Долина Затишья

На миг он затаил дыхание. Псы уже ступали упругими шагами прямо возле него. Они были огромны, хотя и поменьше, чем тот монстр, которого Гвэйен победил на торговой площади. Своим ростом чудища достигали высоты молодой лошади, но ширина их плеч и спины была скорее медвежьей. В движениях их внушительных тел чувствовалась агрессивная упругость и сила, готовая к применению в любой момент; и еще была в них какая-то зловещая грациозность, одновременно завораживающая и внушающая отвратительный трепет, помутняющий сознание и сбивающий с толку. Из устрашающих пастей чудовищ катилась вязкая белесая слюна, покапывая на пыльный каменный пол пещерного коридора. Большие желтые глаза созданий прикрывали сверху массивные нахмуренные брови. С их мускулистых тел местами сильно пооблазила шерсть — то ли от условий, в которых существа содержались, то ли от противоестественного и отравляющего воздействия черной магии. То чудище, которое он тогда победил, было изувечено и неспособно обрушить на него всю ту ужасающую мощь, которой его наделили, а эти два, ступающие сейчас прямо перед ним, судя по всему, чувствуют себя превосходно. В пневмостреле — один мощный патрон, а поскольку на перезарядку времени не будет, дальше в ход пойдут револьвер и меч… Осматривая проходящих мимо монстров из своего укрытия, он напряженно размышлял, какие у него в этой схватке шансы. Клыки, толщиною в два пальца, легко разорвут кожу и войдут плоть, случись им вонзиться в места, не закрытые латами и кольчугой. Мощные челюсти, с большой вероятностью, даже через доспех раздробят кости, стоит им сомкнуться на одной из конечностей, которые закрыты пластинами только с одной стороны.

«Возможно, зря я полез сюда один… — подумал рейнджер. — Хотя по-другому быть и не должно… О Вэорэан, наполни меня силою! Я иду по пути, который угоден тебе… Я — свет во тьме ночи»…

Страх на мгновение заставил сердце инквизитора стучать очень интенсивно. Он направил все свои силы на то, чтобы не выдать себя неосторожным движением или громким дыханием, которое участилось от увиденного.

Чудовища прошли прямо перед ним. Поступь их мощных лап была монументальна. Гвэйен осознал, что непроизвольно пытается втиснуться как можно глубже во впадину стены. По его телу несколько раз пробежала дрожь.

Но псы, кажется, не заметили его.

— Да… это должно получиться… столько месяцев работы… Почти… Почти у цели… — старец, всецело погруженный в свои размышления, тоже прошел мимо, не обратив на него ни малейшего внимания, и двинулся дальше в направлении своей лаборатории и клеток с узниками, бормоча себе в бороду обрывки фраз подобно сумасшедшему или тому, кто долго жил в полном одиночестве и совершенно отвык ото всякого нормального общения… В руке, которой он размахивал при ходьбе, старик держал какую-то книжечку.

Прислушавшись к себе, Гвэйен понял, что атаку стоит пока отложить. Он негромко сглотнул, а затем взял себя в руки и успокоился. Овладев собою после созерцания чудовищных созданий, инквизитор решил аккуратно направиться следом за магом и его устрашающими спутниками. «Я здесь только один… — подумал он, — никого рядом со мною… Все просто — настроение и действие… Так или иначе, схватки теперь не избежать. Я просто сделаю то, что от меня требуется… Я — свет во тьме ночи»…

— Пора покормить упыряток… — словно сам себе давал команду чернокнижник. — Будущих верных и не знающих страха бойцов авангарда… Правда, немножко неуклюжих… Хм… Хм… Но зато живучих… скоро… скоро они подойдут к этой черте, — бормотал старик, отдаляясь, но голос его хорошо был слышен в каменном коридоре пещеры.

Гвэйен почувствовал, как решительность его крепнет. Чернокнижник должен был умереть. Не могло быть и речи о том, чтобы захватывать его и доставлять в одно из мест заключения. Темные маги представляют собою тот род злодеев, которых если и получается пленить, то бывает невероятно трудно удержать в плену. Они коварны и опасны, и имеют в своем распоряжении множество неожиданных уловок…

«Со спокойствием в сердце делай то, что должно быть сделано», — мысленно процитировал он древний трактат.

Гвэйен последовал за ними, скрываясь в темноте, ступая очень мягко, держась поодаль. Он умел оставаться незаметным в таких ситуациях, — это был его стиль.

Псы не учуяли его запаха, не замечали его так же, как и старик. Что-то с этим было не так. Обычный пес уже давно уловил бы по запаху присутствие чужака. Может, смрад мертвечины, разложения, заполняющий все это проклятое подземелье, мешал животным унюхать его. А может, нечестивые опыты чародея над ними привели к нарушениям нюха.

Гвэйен старался передвигаться как можно тише, наблюдая за стариком и его внушительными питомцами. Держась на безопасном расстоянии, он хотел посмотреть, что будет дальше, и выждать подходящий момент.