Делай, что должно. Хранители

— Не стоит, — откликнулся нехо Аирэн. — Мы с Айто справимся.

Тот с охотой кивнул: он тоже не особенно доверял собравшимся, которые могли опустить щит в самый неподходящий момент, и вообще, они четверо слишком ожидали любой возможной подлости. Скрипнули створки окна, запели ветра, складываясь сразу в две почти видимые стены. Потоки воздуха, поднятые нехо Аирэном, отгородили столпившихся зрителей, а за ними нерушимой стеной встали ветра Айто. Вспыхнули, разгораясь с треском, дрова.

— Начинайте, — нехотя бросил нехо Тенаиль, вынужденный следить за боем, как хозяин дома.

Спешить никто не спешил. У водников было преимущество: время. Поэтому они неторопливо создали свое оружие — у второго оказалось длинное, зазубренное копье, неплохо дополнившее щит и трезубец Леама. Глядели они с превосходством, до тех пор, пока Кэльх, усмехнувшись, не оделся в перья. Вот тут уже поползли шепотки: «Солнечный, и правда Солнечный!»

В руках Аэно возникла его любимая обережь, вот только вместо граненых наконечников ее концы венчали два небольших серпообразных лезвия. Одно из них, на коротком отрезке обережи, закрутилось в сплошной сияющий щит, отразивший первый удар трезубца. Второе, выметнувшись из-под него, рассекло древко копья, заставляя второго водника в панике отступить к самой ветровой границе и спешно призывать для себя новое оружие. Слишком быстро. Он попросту не ожидал от варвара такого умения управлять стихией.

Леам тоже отступил, почти оскалившись. «Мальчишка» оказался с подвохом, нахрапом не возьмешь — и это еще второй огневик не вступал, стоял у самого камина, будто вовсе не собирался участвовать в бою. Но, стоило Леаму пустить воду по полу, пытаясь сбить Аэно с ног — и на её пути встала огненная стена, с ревом испарив всю влагу. Пар взвился столбом — в стороны откатились оба, — вот только Аэно, на мгновение окутавшемуся огнем, нисколько не повредил. Пользуясь завесой этого пара, он ударил снова, прекрасно видя силуэты врагов. Он привык к туманным утрам, он знал, как ориентироваться в густой молочной завесе. Сейчас он еще и отчетливо ощущал чужой дымный огонь жизни. Огненные серпы золотыми молниями пронизали пространство, один из них пронесся буквально в волосе от лица партнера Леама, его волосы вспыхнули вместе с вплетенными в них лентами. Аэно растянул губы в злобной рысьей усмешке.

Они с Кэльхом были парой, чувствовали друг друга. Леаму же было плевать на партнера. Он снова нападал, пока второй водник пытался сбить крайне неохотно гаснущее пламя. Волна, волна, еще волна; Аэно метнулся в сторону раз, другой, не попадаясь на старую уловку. Вода разбивалась о стену, пока Леам не послал широкий вал, метнувшись следом, целя ударить, оглушить и добить трезубцем. И отлетел прочь: прорывая воду взмахом крыльев, от камина с криком вылетел Чи'ат.

— Да откуда в вас столько силы?! — прошипел Леам, поднимаясь на ноги.

Следом за огненной птицей, не давая ему опомниться, снова метнулась огненная обережь, серп рассек разом широкий рукав и руку Леама, лишая его возможности призвать щит, рассеявшийся от удара о пол. Второй конец захлестнул трезубец, от их соприкосновения хлестнули струи раскаленного пара. Чи`ат ударил крыльями едва победившего пламя второго водника, а из камина прыгнула рысь: Аэно, вливая силы в обережь, не позволял трезубцу освободиться, Леам тоже был занят тем, чтобы не потерять свое оружие, и открылся для удара. Рысь рванула его бок, отпрыгнула, метнулась вперед и снова ударила по уже раненой руке. Хрустнула кость, Леам не заорал, но лицо побелело, будто морская пена. Резко провернув трезубец, он скинул обережь, попытался ткнуть зверя в бок, но лишь скользнул остриями по огненному меху, выбив крошечные облачка пара.

— Довольно! — рявкнул нехо Тенаиль.

С такими ранами продолжать бой тяжело даже опытному бойцу.

— Нет, я все равно его достану! — Леам бросился вперед, то ли рассчитывая проткнуть Аэно в самоубийственной атаке, то ли просто потеряв рассудок от боли и гнева. Уруш прыгнул ему на спину и сомкнул страшенные клыки на шее. Хруст позвонков был четко слышен даже сквозь вой ветра, шипение пара и гневный клекот Чи`ата, придавившего крылом второго водника, подвывающего от боли в обожженном лице. Потом Чи'ат исчез, пар потихоньку рассеивался под потолком, а стену ветров убрали, в ней больше не было необходимости. Даже водник затих, скорчившись на полу и закрывая лицо руками.

— Вот теперь действительно довольно, — спокойно сообщил Кэльх в наступившей тишине. — Нехин Леам ответил за свои слова, и нынешние, и прошлые. Кто-то еще желает что-то доказать нашей паре?

Аэно отозвал гневно фыркающего Уруша и рассеял его, как и обережь. Отошел к Кэльху, снова взял его за руку. В дуэльной зале стояла гробовая тишина.