из Светлых земель — лучше вдвойне. Но это все было ясно и так, и Совет уже увидел, что хотел, а нехо Аирэн и без того вел плотную переписку с Ташертисом. Но вот возможность спасти попавших в смертельную ловушку нэх…

— Нэх Чезара Отважная, — сказал кто-то за спиной.

— Да, она.

— Пожалуй.

Совет пришел к решению, и говорили уже вслух.

— Она выгорает, хотя сама еще не понимает этого.

— Попытайтесь помочь ей, — велел земляной, как бы не родня тем двоим, встреченным у Шатала. — После мы соберемся снова.

— Как бы ни повернулась её судьба, — кивнула огненная нэх. — Идите, хранители. Мы ждем вестей.

Глава 5

Поднявшись на улицу, Кэльх не спешил уходить. Видел, как почти приплясывает от нетерпения Аэно, понимал, что тому не терпится вернуться в библиотеку или сделать хоть что-то, чтобы выпустить переполнявшую тело силу. Но только подставлял теплому ветерку вспотевший лоб и взглядом просил подождать еще немного.

Ждали не зря, знакомая нэх вскоре появилась из дверей, улыбнулась уже широко, открыто, первая шагнула обнять. Кэльх легонько стиснул её, получив за это острым кулаком в бок, рассмеялся — так это было привычно.

— Аэно, это Кайса Мудрая, старшая сестра Чемса.

— Рад приветствовать, нэх Кайса, — Аэно заставил себя успокоиться, внимательно вглядеться в лицо женщины. Вот, значит, отчего показалось, что оно знакомо. Хотя Чемса он видел всего один раз, но запомнил отчетливо, впрочем, он вообще запоминал многое, даже что не требовалось.

Несостоявшаяся его родственница производила такое же впечатление, как ее брат. Там, на Совете, она была похожа на застывшую лаву, сейчас корку взломали — и проглядывал живой огонь. Вот особенно когда поймала обоих под локти и потащила куда-то, только охнуть и успели. Девчонка девчонкой, хотя на вид старше Кэльха.

О делах не говорили, сложно говорить, когда дыхание сбивается от быстрого шага. Аэно вообще не понимал, куда они идут, Кэльх тоже крутил головой по сторонам, пытался запомнить дорогу, пока они, нырнув в широкую арку, не оказались в залитом солнцем дворике. Там, под разноцветными полотняными тентами, внезапно обнаружились небольшие деревянные помосты с низенькими столиками в центре. За одним таким сидели горожане, шумной веселой компанией, обсуждая что-то так быстро, что слова сливались в один поток. Ошеломляюще пахло едой, специями и чем-то незнакомым.

Кайса потянула в дальний угол, где потише, первая села на помост, стянув сапожки, чтобы не перепачкать светлое дерево, и скрестив ноги. Кэльх, разобравшись, куда они пришли, последовал её примеру, уверенно сделав заказ, когда они втроем уселись за столиком, а от здания к ним метнулся смуглый щуплый мальчонка, при ближайшем рассмотрении оказавшейся девицей. Запомнив, что хотят гости, она умчалась, а Кайса наконец хмыкнула.

— Ну вот, теперь можно и о делах.

Аэно навострил уши, хотя в глубине души считал, что говорить о делах, когда вокруг так пахнет — несусветная глупость. Сперва стоило поесть, чтобы ворчание пустых желудков не отвлекало от разговора. Или же вообще не ходить в едальню, а сперва все, что хотела сказать нэх Кайса, обсудить, не пробуждая аппетит. Но его тут не спрашивали, поэтому он промолчал, внимательно глядя на женщину. Надеялся только, что говорить она будет хоть немного помедленнее, чем те стрекотухи с соседнего помоста.

— Кайса, помилуй, мы уже не на Совете, — Кэльх как будто прочитал мысли Аэно. — И с утра ничего не ели…

— … потому что засели в библиотеке и носа оттуда не высовываете! Шатал говорил, что скоро сами как Замс станете. Ла-адно, — протянула она. — Так и быть.