Дружба

Пятнадцать минут. Вот и она. Из-за поворота вынырнула долговязая и длиннонога фигура и знакомой, летящей походкой направилась к «Брегу». Вообще, забегаловка называлась «Берег», но первая «е» на вывеске отсутствовала последние десять лет. Ленка явно торопилась, и уже недалеко от Пашки случайно наступила на ногу какому-то мажору в костюме. Молодой человек окрысился, и следующие пять минут Пашка с удовольствием выслушивал монолог подруги. Робкие попытки отвечать со стороны вьюноша безжалостно подавлялись. Пока Елена Станиславовна изящно материлась, он успел ее хорошенько рассмотреть. Вроде такая же как была, но только не в момент расставания, а раньше. Черная футболка с белой надписью«Хочешь сдохнуть — спроси меня как». Потертые джинсы, кроссовки «Adias», расстегнутая кожанная куртка, на бритой голове красная бандана. Через плечо перекинута небольшая джинсовая же сумка. Он знал, что у прежней Ленки в этой сумочке кроме раздолбанного сотика, косметички, тощего кошелька, тампонов, салфеток, презервативов и прочих жизненно необходимых женщине мелочей всегда валялась старая опасная бритва. И один раз видел, как она ее использует не для бритья. Единственное, чего раньше не было, так это большого деревяного креста, болтающегося на простой веревочке поверх майки. Встреча прошла, как будто они последний раз виделись на прошлой неделе. Ленка бросилась к нему на шею и повисла дрыгая в воздухе ногами. Павел поцеловал ее в губы, она страстно ответила. Так что с места они тронулись, только вволю нацеловавшись.

— Куда поедем?

— Подальше от города, так чтобы только ты и я, и никого вокруг.

Она, как когда-то, въерошила его волосы. Он подал ей запасной шлем. Взревел мощный мотор, и мотоцикл с двумя седоками, рванул по 5-й Советской, к выезду из города… Дорога заняла часа четыре. Стальной конь унес их из кольца улиц, потом из кольца дач и котеджных поселков. Шоссе сменила гравийка, потом пошли проселочные дороги, потом протоптанные туристами и грибниками тропы. Место нашли раскошное. Небольшая полянка, среди сосняка, солнечная, на горке, с ветерком. Только ручейка не хватает для полного комфорта, но вода у них была с собой.

— С чего начнем культурный отдых?

— Я сейчас по быстрому палатку поставлю и шашлыков пожарю.

— Пашка отвязал от мотоцикла ту сумку в которой был переносной мангал и потянул за молнию.

— Отлично, я тогда на солнышке понежусь, давно не была.

Ничуть не стесняясь старого друга, Ленка потащила вверх потную майку. А то он ее голой не видел. И видел, и имел во всех позициях.

— Одеяло дай.

В общем лагерь Пашка разбивал, имея посередине полянки подругу лежащую на спине в чем мать родила, и раскинувшую в сторону руки и ноги. Надо сказать, картинка эта сильна сбивала его с рабочего настроя. Ему всегда нравились ее ноги. Ленка и раньше была женщина не толстая, но сейчас смахивала на жертву анарексии. Впалый живот и выпирающие ребра, Пашка даже на секунду представил, что она ломается в его объятьях как спичка. Хорошо еще, что грудь никуда не делась, а даже на взгляд стала на размерчик больше.

— Тебя что, не кормят, или манекенщицей подрабатываешь?

— Бляду фигуру.

А волосы на лобке у нее были подстрижены в форме бабочки, а не креста, как он думал. Ленка некоторое время с ехидством наблюдала за ним, потом потянулась и позвала.

— Иди сюда, давай отдери меня разок, а то извелся весь.

— А твой шеф, — Пашка с улыбкой ткнул пальцем в небо, — не возражает против физкультуры на свежем воздухе?

— Да мне сегодня пофиг. Презик можешь не надевать.

Мужчина не заставил себя упрашивать. И вскоре Ленка стонала и вскрикивала, она всегда заводилась с полоборота. А сейчас, Пашка это чувствовал, она была еще и голодная до траха. Видимо, давно под мужиком не была. Оказалось, он прерасно помнит ее тело, все его чувствительные точки. Поэтому легко довел подругу до оргазма и потом кончил сам.

Потом они накатили по банке пива и дело обустройства лагеря у Пашки пошли на лад. И минут через сорок по полянке поплыл соблазнительный запах жарящегося мяса.

Ленка на цыпочках подошла сзади, встрепала волосы, обняла, постояла прижавшись. Потом расстегнула ширинку на джинсах и запустила пальчики в плавки.

— Давай Окорок, шевелись, жрать хочется. А то я тут себе найду колбаску, — с шутливой угрозой заявила Ленка. И ведь нашла же, зараза. Пашка выдержал две минуты такого издевательства, потом застонал, обхватил голову подруги двумя руками и притянул к себе. Шашлыки получились пригоревшими с одного края, но это их не портило. Мужчина и женщина утолили первый голод, голод взаимного влечения, и теперь утоляли голод обычный.

— За что выпьем?

— Давай за дружбу.

Ели, пили, болтали, рассказывали приколы и анекдоты. Ленка часто и громко смеялась. Потом отдыхали, валялись под жарким майским солнцем. Ленка курила, а Пашка даже немного вздремнул. Открыл глаза и долго смотрел в высокое небо без облаков. Потом, Ленка, сука, обломала весь кайф от отдыха. Женщина прильнула к нему и положила голову на плечо.