Два генерала

Именно исходя из этого, он и собирался строить будущий разговор, решать, как ему эффективнее прижучить хитреца Доно, и определять кару, достойную его проступка. В том, что именно тот навел убийцу на персону Эбернетти, сомнений не было. А вот был ли он организатором или ведомым соучастником, знал ли, что готовится именно убийство, или просто хотел поставить на службу своему повелителю еще одну пару глаз и ушей в этом замке — вопрос. Попытка сбежать, разумеется, говорила не в его пользу. Однако Негри, который явился с аккуратно оформленными распечатками, диском с записью и откровенно кислым выражением на лице, подытожил полчаса допроса коротко: «Форратьер мог быть не в курсе».

Что ж, от этого неопределенного состояния и нужно будет танцевать. С одной стороны, хорошо, что у императора, поклявшегося Доно в безопасности, будет возможность вынести более мягкое решение, с другой — ему откровенно претило вынести суровый приговор втянутому в это дело обманом Нику и при этом пальцем не тронуть Доно Форратьера.

Когда Эзар в сопровождении своего шефа СБ вошел в двери замка, препирательства графа Форратьера с охранниками, окружившими его братца, достигли уже высшего накала, и на помощь своему сеньору подтянулось с полдесятка решительных оруженосцы в сине-сером. Появление императора возымело хоть какое-то действие: перепалка стихла до низкого, рассерженного гудения.

— Хорошо, что вы уже здесь, граф, мне нужно с вами поговорить, — поздоровался Эзар как ни в чем не бывало и жестом пригласил его пройти.

Доно тут же вскочил на ноги.

— Я вам тоже нужен, сэр, или я могу идти по своим делам? — выговорил он без единой запинки. Не смущения, ни неуверенности: он был откровенно раздосадован и зол, и на его лице не оставалось и следа от характерной форратьерской ухмылочки.

— Еще как нужны, — пообещал капитан Негри и для верности взял его под локоть. — Погодите-ка немного.

После недолгого разговора с Эзаром граф Форратьер поспешил покинуть свой кабинет, и лишь тогда туда впустили истомившегося ожиданием Доно. Тот немедля прислонился к стене и вызывающе скрестил руки на груди.

— Позвольте узнать, э-э, сэр, зачем я вам так неотложно понадобился, что вы не постеснялись ограничить мою свободу… в нарушение вашего же собственного слова?

Наглость — второе счастье. Или Доно действительно не знает за собой вины и не понимает, что происходит? Ничего, подумал, Эзар, вскоре узнает и вряд ли порадуется.

— Я отвечу на ваш вопрос, в свой черед, — пообещал он. — Но сначала хочу услышать ваши разъяснения по существу дела. Причем подробные.

Кажется, Доно только сейчас осознал, в какое положение он попал, и запротестовал:

— Какие разъяснения? Пустите меня! Вы… вы не имеете права меня допрашивать, вот.

— Что-о? — рыкнул Эзар. — Забыл, с кем разговариваешь? Я все-таки император, и на такую мелочь моих прав хватит с лихвой. — Доно отпрянул, насколько позволяла стена. Эзар отбросил напускной гнев и почти дружелюбно добавил: — Ладно, чтобы вас успокоить, давайте считать, что мы просто беседуем. Как парочка вежливых гостей. Кстати, вот мой первый вопрос: почему вы внезапно решили лишить меня своего общества?

— Я не…

— Вы да. Не юлите, Доно.

Тот вызывающе вскинул голову:

— Предположим, потому что я, ну, знал, что свое общество вы решите мне навязать силой. Вот, доказательство.

А вот это уже интересно. Доно ожидал преследования, потому что… Осведомлен? Соучастник? Совесть нечиста? Но надо быть полным дураком, чтобы открыто признаться в этом на допросе, а сейчас император вел именно допрос, несмотря на вежливые формулировки.

— Знали? И откуда?

— Птичка напела… — Император предостерегающе свел брови, и Доно уже без дальнейших напоминаний торопливо добавил: — Ладно-ладно, сэр, мне, значит, сказал об этом Джеймс, мой телохранитель. А он узнал, э-э, от вашего знакомого, Эбернетти. И закон никто из нас этим не нарушил, кстати.

Джеймс — читай, майор Элмер, недавний террорист и в ближайшем будущем — покойник. А еще, как выясняется — на редкость осведомленный господин, сообщающий своему патрону чужие планы, которых он не знает и знать не может. Зато без стеснения приплетающий сюда Ника, с которым Эзар своими намерениями касательно Доно тоже не делился и даже имени его ни разу не упоминал. Интересно, был ли Доно Форратьер действительно обманут им или пытается сейчас выйти весь в белом, соврав сам?

— Ну так вы ошиблись или вам солгали. Самоисполняющееся пророчество, вот как такие вещи называются. Если бы вы не подумали, что я намерен вас арестовать, и не попытались бы бежать в самый подозрительный момент, то и моим людям было бы не с чего вас задерживать. Но именно тогда, когда в парке случился… инцидент, шум которого вы точно слышали, вам вдруг захотелось в бега. Не находите это совпадение подозрительным?

Доно вздохнул.