Триллер с элементами драмы. Всё вымышлено. Только описание барака, как запомнила. Когда-то нас пригласили на новоселье за пределами городка. Я — дошкольница. СССР. Один раз была, а запомнила навсегда. То, что видишь впервые, практически всегда остается в памяти. Образы собирательные, не реальные.
94 мин, 32 сек 817
Она повернулась и побежала что есть мочи мимо домов баб Нюры и бабушки Томы. Какая-то старушенция появилась ей навстречу, когда она побежала дальше, не свернула туда, откуда повернула к избам старушек. Бабушка остановилась, уступая ей дорогу, удивленно глядела ей вслед. Постояла, подумала и пошла до дому. «Баб Нюра! Ну, теперь точно обо мне весь поселок узнает!»
Очень хотелось есть и пить. Она завернула в лесок в надежде, что найдет ягоды. В ПНИ в лесу росли черника и брусника, они прямо на территории собирали их и ели.
Бомжи?
Нос унюхал запах жаренной сосиски. Она, как голодный зверек, любопытный и ожидающий куска лакомства, побрела дальше в лес. Из-за берез она разглядела людей. Это были две девушки, четверо парней. Почему-то присутствие девушек сделали ее смелей и она направилась прямо к костру. «Бомжи!» — Подумала Настя, но она выдала себя, наступив на ветку, которая шумно хрустнула.
— Оба-на! Какие люууди! И кто же вы будете, мадам? — Стал подходить гопник с синими штанами да в белой майке.
— Юр, не приставай! Она мимо шла. — Сказал другой, который держал сосиски на самодельных шампурах из ветки, а на другой — куски хлеба. Всё это жарилось.
— Извините, — начала Настя, жизнь научила ее не церемониться, когда этого требуют сложившиеся на данное время обстоятельства. — Я просто пришла на запах еды. Не ела со вчерашнего ужина.
Все переглянулись.
— Ну, айда, садись, расскажи, кто такая и зачем ты здесь?
Поблагодарив, Настя достала свои нетронутые запаса:
— Угощайтесь, это мне мой друзья дали, они такие же, как вы!
Это очень понравилось ребятам. Да еще и еда к сосискам и хлебу.
— Пиво будешь?
— Не пью. Родаки пили, я видеть не могу.
— Яяяясно!
Они молча поели, выпили пиво, она допила холодный чай.
— Рассказывай давай, раз за столом с нами поела. Своей стала, стало быть. Я — Рита, Юрика, Вася, Райка.
— Настя. Сбежала из детдома. Точнее, из ПНИ…
— Во как! Это уже интересно, интересно! — Обрадовалась Райка. — Люблю разные истории! Давненько не слушала.
Приезжая точь-в-точь, из слова к слову рассказала также, как и поведала о себе баб Тоне.
— А, баб Тоня — хорошая, щедрая, она нам яблоки дает собрать, заварки для нас тоже собирает и нас научила, мы ей уборку делаем, полы моем, воды натаскаем, а она нас кормит. — Перебила ее Райка. — Мы же тоже не местные, живем в заброшке. Ну, как заброшка. Барак. Из шести уцелел наш, недалеко от дороги. Мы созали свою коммуну. Мы боялись здесь жить, но привыкли. Да и народ нас сбродом называют, боятся! Брезгуют. Пока нас не выкурили. Мы не хулиганим, не воруем, уже четыре года здесь живем. От нас пользы больше, не мешаем, не шумим, бабушкам помогаем, на субботники ходим. Но, если что случится, конечно же, первым делом нас вспомнят недобрым словом, мы будем без вины виноватыми. Как-то у одной скандальной бабы петух пропал. Она проклянала нас, собрала других, с вилами да лопатами к нам пришли, сжечь наш барак хотели. Но Юрик у нас образованный, у него два высших образования, поехал покорять столицу, учился там, а работу не нашел. Тыкался, мыкался, да деньги закончились. На остановке разболтались, свой человек, и с нами теперь живет. Он и стал расследовать с ними. Оказалось, петух перелетел к соседям и там остался. Куры яйца больше стали нести, вот хозяева и молчали, мол, догадаются, заберут. Поскандалят да забудут, впервой что ли?
После этих подбадривающих ее слов ей стало легче продолжать.
— Оооо, кто идет! Какие люди и без охраны!
Она оглянулась, к ним направлялся молодой человек приятной внешности. Судя по радостным возгласам, это у них был важный человек.
— Витя, — успела шепнуть на ухо Рита. — Во такой парень, мировой! У него только вид такой серьезный, потому что умный и образованный.
— Здравствуйте, — сказала Настя.
— Виктор, — протянул руку для знакомства.
Он не сразу отпустил руку.
— Жесткая ладонь. Тяжелая рука. — Сказал он, и внезапно улыбнулся. Какой-то магнетизм был в этом молодом человеке с натренированными мышцами и торсом как у богатырей.
— Да. Есть что поесть?
— Вот, Настины гостинцы. Я щас сосиски достану, погодь! Во дворе костер разведем.
Быстро сделали шашлычок, как в лесу. Стоя стали есть.
— Он у нас тракторист, лучший, между прочим. Да еще и автомеханик. Нас научил многому, вот мы и работаем по заказам, денежки хоть идут, сыты, не жалуемся. Может, к нам? — Сказала Райка, а Рита закивала головой, дескать, втроем веселей будет.
— Если не брезгуешь, — начал балагурить шутник, — милости просим, мамзель!
— Разве я могу отказать вам? — Вдруг, неожиданно для себя, Настя улыбнулась, так она улыбалась только с теми поселковых друзьями, с которыми вчера только рассталась. — Вы для меня — новые друзья. Я тоже буду работать.
— Свой человек!
Они сели на самодельные скамейки, посидели так часок, потом стали собирать мусор, положили в пакет. По пути его выбросили в общую свалку, недалеко от барака. Туда привозят из деревни и выбрасывают.
Очень хотелось есть и пить. Она завернула в лесок в надежде, что найдет ягоды. В ПНИ в лесу росли черника и брусника, они прямо на территории собирали их и ели.
Бомжи?
Нос унюхал запах жаренной сосиски. Она, как голодный зверек, любопытный и ожидающий куска лакомства, побрела дальше в лес. Из-за берез она разглядела людей. Это были две девушки, четверо парней. Почему-то присутствие девушек сделали ее смелей и она направилась прямо к костру. «Бомжи!» — Подумала Настя, но она выдала себя, наступив на ветку, которая шумно хрустнула.
— Оба-на! Какие люууди! И кто же вы будете, мадам? — Стал подходить гопник с синими штанами да в белой майке.
— Юр, не приставай! Она мимо шла. — Сказал другой, который держал сосиски на самодельных шампурах из ветки, а на другой — куски хлеба. Всё это жарилось.
— Извините, — начала Настя, жизнь научила ее не церемониться, когда этого требуют сложившиеся на данное время обстоятельства. — Я просто пришла на запах еды. Не ела со вчерашнего ужина.
Все переглянулись.
— Ну, айда, садись, расскажи, кто такая и зачем ты здесь?
Поблагодарив, Настя достала свои нетронутые запаса:
— Угощайтесь, это мне мой друзья дали, они такие же, как вы!
Это очень понравилось ребятам. Да еще и еда к сосискам и хлебу.
— Пиво будешь?
— Не пью. Родаки пили, я видеть не могу.
— Яяяясно!
Они молча поели, выпили пиво, она допила холодный чай.
— Рассказывай давай, раз за столом с нами поела. Своей стала, стало быть. Я — Рита, Юрика, Вася, Райка.
— Настя. Сбежала из детдома. Точнее, из ПНИ…
— Во как! Это уже интересно, интересно! — Обрадовалась Райка. — Люблю разные истории! Давненько не слушала.
Приезжая точь-в-точь, из слова к слову рассказала также, как и поведала о себе баб Тоне.
— А, баб Тоня — хорошая, щедрая, она нам яблоки дает собрать, заварки для нас тоже собирает и нас научила, мы ей уборку делаем, полы моем, воды натаскаем, а она нас кормит. — Перебила ее Райка. — Мы же тоже не местные, живем в заброшке. Ну, как заброшка. Барак. Из шести уцелел наш, недалеко от дороги. Мы созали свою коммуну. Мы боялись здесь жить, но привыкли. Да и народ нас сбродом называют, боятся! Брезгуют. Пока нас не выкурили. Мы не хулиганим, не воруем, уже четыре года здесь живем. От нас пользы больше, не мешаем, не шумим, бабушкам помогаем, на субботники ходим. Но, если что случится, конечно же, первым делом нас вспомнят недобрым словом, мы будем без вины виноватыми. Как-то у одной скандальной бабы петух пропал. Она проклянала нас, собрала других, с вилами да лопатами к нам пришли, сжечь наш барак хотели. Но Юрик у нас образованный, у него два высших образования, поехал покорять столицу, учился там, а работу не нашел. Тыкался, мыкался, да деньги закончились. На остановке разболтались, свой человек, и с нами теперь живет. Он и стал расследовать с ними. Оказалось, петух перелетел к соседям и там остался. Куры яйца больше стали нести, вот хозяева и молчали, мол, догадаются, заберут. Поскандалят да забудут, впервой что ли?
После этих подбадривающих ее слов ей стало легче продолжать.
— Оооо, кто идет! Какие люди и без охраны!
Она оглянулась, к ним направлялся молодой человек приятной внешности. Судя по радостным возгласам, это у них был важный человек.
— Витя, — успела шепнуть на ухо Рита. — Во такой парень, мировой! У него только вид такой серьезный, потому что умный и образованный.
— Здравствуйте, — сказала Настя.
— Виктор, — протянул руку для знакомства.
Он не сразу отпустил руку.
— Жесткая ладонь. Тяжелая рука. — Сказал он, и внезапно улыбнулся. Какой-то магнетизм был в этом молодом человеке с натренированными мышцами и торсом как у богатырей.
— Да. Есть что поесть?
— Вот, Настины гостинцы. Я щас сосиски достану, погодь! Во дворе костер разведем.
Быстро сделали шашлычок, как в лесу. Стоя стали есть.
— Он у нас тракторист, лучший, между прочим. Да еще и автомеханик. Нас научил многому, вот мы и работаем по заказам, денежки хоть идут, сыты, не жалуемся. Может, к нам? — Сказала Райка, а Рита закивала головой, дескать, втроем веселей будет.
— Если не брезгуешь, — начал балагурить шутник, — милости просим, мамзель!
— Разве я могу отказать вам? — Вдруг, неожиданно для себя, Настя улыбнулась, так она улыбалась только с теми поселковых друзьями, с которыми вчера только рассталась. — Вы для меня — новые друзья. Я тоже буду работать.
— Свой человек!
Они сели на самодельные скамейки, посидели так часок, потом стали собирать мусор, положили в пакет. По пути его выбросили в общую свалку, недалеко от барака. Туда привозят из деревни и выбрасывают.
Страница 11 из 25
