Делай, что должно. Хранители

— Не этин. Нэх Кэльх Солнечный Хранитель, хотя вам, должно быть, просто изменила память. Или отец не поставил в известность о событиях на Совете шестилетней давности? — столь же лениво заметил Аэно, делая вид, что не услышал окончания реплики нехина.

— Который, тем не менее, подрабатывал простым учителем. К тому же, я слышал, от этих темных Хранителей отказываются их рода? Нехо Аирэн недавно уже принял в семью одного сына, действительно… Хотя здесь бы я не был столь уверен, сына ли, — нехин уже откровенно насмехался, да и вокруг послышались смешки.

Тому была причина: волосы Кэльх сегодня собрал, заколов заколкой, и на шее, наполовину скрытое воротом, темнело пятно, явственно оставленное жестким поцелуем. Тоже маленький провокационный момент, глядя на который нехо Тамириль поутру лишь головой покачал.

— Боюсь, слышать-то вы могли, а вот слушать, увы, не умеете, нехин Леам. Или вам просто не дано понимать услышанное. Говорят, так бывает, если воспитание в роду несколько косное и устаревшее, — Аэно выжидал, провоцировал, краем глаза отслеживая степень заинтересованности окружающих. И ярости Леама.

— А ваше, я понимаю, раскрепощенное донельзя? Ну, неудивительно, если завтра на Совете род анн-Теалья анн-Эфар лишат звания Чистейшего. С учетом таких-то пятен…

— Вам завидно, должно быть, — Аэно оскалился в усмешке. — С учетом вашей репутации, даже таких пятен вам не дождаться.

Намек был прозрачен более чем: нехин Леам до сих пор не был женат, что в его возрасте уже выглядело несколько странно.

— Что бы ты понимал, глупый горский мальчишка… Или, думаете, я по примеру Теиля буду на старые обглоданные кости бросаться?

— Я передам своему нехину ваше мнение о его супруге, — сухо заметил Кэльх, заставив Леама перекривиться. — Что касается «горского мальчишки» — в прошлый раз вы были о нем куда более высокого мнения, нехин, вызвав на бой едва ли не сразу после принятия Стихии. Помнится, тогда вы были куда менее словоохотливы… Что же заставляет вас молоть языком сейчас?

Леам пошел пятнами, должно быть, не ожидал ответа от молчаливого темного. И, как и предполагал Аэно, взъярился от него разом настолько, что немедленно бросил вызов на поединок.

— И с кем же из нас вы желаете сразиться? — осведомился Аэно, в глубине души моля Стихии, чтобы нехин анн-Матонаи поступил так, как предписывал Кодекс, а не посвоевольничал.

— Или здесь не найдется никого, кто пожелал бы помочь вам в бою? — плеснул еще масла в огонь Кэльх, демонстративно приобняв Аэно за плечи, укрывая полой плаща, перья на котором — пока еще только вышитые — недобро поблескивали.

Кандидат, как ни странно, нашелся: какой-то дальний родич, не слишком охотно вышедший на зов Леама. По лицу было видно, что с куда большим удовольствием понаблюдал бы за поединком со стороны, но деваться некуда, а значит, будет драться. Еще более несчастным его выражение стало, когда по дороге в дуэльный зал — был в поместье и такой — Леам что-то нашептал ему на ухо. Кэльх за счет роста заметил это в толпе, с удовольствием обсуждающей предстоящую схватку.

На огневиков не ставил никто, скорее рассуждали, сколько они продержатся: минуту, две, целых пять? Нехо Тенаиль сыну ничего не сказал, лишь недовольно кривил губы. Кажется, в его планы вздорность Леама слегка не входила, и нехин получит от всей широты отцовской души, когда все это закончится. Нехо Аирэн же, наоборот, выглядел спокойным, но ветра нет-нет да вздрагивали, обтекая его и Айто.

— Кэлэх амэ, — Аэно чуть сжал ладонь Кэльха и медленно заговорил на горском диалекте, выбирая самые простые и понятные слова: — Держи щит. Держись за спиной. Хорошо?

Тот в ответ лишь кивнул. Он и так не собирался лезть вперед. Сейчас его задача — прикрывать обоих от возможных подлых приемов. А задача Аэно — выиграть этот бой. С кровью или нет… Как повезет, зависит от поведения Леама.

Аэно быстро осмотрел дуэльный зал: в нем, как и в Зале Стихий, обязаны были присутствовать атрибуты всех четырех. Отметил поддон с жалкой кучкой гальки, огромный бассейн, распахнутое настежь окно и сыроватые дрова, небрежно сваленные у погасшего камина. Разжигать огонь он собирался сам, прикинув, что должен уложиться примерно в полчаса, на большее не хватит топлива. Но этого должно было быть достаточно, он и не хотел слишком затягивать поединок. Нехо Тамириль уже в доме, об этом было условлено. Где кабинет брата — знает. Вопрос, сколько времени потребуется на обыск, и не спугнет ли его кто-то. Минут пятнадцать поединок точно должен продлиться, дольше — как получится. Аэно еще раз покосился на Кэльха, но тот стоял спокойный, глядя на отошедших к бассейну водников.

Много силы… А на каминном жерле все те же решетки. Аэно нехорошо усмехнулся. Решетки Лиама не спасут. Он оскорбил всех, до кого только дотянулся, а по законам Эфара такие оскорбления смываются только кровью.

— Отец, я прошу вас держать щит воздуха. Не хотелось бы, чтобы пострадали невинные. Нехо анн-Матонаи, среди ваших гостей есть кто-то, кто мог бы выставить второй воздушный щит?