Двадцать граммов бессмертия

— Да нормальней некуда! — возмутился я.

— Понятно, — шмыгнула она носом, — значит пойдем длинным путем.

— Уж потрудитесь, барышня, иначе, я клянусь, сдам тебя санитарам.

— Ладно, папка, не дрейфь, как-нибудь прорвемся! Короче, в последние недели у вас начались проблемы, так? Причем не только в ваших лагерях, но и соседних также?

Я кивнул головой.

— Вот именно, — продолжила девочка, — И вся эта проблема в том, что люди потеряли желание жить! Когда весь мир полетел к чертям, они боролись, и цеплялись за жизнь как могли.

Меня несколько смутило построение предложения. Как-то уж по-взрослому говорил пятилетний ребенок. Но я молчал и слушал.

— А потом, вдруг, начали лезть в петлю сами! Это же ненормально! Ну тогда ко мне и пришел Пушистик. Ты же видел, как он действует на людей?

— Заставляет хотеть жить, — ответил я.

— Точно! А теперь пойми, люди это камешки, ну как тебе сказать, кирпичики, атомы, что ли всего мира.

— Кластера?

— Вот, ты уже начинаешь понимать! Так вот эти кластера заражены. А именно они обеспечивают иммунитет этому миру, понимаешь. Ну, как красные кровяные тельца.

— Подожди, — я словно перестал замечать перед собой ребенка, — причем здесь иммунитет? Ведь катастрофа началась не с людей! Люди-то сначала боролись.

— Правильно, Падение было свершившимся фактом, просто фактом. Да, таких катастроф было множество, ну может не совсем таких, но человечество боролось и выживало. А тут люди стали заболевать. И организм перестал бороться, понимаешь папка. Люди сдались! Планета по-настоящему медленно умирает.

— Ты хочешь сказать, что после Падения у нас все еще есть шанс?

— Ну конечно есть!

— Я знал, — медленно сказал я, — а Пушистик это что, антивирус?

— Пушистик это зверек, но он не живет в нашем мире.

— Так откуда он?

— Папка, ты только пойми меня правильно, — осторожно начала девочка, и я напрягся, — Он из Рая.

— Хм, — нахмурился я, — не ожидал такого поворота. Стало быть и ты оттуда же?

Девочка сжала губки в тонкую полоску.

— И я. Только он там родился, а я там просто гостила.

— Ну и чего ты хочешь от меня, гостья из Рая?

— Я же говорю, я отсюда!

— Вика, остановись, все что ты мне рассказала очень интересно и познавательно. Как твой пушистый и разноцветный друг действует на психику людей мы видели, дай бог, чтоб потом это не сказалось чем-то худшим. Но Рай… значит есть и Ад?

— А ты оглянись по сторонам, это что, по-твоему?

С этим спорить было трудно.

— Ну предположим. И что дальше?

— А дальше, папка, мы собираемся в дорогу.

— Так, это я уже слышал. А поподробней нельзя?

— Кое-где нужна твоя помощь.

— И с чего ты решила, что я хочу кому-то помогать?

— А если я скажу, что помощь нужна Богу?

— Моя?

— В общем-то, каждого человека в этом мире, но в данном конкретном случае именно твоя!

Надо ли говорить, что в поход мы все-таки выступили. Джин дал нам один из трех рабочих джипов с полным баком бензина. Провожать нас вышла вся община. За сутки, проведенные в обществе Пушистика, все выглядели гораздо здоровее и счастливей. Кстати Пушистик оставался в общине, вместе с Джином. Его уже ждали в других поселениях, и Джин с готовностью взвалил на себя роль проводника Света, как он сам выражался. Удивительно, но и зомбари весь день не беспокоили нас, словно и не было их вовсе, но я знал, что вон за теми развалинами они наблюдают за нами и ждут нас, алчно щелкая гнилыми зубами.

Я проверил все ли нормально с машиной, и наглухо закрыв двери, мы двинули по развалинам старого мира.