Фандом: Ориджиналы. Скромный студент кафедры искусства, он ищет во Флоренции съемную комнату, чтобы не жить в общаге. Американский агент разведывательного бюро, прибывший в Италию в тот же день по делам, приказывает подручному найти любое койко-место на ночь. Их столкновение в одном помещении кажется идиотским стечением обстоятельств, не более. Но чем дольше мальчишка будет находиться рядом со странным заокеанским гостем, тем сильнее его будут заражать сомнения о том, что вокруг закрутилась какая-то чертовщина.
237 мин, 10 сек 10533
— Нет. Я не картонный, не порвусь от одного резкого движения. И перестань думать обо мне как о сеньоре. Не надо с меня пылинки сдувать.
— Я все равно теряюсь, не зная, как себя теперь вести. Ты… очень притягиваешь меня. Не могу не думать о твоем теле. Оно слишком вкусное, — Клайд испуганно перешел на шепот. — Ну… тебя хочется съесть…
— Приятно слышать, — Ла Нуи хихикнул, чмокнул его в переносицу, где торчала очередная штанга, и снова притих. В молчании они пролежали минут двадцать. И Клайд опять не выдержал.
— Я выну железки из члена, Ла. Потом, когда я научусь тебе трахать идеально без них, можешь продеть их обратно, но сейчас…
— Ты же клялся, что без них — никуда, и ты обязательно найдешь себе девушку, которой они понравятся так же, как и тебе!
— Не говорил я такого! Никому! Но… откуда-то ты знаешь даже это! Ты что, мои мысли читаешь?
Ла Нуи потерялся. Уже второй раз он говорит вещи, ставящие Клайда в тупик. Это часть его смутных воспоминаний о непрожитом? Довольно странные факты он, конечно, запомнил.
— Я… не знаю. Но если это правда, то объясни.
— Да дураком я был, Ла! И псевдокрутая блажь со штангами в пенисе — просто бред! Себя я могу сколько угодно уродовать, но тебя — никогда. А мой член… он ведь теперь твой. И я не могу, просто не имею права не считаться с твоим сумасшедше красивым телом, даже если ты не желаешь признавать его потребности. Теперь я это понимаю. Я выну железки прямо сейчас.
— Можно выну я?
— Конечно… — Клайд затаил дыхание, глядя на тонкие пальцы Ла, проворно высвободившие член из плена одежды и открутившие все шарики за считанные секунды. Они порхают над его крайней плотью… и, выдернув штанги, с любопытством залезают в оставшиеся после пирсинга дырочки, заползают в уретру, мажутся в клейкой жидкости, выделившейся оттуда, радостные такие. И развратные. — Ла?
Ла Нуи не хочет отвечать. Он поглощен этой игрой, его собственный член возбужденно рвется из штанов, а задница томительно сжимается, желая нового, более яростного и жесткого проникновения. И он согласен на боль, лишь бы получить настоящий оргазм, он хочет…
— Клайд, я хочу, чтоб ты в меня кончил.
— Здесь? Прости, но, может быть, в первый раз мне показалось? Ты хочешь заняться сексом на электростанции?!
— Да. На этом прелестном генераторе.
— Тебе будет неудобно… Жестко.
— Постель в общаге была мягкая, а вот секс вышел не очень. Может, сделаем теперь наоборот?
Клайд тяжело вздохнул и преподнес ему сюрприз: поднялся и сел ровненько, а Ла посадил себе на колени. Они по очереди сняли друг с друга одежду, Ла аккуратно ее сложил: свою строгую серую рубашку и его проклепанную черную майку с рваными рукавами и брутальными надписями, нанесенными то ли краской, то ли кровью.
— Ты такой… фрик, — шепчет Ла Нуи, прекрасный, полуобнаженный, похожий на херувима, нечаянно заблудившегося с панками на свалке. Молочно-белая кожа и маленькие бледно-розовые соски… Клайд накрывает их большими ладонями, трет, с восторгом ощущает, как они встают, а Ла опускает голову, глядя… что же он делает. — Они тебе нравятся?
— Мне всё в тебе нравится. Ты… сексуальный до мозга костей, до всех мелочей, даже уши у тебя сексуальны, хотя что может быть сексуального в ушах?
— Ну… их можно проколоть. И прокусить, — Ла Нуи следил за тем, как рука Клайда сползает на живот, гладит его в самом низу, почти на границе с промежностью, задевает светлые волоски, растущие там, а потом расстегивает пуговицы на его брюках.
— Ненавижу форменную одежду. Эти штаны сшиты для придурков. И полностью скрывают очертания твоих ног, а они же… самое вкусное.
— Хочешь, чтоб я носил в университет узкие джинсы?
— И чтоб тебя там клеили различные психопаты и озабоченные? Нет, спасибо. Но когда мы будем выбираться с тобой по вечерам в бары, носи. Лапать тебя мне будет запрещено ввиду соблюдения приличий, но я хоть полюбуюсь на сокровище, которым владею.
— Еще не владеешь, — мягко напомнил Ла.
— Но уже почти, — Клайд полностью обнажил его ноги, и они обвились вокруг его талии. Ла голый, сидит на нем сверху… и его анус еще влажный и чуть-чуть приоткрытый. Боже… Клайд встряхнул головой, едва совладав с собой. — Я пососу твой член, можно?
— Я все равно теряюсь, не зная, как себя теперь вести. Ты… очень притягиваешь меня. Не могу не думать о твоем теле. Оно слишком вкусное, — Клайд испуганно перешел на шепот. — Ну… тебя хочется съесть…
— Приятно слышать, — Ла Нуи хихикнул, чмокнул его в переносицу, где торчала очередная штанга, и снова притих. В молчании они пролежали минут двадцать. И Клайд опять не выдержал.
— Я выну железки из члена, Ла. Потом, когда я научусь тебе трахать идеально без них, можешь продеть их обратно, но сейчас…
— Ты же клялся, что без них — никуда, и ты обязательно найдешь себе девушку, которой они понравятся так же, как и тебе!
— Не говорил я такого! Никому! Но… откуда-то ты знаешь даже это! Ты что, мои мысли читаешь?
Ла Нуи потерялся. Уже второй раз он говорит вещи, ставящие Клайда в тупик. Это часть его смутных воспоминаний о непрожитом? Довольно странные факты он, конечно, запомнил.
— Я… не знаю. Но если это правда, то объясни.
— Да дураком я был, Ла! И псевдокрутая блажь со штангами в пенисе — просто бред! Себя я могу сколько угодно уродовать, но тебя — никогда. А мой член… он ведь теперь твой. И я не могу, просто не имею права не считаться с твоим сумасшедше красивым телом, даже если ты не желаешь признавать его потребности. Теперь я это понимаю. Я выну железки прямо сейчас.
— Можно выну я?
— Конечно… — Клайд затаил дыхание, глядя на тонкие пальцы Ла, проворно высвободившие член из плена одежды и открутившие все шарики за считанные секунды. Они порхают над его крайней плотью… и, выдернув штанги, с любопытством залезают в оставшиеся после пирсинга дырочки, заползают в уретру, мажутся в клейкой жидкости, выделившейся оттуда, радостные такие. И развратные. — Ла?
Ла Нуи не хочет отвечать. Он поглощен этой игрой, его собственный член возбужденно рвется из штанов, а задница томительно сжимается, желая нового, более яростного и жесткого проникновения. И он согласен на боль, лишь бы получить настоящий оргазм, он хочет…
— Клайд, я хочу, чтоб ты в меня кончил.
— Здесь? Прости, но, может быть, в первый раз мне показалось? Ты хочешь заняться сексом на электростанции?!
— Да. На этом прелестном генераторе.
— Тебе будет неудобно… Жестко.
— Постель в общаге была мягкая, а вот секс вышел не очень. Может, сделаем теперь наоборот?
Клайд тяжело вздохнул и преподнес ему сюрприз: поднялся и сел ровненько, а Ла посадил себе на колени. Они по очереди сняли друг с друга одежду, Ла аккуратно ее сложил: свою строгую серую рубашку и его проклепанную черную майку с рваными рукавами и брутальными надписями, нанесенными то ли краской, то ли кровью.
— Ты такой… фрик, — шепчет Ла Нуи, прекрасный, полуобнаженный, похожий на херувима, нечаянно заблудившегося с панками на свалке. Молочно-белая кожа и маленькие бледно-розовые соски… Клайд накрывает их большими ладонями, трет, с восторгом ощущает, как они встают, а Ла опускает голову, глядя… что же он делает. — Они тебе нравятся?
— Мне всё в тебе нравится. Ты… сексуальный до мозга костей, до всех мелочей, даже уши у тебя сексуальны, хотя что может быть сексуального в ушах?
— Ну… их можно проколоть. И прокусить, — Ла Нуи следил за тем, как рука Клайда сползает на живот, гладит его в самом низу, почти на границе с промежностью, задевает светлые волоски, растущие там, а потом расстегивает пуговицы на его брюках.
— Ненавижу форменную одежду. Эти штаны сшиты для придурков. И полностью скрывают очертания твоих ног, а они же… самое вкусное.
— Хочешь, чтоб я носил в университет узкие джинсы?
— И чтоб тебя там клеили различные психопаты и озабоченные? Нет, спасибо. Но когда мы будем выбираться с тобой по вечерам в бары, носи. Лапать тебя мне будет запрещено ввиду соблюдения приличий, но я хоть полюбуюсь на сокровище, которым владею.
— Еще не владеешь, — мягко напомнил Ла.
— Но уже почти, — Клайд полностью обнажил его ноги, и они обвились вокруг его талии. Ла голый, сидит на нем сверху… и его анус еще влажный и чуть-чуть приоткрытый. Боже… Клайд встряхнул головой, едва совладав с собой. — Я пососу твой член, можно?
Страница 62 из 66
