Демон-хранитель

Это было последним словом. Потом уже не было ничего: ни слов, ни звуков, ни мыслей. Та грань, за которой чернела пропасть Нижнего мира, стала не просто видимой — она стала пугающе реальной и ощутимой. Только не это, только не это, только…

— Есть ли тебе что сказать? Можешь ли ты убедить меня не делать этого?

Его жалкое существование повисло на волоске, на расстоянии одного дыхания от пропасти. Советник ждал.

— Я… — и как у него хватало сил на какие-то мысли? — имею право… Желание… Она до сих пор должна мне его…

Весы его жизни зависли в пространстве. Советник размышлял.

— И ты готов выкупить им свою жизнь? Быстро же ты сломался, лучник.

— Я сделаю всё, что угодно… я не готов возвращаться обратно…

Неведомая сила оттолкнула его от страшной пропасти. Сердце пропустило удар и забилось с новой силой. Оно поняло, что будет жить.

— Хорошо… Это очень хорошо…

Глава 21. Задание Деймоса

За окном лил октябрьский дождь — серый, тяжёлый, проникающий всюду своей удушливой влагой. Сильный северо-восточный ветер сорвал последние листья с деревьев на городских улицах, лишь отдельные багровые и жёлтые пятна продолжали гнить на ветвях. Солнце не показывалось уже несколько дней, а над городом висела огромная неподвижная туча. Когда задувал ветер, казалось, что погода вот-вот изменится, туча сдвинется со своего насиженного места и откроет небо для света — но ещё не все излишки влаги покинули тучу, а с ними та уходить не желала.

Лишённые, разумеется, сидели дома и старались не выходить на улицу без нужды. Редкие прохожие, мелькавшие на тротуаре по ту сторону оконного стекла, проносились резко и стремительно, защищаясь зонтами от отвесного ливня. И снова на улице лишь вода и пустота.

Я лежала на мягком, тщательно начищенном ковре головой к окну и смотрела на прозрачные струи, стекавшие по стеклу извилистыми линиями. Шея была запрокинута в ужасно неудобном положении, но мне было лень вставать, поэтому я не двигалась с места. Мир медленно кружился вокруг меня — или я вокруг мира. Я уже так долго оставалась на одном месте, что мой разум был согласен на любую иллюзию движения.

Шёл пятый день моего домашнего ареста.

Когда в кинотеатр пришёл Арсений, хранитель Влада, я пожалела, что не телепортировалась вместе с Корнелом. Первым делом старший ангел, чьего истинного имени я так и не узнала (а был он явно выше Матвея в иерархии Анжелии), отчитал меня за то, что я себя так вызывающе вела с момента моего появления во Внешнем мире. Затем досталось Матвею, не сумевшему вовремя взять ситуацию под контроль и едва не провалившему задание. Даже Дима с Катей получили свою порцию люлей — за то, что таскались с нами и тем самым подвергли себя опасности.

— Вы не ангелы и не демоны, вы всего лишь люди, лишённые высших сил. Глупо было надеяться помочь друзьям! Разве вы не понимаете, что стали для них обузой? — горячился Арсений.

— По-вашему, бежать куда глаза глядят было безопаснее? — фыркнула Катя. Обычная невозмутимость вернулась к ней, и девушка не испытывала ни малейшего страха, находясь рядом с ангелом.

— Действительно, — нерешительно произнёс Матвей, — К тому же их обоих могли использовать в качестве заложников, чтобы выманить нас, разве нет?

А вот юный Леонерий боялся своего старшего коллегу. Ну ладно, не боялся. Скажем так: чересчур сильно уважал.

И почему-то эта мысль приносила мне немалое удовлетворение.

— Вы переоцениваете противника. Опасность, которая грозила вашим хранимым в случае их отступления, была гипотетической, а та, которой вы их в результате подвергли — реальной…

— А вот и нет! Вероятность события, указанного Матвеем, была как минимум соразмерна вероятности негативных последствий от принятого нами решения! — самодовольно парировала Катя. Ну всё, понеслось, Чижевская в своей стихии.

Катерину поддержал Дима, и неизвестно, до чего дошёл бы спор, если бы я не кашлянула, привлекая к себе внимание. Хотя лучше бы не привлекала, честное слово. Потому как решение, которое вынес уполномоченный Света, было равносильно наказанию. Он велел мне немедленно отправиться домой и не выходить до тех пор, пока трое ангелов объединёнными силами не отыщут таинственного врага. Вокруг моего дома Арсений, Матвей и Анна натянули тройную защиту, которая противостояла любым попыткам проникновения снаружи чего-либо, относившегося к Нижнему миру, будь то монстр, чёрт или демон.

— Подождите! А как же Венька? — встревожилась я, когда Арсений уже шептал последние заклинания, защищавшие окна квартиры. Тот сперва закончил ставить защиту, устало встряхнул руками и только потом безразлично спросил:

— Кто такой?

— Чёрт, мой слуга.

Презрение на лице ангела было прямо-таки эталонным.

— Если ты так нуждаешься в этой мелкой твари, то пусть он живёт с тобой, не покидая квартиры. Если же нет, передай ему, чтобы держался отсюда подальше.

— А есть я что буду? Запасов надолго не хватит!