Два генерала

— Сообщник, — неохотно признался он, — который из самых благих намерений хотел посодействовать преступнику в задержании Эзара, но, к счастью, не преуспел. Вот вам пример, как у славных людей и бывших фронтовых друзей в головах образуется каша с понятиями верности, закона и субординации. Вы еще не передумали насчет своего Форинниса, кстати?

— Да оставьте вы моего штабиста в покое, Негри, у него голова в порядке… — Петр даже подивился цепкому упрямству шефа СБ, граничащему с паранойей. К разговору о Фориннисе то возвращался регулярно, словно пробуя Форкосигана на прочность. — Значит, говорите, взять с поличным? Это как — с оружием в руках?

— В идеале — с оружием, над телом жертвы и с признанием, произнесенным вслух и при свидетелях. Кстати, при въезде оружие мы у них конфисковали, и было бы любопытно знать, кто именно в замке сейчас готов снабдить им убийцу. Увы, выяснять это поздно. В общем, видите, сколько сложностей.

— Да уж. Надо понимать, у императора не найдется для ваших целей запасного тела, а рисковать самолично вы ему не дадите. Хотя… я Эзара знаю, он будет настаивать. Интересно, что вы тогда сделаете, Негри: свяжете, запрете в сундук и сядете сверху?

— Очень смешно, граф, — без улыбки согласился Негри. — Именно об этом я и хотел с вами поговорить.

— О моем чувстве юмора?

— О теле. Точнее, о подмене, дублере, называйте, как вам нравится. Разумеется, найти настоящего двойника из имеющихся в нашем распоряжении людей нереально, да императору это и не понравилось бы. Но кто-то, хотя бы схожий телосложением, ростом, цветом волос, манерой двигаться… Такой человек нас бы выручил. Что вы скажете насчет вашего оруженосца? Эстергази, кажется?

— Эстергази? Одноглазый снайпер ночью в грозу может и перепутать. Но убийца, нацеленный специально на Эзара — вряд ли. Я бы оценил такое дело как заведомо безнадежное.

— Я специально занимался этим вопросом и оцениваю шансы по-другому. Сумерки, грим, якобы разбитое при падении лицо, невнятная после парализатора речь — мало ли есть способов маскировки. Никто не ждет от вашего оруженосца, в конце концов, чтобы тот имитировал выступление его величества на парадном приеме. Ну же! Напрягите воображение.

Петр напряг. С художественными талантами у него всегда было негусто, зато, командуя в войну разведчиками, он не раз сталкивался с подобными задачами.

— Минут пять, — неохотно согласился он. — Мне бы не хотелось рисковать своим человеком в заведомо безнадежном деле, но реально минут пять-семь он продержится, если вы хорошо все обустроите, а ему не придется много шевелиться. Когда и где вы планируете устроить этот цирк?

Негри пожал плечами.

— Завтра, скорее всего, насчет места мы еще решаем. Пусть ваш оруженосец подойдет ко мне немедля, с ним еще надо будет поработать. А я пойду инструктировать группу захвата, составлять план и, разумеется, защищать этот план перед императором. Как вы там сказали, в сундук и сесть сверху?

К счастью, сумасшедшая неразбериха, образованная помолвкой сына, наличием приглашенного киллера, обществом любвеобильной леди и неистощимой императорской изобретательностью, не вытеснила из головы генерала Форкосигана самого главного — стратегического военного планирования. Того, в чем он был действительно хорош и чем реально должен был заниматься — а вовсе не имитацией светских интриг и политических многоходовок, с этим прошу покорно к Эзару, вот уж кто мастер и любитель… нет, пожалуй, профессионал. На плечах Петра сейчас лежала даркойская операция со всеми ее прямыми и непрямыми следствиями, и то, что ходом дел приходилось управлять издалека, не делало задачу проще.

Стало уже ясно, что Юрий купился на приманку. Две его мобильные мотострелковые бригады предсказуемо перенесли вектор удара со столицы Округа Форлакиала на шоссе, уводящее к его южным границам. Вчерашнее сражение под Лессингом — небольшим городишком, до того известным только как надпись на карте — хотя и не грозило войти в пятерку самых крупных битв современности, однако позволило заранее и скрытно передислоцированным туда императорским войскам вместе с частями егерей, замаскированными под колонну эвакуации, взять противника в «клещи».

Потрепанные вражеские подразделения выползали из окружения, эффективно огрызаясь. Форкосиган не сомневался в тактических способностях своих командующих, вопрос был лишь в том, что тактической эффективностью порой следовало жертвовать ради более крупномасштабных целей. И обеспечить это было его задачей.

— … Да. Выход из «котла» вы им оставляете. Пригодный для быстроходной техники классом выше третьего. Не учите ученого, полковник. Не хуже вас знаю, что ковровая бомбардировка проще и эффективнее, но мы не с размалеванными воюем. Поставьте там егерей, снайперов. Нет, командирские машины пропускать, бейте по тяжелым.