В воскресенье 20 февраля 1949 г. в полицейское управление лондонского района Челси явились два человек — мужчина и женщина — сделавшиезаявление об исчезновении их соседки по пансиону по фамилии Дюран — Декон.
63 мин, 26 сек 3166
Исследование следов крови показало, что кровавые пятна на резиновых перчатках и фартуке, обнаруженных во флигеле в г. Крэвли, по своей группе соответствуют группе крови Оливии Дюран — Декон. Кровь, обнаруженная на стене над столом в том же флигеле, была человеческой, но ее группу установить не удалось, этому помешало известка, попавшая в исследуемые образцы при соскабливании со стены. Кровь, запачкавшая манжет рубашки Джона Хейга, соответствовала своей группой крови Дюран — Декон.
Тщательное исследование 190 кг. грунта, собранного во дворе «конверсионного производства» Джона Хейга, позволило обнаружить в нем:
а) 10,2 кг. жировой ткани животного происхождения;
б) три почечных камня, нерастворимых в кислоте;
в) 18 мелких костей левой ноги человека;
г) пластиковый флакон из — под губной помады;
д) зубные протезы верхней и нижней челюстей;
е) кусок красного полиэтилена, соответствовавший двум другим кускам, найденным также во дворе флигеля.
Приглашенная для дачи экспертного заключения дантист Хелен Мейо, занимавшаяся протезированием зубов Дюран — Декон, опознала найденные протезы как изготовленные ею для исчезнувшей женщины. Из рассмотрения строения костей лодыжки судебные медики сделали заключение, что их обладатель при жизни д. б. страдать обостренным остеоартритом, что весьма специфично деформировало его левую ногу. Изучив обувь Оливии Дюран — Декон, эксперты увидели, что все туфли с ее левой ноги в процессе носки подвергались весьма специфической деформации, свидетельствовавшей о болезни костей ноги. У специалистов возник соблазн проверить очевидное предположение экспериментом и они изготовили гипсовый слепок в натуральную величину той ноги, кости которой обнаружили в Крэвли. На получившуюся модель левой ноги прекрасно обувались туфли из гардероба Дюран — Декон, но не лезла ни одна модель такого же размера из магазина. Легко понять почему это происходило: новые туфли не были должным образом разношены. На этом основании эксперты уверенно заявили, что кости левой ноги, найденные во дворе флигеля в Крэвли, принадлежали именно исчезнувшей Оливии Дюран — Декон. Наличие в толще человеческого жира почечных камней свидетельствовало о том, что их обладатель при жизни страдал мочекаменной болезнью. А Дюран — Декон болела пиелонефритом.
Тщательный осмотр барашкового пальто, изъятого в химчистке в г. Рейгейте, а также микроскопическое исследование его волокон позволило экспертам заключить, что кусочки драпа и меха, обнаруженные в номере Дюран — Декон использовались для латания этого пальто. Незадолго до своего исчезновения женщина наложила на рукав фигурную заплатку и кусочек драпа, из которого она была вырезана, был найден в мусорном ведре под столом в ее номере. Кроме того, при тщательном осмотре пальто были найдены следы крови, группа которой соответствовала группе крови Дюран — Декон.
Весьма любопытная находка была сделана 19 марта 1949 г. в Крэвли. Криминалисты самым тщательным образом осмотрели территорию внутри забора, которым был обнесен флигель «конверсионного производства», но никому не пришло в голову посмотреть за забором. Между тем, оказалось, что одна весьма важная улика была просто — напросто переброшена через забор. Один из рабочих «Hurstlea products» обратил внимание на странный предмет, лежавший около забора, и поднял его — это оказалась дамская сумочка с вырванной подкладкой. Памятуя о том, что совсем недавно полицейские вели в Крэвли интенсивные розыски, этот человек решил сообщить о странной находке в полицию.
Знакомые Дюран — Декон и персонал «Онслоу хоутел» опознали находку: именно с этой сумочкой Оливия отправилась на встречу с Джоном Хейгом.
Тщательное изучение сумочки позволило криминалистам доказать, что разорванная красная полиэтиленовая полоска, найденная во дворе флигеля, была первоначально нашита с внутренней стороны и впоследствие оторвана вместе с подкладкой. Но особую ценность этой находке придало обнаружение в ее боковом кармане… отпечатка пальца Дюран — Декон. Тот факт, что Хейг распоряжался вещами исчезнувшей женщины (сдал в химчистку ее пальто, заложил в ломбард драгоценности, бросил рядом с арендованным флигелем сумочку) однозначно привязывал его к ее судьбе. Даже если бы Хейг и решился в одночасье отказаться от всех сделанных признаний, следователи теперь могли доказать, что встреча Хейга и Дюран — Декон после обеда 18 февраля все же состоялась.
Результаты работы криминалистов давали обвинению шанс на победу в суде. Генеральный прокурор Хартли Шоукросс, лично курировавший ведение расследования, ознакомился с заключениями экспертов и принял решение добиваться осуждения Хейга.
Впрочем, для того, чтобы судебная перспектива стала реальностью необходимо было получить заключения врачей о психической полноценности обвиняемого и его способности отвечать за совершенные поступки. Обвиняемого обследовали в общей сложности 12 психиатров. Их мнения свелись к трем несхожим между собой заключениям, на чем следует остановиться подробнее.
Тщательное исследование 190 кг. грунта, собранного во дворе «конверсионного производства» Джона Хейга, позволило обнаружить в нем:
а) 10,2 кг. жировой ткани животного происхождения;
б) три почечных камня, нерастворимых в кислоте;
в) 18 мелких костей левой ноги человека;
г) пластиковый флакон из — под губной помады;
д) зубные протезы верхней и нижней челюстей;
е) кусок красного полиэтилена, соответствовавший двум другим кускам, найденным также во дворе флигеля.
Приглашенная для дачи экспертного заключения дантист Хелен Мейо, занимавшаяся протезированием зубов Дюран — Декон, опознала найденные протезы как изготовленные ею для исчезнувшей женщины. Из рассмотрения строения костей лодыжки судебные медики сделали заключение, что их обладатель при жизни д. б. страдать обостренным остеоартритом, что весьма специфично деформировало его левую ногу. Изучив обувь Оливии Дюран — Декон, эксперты увидели, что все туфли с ее левой ноги в процессе носки подвергались весьма специфической деформации, свидетельствовавшей о болезни костей ноги. У специалистов возник соблазн проверить очевидное предположение экспериментом и они изготовили гипсовый слепок в натуральную величину той ноги, кости которой обнаружили в Крэвли. На получившуюся модель левой ноги прекрасно обувались туфли из гардероба Дюран — Декон, но не лезла ни одна модель такого же размера из магазина. Легко понять почему это происходило: новые туфли не были должным образом разношены. На этом основании эксперты уверенно заявили, что кости левой ноги, найденные во дворе флигеля в Крэвли, принадлежали именно исчезнувшей Оливии Дюран — Декон. Наличие в толще человеческого жира почечных камней свидетельствовало о том, что их обладатель при жизни страдал мочекаменной болезнью. А Дюран — Декон болела пиелонефритом.
Тщательный осмотр барашкового пальто, изъятого в химчистке в г. Рейгейте, а также микроскопическое исследование его волокон позволило экспертам заключить, что кусочки драпа и меха, обнаруженные в номере Дюран — Декон использовались для латания этого пальто. Незадолго до своего исчезновения женщина наложила на рукав фигурную заплатку и кусочек драпа, из которого она была вырезана, был найден в мусорном ведре под столом в ее номере. Кроме того, при тщательном осмотре пальто были найдены следы крови, группа которой соответствовала группе крови Дюран — Декон.
Весьма любопытная находка была сделана 19 марта 1949 г. в Крэвли. Криминалисты самым тщательным образом осмотрели территорию внутри забора, которым был обнесен флигель «конверсионного производства», но никому не пришло в голову посмотреть за забором. Между тем, оказалось, что одна весьма важная улика была просто — напросто переброшена через забор. Один из рабочих «Hurstlea products» обратил внимание на странный предмет, лежавший около забора, и поднял его — это оказалась дамская сумочка с вырванной подкладкой. Памятуя о том, что совсем недавно полицейские вели в Крэвли интенсивные розыски, этот человек решил сообщить о странной находке в полицию.
Знакомые Дюран — Декон и персонал «Онслоу хоутел» опознали находку: именно с этой сумочкой Оливия отправилась на встречу с Джоном Хейгом.
Тщательное изучение сумочки позволило криминалистам доказать, что разорванная красная полиэтиленовая полоска, найденная во дворе флигеля, была первоначально нашита с внутренней стороны и впоследствие оторвана вместе с подкладкой. Но особую ценность этой находке придало обнаружение в ее боковом кармане… отпечатка пальца Дюран — Декон. Тот факт, что Хейг распоряжался вещами исчезнувшей женщины (сдал в химчистку ее пальто, заложил в ломбард драгоценности, бросил рядом с арендованным флигелем сумочку) однозначно привязывал его к ее судьбе. Даже если бы Хейг и решился в одночасье отказаться от всех сделанных признаний, следователи теперь могли доказать, что встреча Хейга и Дюран — Декон после обеда 18 февраля все же состоялась.
Результаты работы криминалистов давали обвинению шанс на победу в суде. Генеральный прокурор Хартли Шоукросс, лично курировавший ведение расследования, ознакомился с заключениями экспертов и принял решение добиваться осуждения Хейга.
Впрочем, для того, чтобы судебная перспектива стала реальностью необходимо было получить заключения врачей о психической полноценности обвиняемого и его способности отвечать за совершенные поступки. Обвиняемого обследовали в общей сложности 12 психиатров. Их мнения свелись к трем несхожим между собой заключениям, на чем следует остановиться подробнее.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 12 из 20
