Гарри Поттер и Материальность Слов

— Вы мне хотите сказать, что решили сделать из Гарри героя, который пойдет на все ради победы? Потому что гораздо логичнее было бы нанять ему хороших учителей по боевой магии, чем подбрасывать мальчишке сомнительные авантюры.

С тихим стуком на стол опустился Омут памяти, взмахом палочки Дамблдор заглушил взбесившиеся приборы, а затем, стараясь сохранять безмятежность, ответил:

— Ни один учитель не научит действовать в подобных ситуациях.

Блэк, уже не в силах сдерживать злость, встал с кресла. Дамблдор интуитивно повторил его жест. В комнате повисла крайне напряженная атмосфера.

— Вы собирались подставлять моего крестника в опасные для жизни ситуации, чтобы он научился быстро принимать решения? — зло сощурился Блэк.

— Ему ничего бы не угрожало. Я всегда был бы рядом.

Присутствие в кабинете разгневанного темного мага стало еще заметнее: ощутимо похолодало. Дамблдор почти смирился, что сейчас они разнесут этот кабинет в щепки, а потом придется еще как-то разбираться с Министерством, потому что вряд ли такая дуэль обойдется без жертв. Но со своего насеста слетел Фоукс. Он сел на плечо Блэку. Тот вздрогнул, недоверчиво посмотрел на птицу и осторожно коснулся яркого оперения — феникс все же создание света и огня. Злость Блэка словно медленно гасла, или, скорее, этот холод отступал. Дамблдор мысленно вздохнул и вновь поблагодарил тот случай, благодаря которому этот феникс выбрал его хозяином.

— Хорошо, я слушаю, — Сириус вновь опустился в кресло, феникс сел на подлокотник, он боднул Блэка головой, будто кошка потребовала ласки.

Сириус неуверенно коснулся перьев птицы. Дамблдор улыбнулся: Фоукс почти всегда излучает тепло. Осязаемое. Когда феникс только появился у него, Альбус тоже любил гладить птицу, даже казалось, что рядом с ней можно согреться.

Директор коснулся палочкой виска, опустил светящуюся нить воспоминания в омут памяти, произнес заклинание и коснулся палочкой поверхности воды в омуте. Завертелась светящаяся фигура, постепенно обретая тусклые краски над поверхностью воды появилась Трелони. Огромные очки, бесконечные шали, чуть сгорбившаяся фигура. Но вот голос, что уже в следующую секунду наполнил кабинет, не мог принадлежать женщине.

— Грядет тот, у кого хватит могущества, чтобы победить Темного Лорда. Он будет рожден теми, кто трижды бросал ему вызов. На исходе седьмого месяца будет рожден тот, кого Темный Лорд отметит, как равного себе. Появится сила, с которой не сможет совладать Темный Лорд. Один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой. Тот, кто будет обладать огромным могуществом и сможет победить Темного Лорда, будет рожден на исходе седьмого месяца в семье, что трижды бросала вызов…

Краски поблекли. Фигура, медленно вращаясь, словно стекала обратно в омут, пока полностью не исчезла. Сириус сощурился, смотря в уже успокоившийся омут.

— Имя Темного лорда не указано, как и имя Гарри, — задумчиво протянул Сириус. — Если бы не Снейп, Волдеморт бы не запустил цепь пророчества. В остальном… Невилл подходил бы идеально.

Дамблдор кивнул:

— Это так. Но Волдеморт выбрал Гарри. Ваша сложная защита лишь еще больше убедила его в правильности выбора.

Сириус продолжал поглаживать пальцами перья феникса, но мысли его явно были далеко отсюда.

— Теперь полноценно победить Волдеморта сможет лишь Гарри, — говорил Дамблдор. — Но у них огромная разница в опыте, а я не могу дать никаких гарантий, что именно через столько-то лет Гарри впервые столкнется с ним…

— Вы явно хотели, чтобы они столкнулись еще на первом курсе, — резко ответил Сириус и встал с кресла.

Феникс с долей обиды посмотрел на Блэка, но тот уже не обращал на фамильяра никакого внимания.

— Я знаю, как готовили телохранителей для фараонов. Осведомлен о том, как маги далекого прошлого готовили для себя героев, бесконечной чередой лишений и проблем закаляя характер выбранного мага, все для того, чтобы те умерли за своего лидера. Но с Гарри я не позволю так поступить. Если его необходимо подготовить к битве с Волдемортом — я сделаю это. Но если я еще хоть раз столкнусь с вашим желанием воспитать из моего крестника героя-смертника…

Он не договорил, но слова и так были излишними. Дамблдор попытался возразить:

— Ты ставишь под угрозу спокойствие целой страны…

Сириус усмехнулся. Цинично, совсем в духе своей семьи:

— Я Блэк, профессор. Мне плевать на всех. Если эта страна хочет выжить за счет близкого мне человека, то мне такая страна не нужна. Я знаю, что такое пророчество, знаю, что Гарри не сможет от него скрыться, и знаю, что сразиться придется. Но, простите, подчинять всю его жизнь подобному сражению я не буду. До свидания, профессор.