Фандом: Гарри Поттер. Гарри получает возможность вернуться к моменту доставки письма из Хогвартса. Он уже успел разочароваться в друзьях, наставниках, врагах и соперниках. Все, что он хочет — еще раз выжить.
246 мин, 55 сек 7361
Гарри шел по узкому коридору, созданному его заклятьем, и разглядывал чары, летящие в него, с безразличием зомби. Барти-младший прошел здесь, он смог преодолеть испытание Снейпа, значит, Гарри это тоже удастся. Сложность заключалась не в том, что у Гарри плохо выходили чары защиты, напротив, он уделял им больше внимания, чем любым другим. Сложность была в том, что у него в руках была палочка Драко Малфоя.
Шах.
Профессор Слагхорн, в отличие от своего предшественника, не стал усложнять задачу. Возле очередной двери стоял кувшин и стакан. На стакане Гарри заметил отпечатки чужих пальцев. Барти Крауч прошел испытание.
Внутри был яд. Гарри не сомневался, что Гораций Слагхорн, выполняя поручение Дамблдора, действительно оставит в Школе без присмотра графин с ядом. Слизеринец, который идет к поставленной цели, не остановится перед подобной моральной дилеммой.
Он обернулся. На столе часть ингредиентов была разбросана. Вряд ли Барти Крауч также хорошо владел зельеварением, как использовал Непростительные Проклятья. Гарри кинулся к ингредиентам, надеясь найти там безоар. Универсальный антидот, который на месте Слагхорна он непременно оставил бы. Своего рода ирония, что-то вроде первоапрельской шутки перед лицом смерти.
Крошечный мешочек с надписью «Камень безоара» был пуст. Гарри ударил по столешнице кулаком, добиваясь необходимой теперь боли, и, стиснув зубы, стал оценивать ингредиенты.
Противоядие по Третьему закону Голпалотта. Гораций Слагхорн предлагал приготовить зелье, состоящее из более чем сотни ингредиентов. Гарри вынул Карту и посмотрел на точку. Барти Крауч все еще был внутри. Выйти через другую комнату он не сможет — это радовало Гарри. Оставалось только ждать.
Шах.
Дверь скрипнула, Гарри поправил мантию и отступил в угол. На пороге появился Северус Снейп. Он окинул взглядом графин, ингредиенты на столе, повертел в руках пустой мешочек из-под безоара, а потом поставил первый котелок на огонь.
Шестьдесят три, шестьдесят четыре.
Гарри стоял рядом со Снейпом, считая ингредиенты. Он не знал, на чем остановится профессор, во сколько он оценит собственную жизнь. Некоторые останавливались на пятидесяти, некоторые — на сотне. Только единицы рисковали проверить эффект. Именно поэтому Слагхорн оставил в комнате безоар. Один безоар для одного безумца, решившего бросить вызов испытаниям преподавателей Хогвартса. Жестокий эксперимент Дамблдора учителя превратили в задания с возможностью хорошего исхода. Они не хотели жертв, в отличие от Гарри.
Вторая дверь скрипнула в тот момент, когда Гарри досчитал до восьмидесяти трех. Снейп отпрыгнул в сторону, вскидывая палочку в воздух в оборонительную позицию. Гарри достал собственную.
Из дверного проема, держа палочку наготове, выступил Барти. Гарри готов был увидеть там другого человека, хотя видел на Карте, что Барти-младший ходит в комнате с зеркалом Еиналеж. Гарри хотелось, чтобы все это закончилось, как в прошлый раз. Битвой мальчика и злодея. Теперь злодеем себе казался он сам.
Снейп и Крауч, оба, выкрикнули заклинания. Гарри воспользовался суматохой, шепнул «Протего», окружая себя щитовыми чарами. Ему не хватало пространства, в тесной комнатке с ядом, ингредиентами и кипящим котлом негде было развернуться. Финальная битва должна была пройти где-нибудь на открытом месте. В просторной комнате с зеркалом, в огромном подземелье с василиском, в лесу с дементорами, на кладбище, в Отделе Тайн.
Гарри вспомнил Отдел Тайн. Пока Снейп и Крауч перекидывались заклятьями, он выпал из реальности и вспомнил момент, когда принял решение взять в руки Часы. Его друзья были на грани жизни и смерти, он уже видел смерть Седрика, вот-вот Волдеморт должен был убить Сириуса, и, что хуже всего, Гарри знал, что имеет к происходящему самое прямое отношение. Он действовал от безысходности.
Теперь все было иначе. Они стояли в узкой комнатушке, и никому там, наверху, не пришло бы в голову то, что происходило здесь. Гарри подумал, что настоящие магические войны происходят именно так. Кто-то пишет статью в «Пророке», и Люциус Малфой вынужден открывать стены своего поместья аврорам. Кто-то шепчет Пожирателю Смерти о возможной опасности, и видная журналистка исчезает. Кто-то видит рисунок в газете, и чары Империо перестают быть абсолютными. Тихо, незаметно, в маленьких комнатушках, вроде этой. Война, в которой он никогда не участвовал.
На конце палочки Драко Гарри поместил все воспоминания, которые у него были. Крик матери, который подарили ему дементоры, лицо медленно умирающей Джинни Уизли, обреченную улыбку Сириуса Блэка, прощальную просьбу призрака Седрика, опустошенное лицо Барти-старшего, истекающего кровью мистера Уизли.
— Авада Кедавра.
Шах.
Профессор Слагхорн, в отличие от своего предшественника, не стал усложнять задачу. Возле очередной двери стоял кувшин и стакан. На стакане Гарри заметил отпечатки чужих пальцев. Барти Крауч прошел испытание.
Внутри был яд. Гарри не сомневался, что Гораций Слагхорн, выполняя поручение Дамблдора, действительно оставит в Школе без присмотра графин с ядом. Слизеринец, который идет к поставленной цели, не остановится перед подобной моральной дилеммой.
Он обернулся. На столе часть ингредиентов была разбросана. Вряд ли Барти Крауч также хорошо владел зельеварением, как использовал Непростительные Проклятья. Гарри кинулся к ингредиентам, надеясь найти там безоар. Универсальный антидот, который на месте Слагхорна он непременно оставил бы. Своего рода ирония, что-то вроде первоапрельской шутки перед лицом смерти.
Крошечный мешочек с надписью «Камень безоара» был пуст. Гарри ударил по столешнице кулаком, добиваясь необходимой теперь боли, и, стиснув зубы, стал оценивать ингредиенты.
Противоядие по Третьему закону Голпалотта. Гораций Слагхорн предлагал приготовить зелье, состоящее из более чем сотни ингредиентов. Гарри вынул Карту и посмотрел на точку. Барти Крауч все еще был внутри. Выйти через другую комнату он не сможет — это радовало Гарри. Оставалось только ждать.
Шах.
Дверь скрипнула, Гарри поправил мантию и отступил в угол. На пороге появился Северус Снейп. Он окинул взглядом графин, ингредиенты на столе, повертел в руках пустой мешочек из-под безоара, а потом поставил первый котелок на огонь.
Шестьдесят три, шестьдесят четыре.
Гарри стоял рядом со Снейпом, считая ингредиенты. Он не знал, на чем остановится профессор, во сколько он оценит собственную жизнь. Некоторые останавливались на пятидесяти, некоторые — на сотне. Только единицы рисковали проверить эффект. Именно поэтому Слагхорн оставил в комнате безоар. Один безоар для одного безумца, решившего бросить вызов испытаниям преподавателей Хогвартса. Жестокий эксперимент Дамблдора учителя превратили в задания с возможностью хорошего исхода. Они не хотели жертв, в отличие от Гарри.
Вторая дверь скрипнула в тот момент, когда Гарри досчитал до восьмидесяти трех. Снейп отпрыгнул в сторону, вскидывая палочку в воздух в оборонительную позицию. Гарри достал собственную.
Из дверного проема, держа палочку наготове, выступил Барти. Гарри готов был увидеть там другого человека, хотя видел на Карте, что Барти-младший ходит в комнате с зеркалом Еиналеж. Гарри хотелось, чтобы все это закончилось, как в прошлый раз. Битвой мальчика и злодея. Теперь злодеем себе казался он сам.
Снейп и Крауч, оба, выкрикнули заклинания. Гарри воспользовался суматохой, шепнул «Протего», окружая себя щитовыми чарами. Ему не хватало пространства, в тесной комнатке с ядом, ингредиентами и кипящим котлом негде было развернуться. Финальная битва должна была пройти где-нибудь на открытом месте. В просторной комнате с зеркалом, в огромном подземелье с василиском, в лесу с дементорами, на кладбище, в Отделе Тайн.
Гарри вспомнил Отдел Тайн. Пока Снейп и Крауч перекидывались заклятьями, он выпал из реальности и вспомнил момент, когда принял решение взять в руки Часы. Его друзья были на грани жизни и смерти, он уже видел смерть Седрика, вот-вот Волдеморт должен был убить Сириуса, и, что хуже всего, Гарри знал, что имеет к происходящему самое прямое отношение. Он действовал от безысходности.
Теперь все было иначе. Они стояли в узкой комнатушке, и никому там, наверху, не пришло бы в голову то, что происходило здесь. Гарри подумал, что настоящие магические войны происходят именно так. Кто-то пишет статью в «Пророке», и Люциус Малфой вынужден открывать стены своего поместья аврорам. Кто-то шепчет Пожирателю Смерти о возможной опасности, и видная журналистка исчезает. Кто-то видит рисунок в газете, и чары Империо перестают быть абсолютными. Тихо, незаметно, в маленьких комнатушках, вроде этой. Война, в которой он никогда не участвовал.
На конце палочки Драко Гарри поместил все воспоминания, которые у него были. Крик матери, который подарили ему дементоры, лицо медленно умирающей Джинни Уизли, обреченную улыбку Сириуса Блэка, прощальную просьбу призрака Седрика, опустошенное лицо Барти-старшего, истекающего кровью мистера Уизли.
— Авада Кедавра.
23. Орден Феникса
«Уважаемый мистер Поттер!»
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 66 из 70
