Первые сообщения, поступившие из Гайаны (государство на северо-востоке Южной Америки, примечательно тем, что является единственной англоязычной страной на континенте) 18 ноября 1978 года содержали информацию о том, что конгрессмен Лео Дж. Райан и четверо его сторонников были застрелены при попытке захода на борт самолёта, ожидающего их на взлётно-посадочной полосе аэропорта Порт-Кайтума.
33 мин, 23 сек 18306
В ответ на учение Джонса о христианской общинности, члены «Храма Народов» отдавали свои доходы в фонд общины, отказывались от всего своего имущества в пользу«Храма» а взамен получали комнатушки, бесплатное питание и еженедельное денежное довольствие в размере 2-х долларов. Джонс проповедовал о том, что только через социализм каждый сможет достичь истинной свободы, правосудия и равноправия. Согласно Джонсу социализм был проявлением воли Господа. Чудеса, исцеление больных и забота о бедных были доказательством того, что Джонс являлся инкарнацией Христа.
Джонс видел себя социальным революционером вопреки тому факту, что его собственную организацию можно было назвать как угодно, только не социальной. В ней отсутствовало коллективное руководство, а обслуживающий персонал — почти все белые — не имел права оспаривать идеалы Джонса. Существовал только один источник власти — Джим Джонс.
Двойственность и лицемерие Джонса находили отражение в его учении о половых связях. Он верил в сексуальную независимость, но выступал за брак. А брак без сексуальной свободы считал антиреволюционным, подвергая супругов, испытывающих ревность к своим партнёрам открытым нападкам. Каждый послушник должен был рассказывать о своём сексуальном опыте и сексуальных фантазиях. А женщины призывались к публичному выражению недовольства сексуальной активностью своих мужей. Джонс убеждал паству в том, что только он является истинным гетеросексуалом, но в приватной обстановке вступил в половую связь с мужчиной, оправдывая свои действия тем, что только таким путём он действительно мог удостовериться в гомосексуализме своего партнёра. В декабре 1973 года Джонс был задержан и арестован в Парке Макартура — известном месте для встреч среди гомосексуалистов — за непристойное поведение. Он вынужден был подписать свидетельство, подтверждающее обоснованность ареста.
Джонс скрыл факт своего ареста и продолжил набирать популярность на территории Сан-Франциско. Либерально-радикальные фракции поддерживали его движение и учение против истеблишмента. Члены «Храма» принимали участие в политических кампаниях Сан-Франциско, а Джонс обзаводился связями со многими влиятельными политиками, направляя силы своей обширной паствы и богатый денежный фонд«Храма» на укрепление своего влияния.
Внешнее влияние Джонса росло, контроль над паствой был практически нерушим, поэтому Джонсу не было дела до критики, нацеленной против «Храма Народов» он даже не пытался предотвратить её. Члены его паствы работали в нескольких передовых газетах и предупреждали Джонса о любых негативных материалах о нём, готовящихся к печати. И перед тем, как они выходили в свет Джонс легальными путями начинал угрожать издательствам. Все противники Джонса, занимающиеся его дискредитацией вскоре получали письма с угрозами или звонки, раздающиеся посреди ночи. Дезертиры находились под давлением страха: они боялись рассказывать о своём отрицательном опыте общения с Джонсом, так как знали, что будут за это жестоко наказаны.
Имея отличное представление о расправах Джонса и его неконтролируемой ярости, направленной против смельчаков, желающих покинуть его, перебежчики знали, если Джонса вынудить, то он способен воплотить свои угрозы в жизнь. Грейс Стоэн, жена Тима Стоэна, которая была юристом «Храма» на своём опыте познала гнев Джонса, когда решила покинуть общину из-за жестокого избиения одного из членов, нелицеприятно высказавшегося о Джонсе. Джонс был крайне возмущён её предательством в свете того«сколько всего он для неё сделал». Вместе с Тимом он начал ожесточённую борьбу за опеку над сыном Стоэнов, которого необоснованно считал своим.
Борьба протекала с возрастающим числом жалоб со стороны бывших членов и их родственников, которые считали своим долгом привлечь внимание общества к «Храму Народов». С появлением негативной шумихи паранойя Джонса раздулась до невероятных размеров. Тогда-то он и начал окончательную подготовку к переезду в Гайану.
В Гайане Джонсу наконец-то выпала возможность управлять своей общиной без нежелательного вмешательства каких-либо учреждений и ведомств. Будучи изолированными на территории Джонстауна без денег и документов, Джонс был уверен, ни один из его последователей не покинет его. Теперь он имел над ними абсолютный контроль. Когда этот контроль снова подвергся угрозе со стороны 15 изменников и делегации Лео Райана, Джонс ответил на угрозу убийствами в аэропорту — типичное проявление натуры Джонса на протяжении всей его жизни. Приказ на массовое самоубийство в его понятии был проявлением максимального подчинения — если не суждено распоряжаться людскими жизнями, то он будет повелевать их смертями.
Официальная версия событий в Джонстауне широко распространилась на территории США, люди полагали большую часть фактов правдивой. С момента первого опубликованного сообщения о бойне во множестве начали возникать теории о том, что же на самом деле произошло. Наиболее популярная версия гласила о причастности ЦРУ.
Джонс видел себя социальным революционером вопреки тому факту, что его собственную организацию можно было назвать как угодно, только не социальной. В ней отсутствовало коллективное руководство, а обслуживающий персонал — почти все белые — не имел права оспаривать идеалы Джонса. Существовал только один источник власти — Джим Джонс.
Двойственность и лицемерие Джонса находили отражение в его учении о половых связях. Он верил в сексуальную независимость, но выступал за брак. А брак без сексуальной свободы считал антиреволюционным, подвергая супругов, испытывающих ревность к своим партнёрам открытым нападкам. Каждый послушник должен был рассказывать о своём сексуальном опыте и сексуальных фантазиях. А женщины призывались к публичному выражению недовольства сексуальной активностью своих мужей. Джонс убеждал паству в том, что только он является истинным гетеросексуалом, но в приватной обстановке вступил в половую связь с мужчиной, оправдывая свои действия тем, что только таким путём он действительно мог удостовериться в гомосексуализме своего партнёра. В декабре 1973 года Джонс был задержан и арестован в Парке Макартура — известном месте для встреч среди гомосексуалистов — за непристойное поведение. Он вынужден был подписать свидетельство, подтверждающее обоснованность ареста.
Джонс скрыл факт своего ареста и продолжил набирать популярность на территории Сан-Франциско. Либерально-радикальные фракции поддерживали его движение и учение против истеблишмента. Члены «Храма» принимали участие в политических кампаниях Сан-Франциско, а Джонс обзаводился связями со многими влиятельными политиками, направляя силы своей обширной паствы и богатый денежный фонд«Храма» на укрепление своего влияния.
Внешнее влияние Джонса росло, контроль над паствой был практически нерушим, поэтому Джонсу не было дела до критики, нацеленной против «Храма Народов» он даже не пытался предотвратить её. Члены его паствы работали в нескольких передовых газетах и предупреждали Джонса о любых негативных материалах о нём, готовящихся к печати. И перед тем, как они выходили в свет Джонс легальными путями начинал угрожать издательствам. Все противники Джонса, занимающиеся его дискредитацией вскоре получали письма с угрозами или звонки, раздающиеся посреди ночи. Дезертиры находились под давлением страха: они боялись рассказывать о своём отрицательном опыте общения с Джонсом, так как знали, что будут за это жестоко наказаны.
Имея отличное представление о расправах Джонса и его неконтролируемой ярости, направленной против смельчаков, желающих покинуть его, перебежчики знали, если Джонса вынудить, то он способен воплотить свои угрозы в жизнь. Грейс Стоэн, жена Тима Стоэна, которая была юристом «Храма» на своём опыте познала гнев Джонса, когда решила покинуть общину из-за жестокого избиения одного из членов, нелицеприятно высказавшегося о Джонсе. Джонс был крайне возмущён её предательством в свете того«сколько всего он для неё сделал». Вместе с Тимом он начал ожесточённую борьбу за опеку над сыном Стоэнов, которого необоснованно считал своим.
Борьба протекала с возрастающим числом жалоб со стороны бывших членов и их родственников, которые считали своим долгом привлечь внимание общества к «Храму Народов». С появлением негативной шумихи паранойя Джонса раздулась до невероятных размеров. Тогда-то он и начал окончательную подготовку к переезду в Гайану.
В Гайане Джонсу наконец-то выпала возможность управлять своей общиной без нежелательного вмешательства каких-либо учреждений и ведомств. Будучи изолированными на территории Джонстауна без денег и документов, Джонс был уверен, ни один из его последователей не покинет его. Теперь он имел над ними абсолютный контроль. Когда этот контроль снова подвергся угрозе со стороны 15 изменников и делегации Лео Райана, Джонс ответил на угрозу убийствами в аэропорту — типичное проявление натуры Джонса на протяжении всей его жизни. Приказ на массовое самоубийство в его понятии был проявлением максимального подчинения — если не суждено распоряжаться людскими жизнями, то он будет повелевать их смертями.
Официальная версия событий в Джонстауне широко распространилась на территории США, люди полагали большую часть фактов правдивой. С момента первого опубликованного сообщения о бойне во множестве начали возникать теории о том, что же на самом деле произошло. Наиболее популярная версия гласила о причастности ЦРУ.
Страница 8 из 11
