Гарри Поттер и Песочные Часы

— Пойти почитать кое-что о квиддиче, — ответил Гарри. Он знал, что в ближайшие несколько месяцев Гермиона будет упражняться в протеевых чарах до тех пор, пока ее руки способны будут держать палочку.

Помощи Гермионы было недостаточно. И Гарри, подстегивая самого себя воспоминаниями о встрече с Барти Краучем, пытался обогнать шестикурсников в изучении заклинаний. Профессор Флитвик, если бы ему довелось увидеть, как Гарри копирует объемные фолианты из библиотеки и ставит копии на полки в Выручай-комнате, где они в идеальном состоянии несколько дней подряд ждут своего часа, возможно, поставил бы ему «Выше ожидаемого» на пять курсов вперед. Однако этого было недостаточно. Примитивные чары могли помочь только в начале.

— Ты какой-то хмурый, Гарри, — заявила Сьюзен Боунс за ужином.

Вечером Гарри предстояла очередная тренировка в окклюменции. Он уже перестал считать количество вечеров, проведенных за отточенной последовательностью действий: Гарри приходит в кабинет, они без слов начинают занятие, потом часы показывают, что урок завершен, и Гарри выходит из кабинета. Если бы его попросили вспомнить, как именно прошел последний урок, Гарри, скорее всего, перепутал бы его с каким-то еще.

— Прости, просто много дел, — не задумываясь, ответил Гарри. И тут же мысленно прикусил язык. Хаффлпаффцы умели расположить к себе лучше любого другого студента. В их обществе Гарри чувствовал себя совершенно беззащитным.

— Разве не каникулы? — рассмеялась Сьюзен. — Кстати, хотела предложить тебе помощь.

— Помощь? — Гарри мысленно перебрал в голове несколько вариантов. Тетя рассказала Сьюзен о том, что Гарри был в поместье Малфоев? Гермиона проболталась об их занятиях в Выручай-комнате? Профессор Спраут рассказала, что Гарри с первых дней ведет себя «странно»? Слагхорн решил поставить еще одного человека на свою «полку»?

— Да, — Сьюзен улыбнулась теплой, открытой улыбкой хаффлпаффки, — я слышала, что ты никак не можешь научиться нормально левитировать перо. Знаешь, у меня это отлично получается. Если у тебя будет время, я могу рассказать, как это делать.

Гарри усилием воли избавился от остальных вариантов. Сьюзен Боунс, первокурсница факультета Хаффлпафф, единственный родственник которой работал в Министерстве на высокой должности, всего-навсего захотела помочь своему сверстнику… своему другу освоить несложное заклинание. Гарри с облегчением выдохнул.

— Да, да, конечно, это было бы просто замечательно, — ответил он.

Сьюзен Боунс, племянница Амелии Боунс, главы отдела магического правопорядка, могла помочь Гарри во многих отношениях, но пока было достаточно того, что эта добрая искренняя девочка будет считать, что помогла Мальчику-который-выжил освоить чары «Вингардиум Левиоса».

— Отлично, начнем завтра, — строго сказала Сьюзен.

Гарри снова задумался о факультетах Хогвартса. Они были равнозначны, иначе один из них непременно был бы вытеснен остальными. Гриффиндорцы добивались своего храбростью, рэйвенкловцы — умом, слизеринцы использовали любые средства, если цель, с их точки зрения, оправдывала это, а хаффлпаффцы — они просто умели принимать чужую помощь.

18. Лили

Каникулы подходили к концу. Мантия-невидимка, один из важнейших элементов плана Гарри, до сих пор находилась у Дамблдора, как вещественное доказательство его недоверия. Гарри старался не думать об этом и концентрировался на других проблемах. Он дружелюбно болтал за обедом со Сьюзен, которую тетя оставила в Хогвартсе из-за аврала в Министерстве, вызванного необходимостью расследования череды смертей. Он старался отправлять сову Сириусу каждые два дня и рассказывал ему о том, что удалось узнать о родителях, спрашивал об отце и даже раздобыл вырезку старого номера «Пророка» с фотографией Поттеров. Он вежливо здоровался с профессором Слагхорном в коридорах и никоим образом не напоминал ему о данном обещании. Он с пунктуальностью Гермионы ходил к Снейпу, украдкой махал рукой Макгонагалл и всем своим видом показывал профессору Флитвику, что крайне обеспокоен своими успехами в чарах левитации.

Когда каникулы закончились, Гарри знал почти всех первокурсников поименно, мог рассказать, что предпочитает каждый из них на завтрак, и о предках доброй половины прочел массу полезных сведений в исторических монографиях и мемуарах. Это было тяжело, куда тяжелее использования патронуса перед дементорами, но Гарри снова и снова напоминал себе, что теперь он — студент Хаффлпаффа, и для него трудолюбие и упорство — главные качества. Том Риддл был одаренным мальчиком, который мог вызывать доверие одной улыбкой, именно поэтому он натворил столько ошибок и в конечном счете погиб в детской Гарри, в Годриковой Впадине. Том Риддл был истинным слизеринцем, он игнорировал, как Салазар когда-то, мнение других факультетов. Гарри твердо решил, что не повторит чужой ошибки. Если он вынужден сражаться с Волдемортом, если это неизбежность, то нужно подготовиться, пока еще есть время.