Безусловно, ночь — самое благоприятное для всех творческих людей время дня.
42 мин, 7 сек 17268
Весь день до вечера Александр ходил едва живой, ощущая себя тенью из-за обилия чувств и эмоций. Порой ему казалось, что он сумасшедший, что рассудок покинул его, но вспоминая, насколько ярким был сон, и насколько прекрасна была Геката, он тот час приходил в себя. Он был встревожен, нервничал, и лишь наступающий вечер сумел его приободрить, подарить надежду на скорейшее свидание с Гекатой, и миром, в котором она жила.
Едва — едва стемнело, он лег на кровать и попытался заснуть. Но сон не приходил, и Александр начал паниковать — не дай бог у него бессонница. Но к одиннадцати он все же заснул. В этот же миг, ему вновь явилась богиня и поманила его за собой. Сделав несколько неуверенных шагов по извилистой тропинке он очутился перед громадным, сказочным полем.
Это был Сад, Где Рождаются Сны.
По всей земле были разбросаны удивительные, ни с чем несравнимые цветы, бледно — голубого, светло — фиолетового или серебристого оттенка. Они излучали тонкий, нежный, полный ночной свежести, аромат. При свете луны они казались прозрачными, настолько тонкими были их треугольные лепестки.
Стебли и листья этих цветов были благородного, темно — зеленого цвета; они были изогнуты в причудливые формы — спирали, молнии, зигзаги. Листья напоминали маленькие сердечка, с загнутыми вверх или вниз, концами. И если внимательно присмотреться, то можно было заметить прекрасные узоры, которыми сверху донизу были расписаны стебельки раскачивающихся цветов.
Они вздрагивали от малейшего дуновения ветерка, и качались как — будто в ритм едва слышимой музыке, текущей плавно, откуда с неба, темного и глубоко, усеянного звездами, которые, казалось, вели неспешные беседы: ведь им, с их высоты видно все — о чем может и не может думать и мечтать человек.
Александр смотрел влюбленными глазами философа на весь этот чудесный край, сплошь усеянный сказочными цветами.
— Нравится? — тихо спросила Геката.
— Это Сад, Где Рождаются Сны. Каждый из этих цветков — чей-то сон. Я и мои помощницы выращиваем их уже много-много столетий.
— Помощницы? Кто они?
— Разве ты не видишь их? Ведь они здесь повсюду — мои маленькие Ночные Феи. Без них я едва ли бы смогла управиться в этом огромном саду. Они всегда были здесь.
Только сейчас Александр увидел крошечных созданий с крылышками, прозрачными и серебристыми, как фата невесты. Эти крошки летали от цветка к цветку и пели, поправляя лепестки, разглаживая стебли. Песни эти были нежнее поцелуя, нежнее морской волны в закатный час, нежнее, чем солнечный свет ранним утром.
— Взгляни, сколько снов, Александр! Здесь есть и детские мальчишеские сны, и сны состоятельных мужчин, сны богатых дам и бедных кухарок. А вот там — там цветут сны молодых девушек и юношей, полные серебряных надежд и шелковых мечтаний.
Геката гуляла с Александром по бесконечному полю, рассказывая множество историй о великом и малом, бодром и сонливом, смешном и грустном.
— Знаешь, если взглянуть в цветок, можно увидеть сон… Это так смешно, подглядывать за чужими снами. Взгляни…
Александр нагнулся, и посмотрел в сердцевину цветка — в ней было маленькое зеркало, в котором кто-то весело кружился в танце, при ярком свете свечей и громкой музыке вычурных вальсов.
— Этой девушке снится бал.
— Да. А вчера ей снилась прогулка по парку с двумя маленькими собачками — зеленого и желтого цвета. Правда она постеснялась сказать правду своей матери…
Они шли дальше и дальше, пока, наконец, не увидели большой, серебряный цветок, который рос на отдалении от остальных. Он был больше и красивей других, а лепестки его были словно выкованы из драгоценных металлов — так красочно они переливались всеми цветами радуги.
— Чей это сон? — спросил Александр, любуясь пышным растением.
— Это мой сон… — тихо ответила Геката.
— Можно взглянуть? Интересно, что снится богиням?
— Нет! — встревожено ответила она, закрыв его рукой.
— Нельзя.
— Прости, Геката, я не хотел…
— Ничего, — ласково улыбнулась богиня, — идем дальше. Смотри, Александр, — указала тонким пальчиком Геката на темно — коричневые цветы, растущие в окружении колючих шипов диких трав.
— Это — страшные сны. К сожалению, они тоже растут у нас. Как мои феи не стараются их извести, все равно они появляются вновь и вновь.
Александр, со свойственным ему любопытством, хотел было взглянуть в них, но Геката вовремя остановила его:
— Не делай этого, не стоит. Лучше не смотреть чужие кошмары, иначе они могут воплотиться в твоей жизни. И даже не пробуй спорить. Тем более что нам пора прощаться…
— Как? Уже? Так скоро? Ведь кажется лишь мгновение тому я переступил порог Сада, Где Рождаются Сны.
— Да, прости, но скоро рассвет. Тут и там, время идет по-разному. Тебе пора просыпаться. Закрой глаза.
— Постой, Геката. Я хотел бы еще раз взглянуть…
— На цветы? — лукаво посмотрела богиня на Александра.
— Нет. На тебя — едва слышно сказал молодой аристократ.
Едва — едва стемнело, он лег на кровать и попытался заснуть. Но сон не приходил, и Александр начал паниковать — не дай бог у него бессонница. Но к одиннадцати он все же заснул. В этот же миг, ему вновь явилась богиня и поманила его за собой. Сделав несколько неуверенных шагов по извилистой тропинке он очутился перед громадным, сказочным полем.
Это был Сад, Где Рождаются Сны.
По всей земле были разбросаны удивительные, ни с чем несравнимые цветы, бледно — голубого, светло — фиолетового или серебристого оттенка. Они излучали тонкий, нежный, полный ночной свежести, аромат. При свете луны они казались прозрачными, настолько тонкими были их треугольные лепестки.
Стебли и листья этих цветов были благородного, темно — зеленого цвета; они были изогнуты в причудливые формы — спирали, молнии, зигзаги. Листья напоминали маленькие сердечка, с загнутыми вверх или вниз, концами. И если внимательно присмотреться, то можно было заметить прекрасные узоры, которыми сверху донизу были расписаны стебельки раскачивающихся цветов.
Они вздрагивали от малейшего дуновения ветерка, и качались как — будто в ритм едва слышимой музыке, текущей плавно, откуда с неба, темного и глубоко, усеянного звездами, которые, казалось, вели неспешные беседы: ведь им, с их высоты видно все — о чем может и не может думать и мечтать человек.
Александр смотрел влюбленными глазами философа на весь этот чудесный край, сплошь усеянный сказочными цветами.
— Нравится? — тихо спросила Геката.
— Это Сад, Где Рождаются Сны. Каждый из этих цветков — чей-то сон. Я и мои помощницы выращиваем их уже много-много столетий.
— Помощницы? Кто они?
— Разве ты не видишь их? Ведь они здесь повсюду — мои маленькие Ночные Феи. Без них я едва ли бы смогла управиться в этом огромном саду. Они всегда были здесь.
Только сейчас Александр увидел крошечных созданий с крылышками, прозрачными и серебристыми, как фата невесты. Эти крошки летали от цветка к цветку и пели, поправляя лепестки, разглаживая стебли. Песни эти были нежнее поцелуя, нежнее морской волны в закатный час, нежнее, чем солнечный свет ранним утром.
— Взгляни, сколько снов, Александр! Здесь есть и детские мальчишеские сны, и сны состоятельных мужчин, сны богатых дам и бедных кухарок. А вот там — там цветут сны молодых девушек и юношей, полные серебряных надежд и шелковых мечтаний.
Геката гуляла с Александром по бесконечному полю, рассказывая множество историй о великом и малом, бодром и сонливом, смешном и грустном.
— Знаешь, если взглянуть в цветок, можно увидеть сон… Это так смешно, подглядывать за чужими снами. Взгляни…
Александр нагнулся, и посмотрел в сердцевину цветка — в ней было маленькое зеркало, в котором кто-то весело кружился в танце, при ярком свете свечей и громкой музыке вычурных вальсов.
— Этой девушке снится бал.
— Да. А вчера ей снилась прогулка по парку с двумя маленькими собачками — зеленого и желтого цвета. Правда она постеснялась сказать правду своей матери…
Они шли дальше и дальше, пока, наконец, не увидели большой, серебряный цветок, который рос на отдалении от остальных. Он был больше и красивей других, а лепестки его были словно выкованы из драгоценных металлов — так красочно они переливались всеми цветами радуги.
— Чей это сон? — спросил Александр, любуясь пышным растением.
— Это мой сон… — тихо ответила Геката.
— Можно взглянуть? Интересно, что снится богиням?
— Нет! — встревожено ответила она, закрыв его рукой.
— Нельзя.
— Прости, Геката, я не хотел…
— Ничего, — ласково улыбнулась богиня, — идем дальше. Смотри, Александр, — указала тонким пальчиком Геката на темно — коричневые цветы, растущие в окружении колючих шипов диких трав.
— Это — страшные сны. К сожалению, они тоже растут у нас. Как мои феи не стараются их извести, все равно они появляются вновь и вновь.
Александр, со свойственным ему любопытством, хотел было взглянуть в них, но Геката вовремя остановила его:
— Не делай этого, не стоит. Лучше не смотреть чужие кошмары, иначе они могут воплотиться в твоей жизни. И даже не пробуй спорить. Тем более что нам пора прощаться…
— Как? Уже? Так скоро? Ведь кажется лишь мгновение тому я переступил порог Сада, Где Рождаются Сны.
— Да, прости, но скоро рассвет. Тут и там, время идет по-разному. Тебе пора просыпаться. Закрой глаза.
— Постой, Геката. Я хотел бы еще раз взглянуть…
— На цветы? — лукаво посмотрела богиня на Александра.
— Нет. На тебя — едва слышно сказал молодой аристократ.
Страница 10 из 12