Голубой гибискус

Хорошо тем, кого по телевизору показывают и о ком в газетах пишут — актерам, звездам телесериалов, музыкантам, художникам, писателям, — и делом любимым заняты, и публика их любит. На улице спасу, поди, от народной любви нет.

А как я реализуюсь на своей работе?! И кому интересно то, чем там занимаюсь? Мне самому это занятие давно противно.

Гиби вызывает у меня больше эмоций. Так почему я не должен продолжить свое дело?

«Нет, нет! Всему же есть научное объяснение и ко всему должен найтись разумный подход. Что нужно цветку? Гадость: углекислый газ. Много, видимо, газа. Может, если б я еще немножко подышал, ему хватило? Правда, чем могло кончиться, вопрос еще. Рисковать своей жизнью не дело, да и чужие души губить тоже не здорово. Все-таки жалко собаку… И не хочется больше других кончать.»

А с автомобильными выхлопами тоже ведь неплохая идея. Но раз окно для Гиби открыть недостаточно, может, поставить цветок у самой дороги? Нет, не то. Не могу же я не смыкая глаз следить за ним: вдруг он расцветет-его тут же похитят! Или на ночь оставлять там? Только ночью много ли проедет машин? А что, если…

Хорошо, что суббота.

Курин сел в маршрутку и вскоре оказался на железнодорожном вокзале. Восемь остановок и вот он уже на даче. После смерти отца дача оказалась брошенной, лишь изредка летом Алексей с женой приезжали туда поваляться на солнышке. Выносили во двор матрацы, Ольга водила ручкой в журнале «Реши без души», а Курин читал газеты, да в бадминтон несколько раз играли. А дом-добротное бревенчатое здание, постепенно оседал и разрушался. Теперь он пребывал совсем в плачевном состоянии.

Но последнее обстоятельство мало тревожило Алексея, в доме ему и делать нечего. Оказавшись на участке, он сразу же направился в сарай.

Вот она, чудо-машина мультикультиватор. Отец так ценил и любил ее, что чуть ли не целовался с ней. Наверное, для огорода и впрямь нужная штука.

Курин не испытывал особой любви к огороду, как, впрочем, и вообще к деревне, и потому не понимал отцовской радости. Лишь теперь, увидев культиватор, сельский гость почувствовал воодушевление.

Как там папа делал? Курин с силой дернул ручку мотоблока, но тот и не думал заводиться. Оказалось, не было топлива в баке. Алексей отыскал жестяную канистру, вылил из нее все, что оставалось, в резервуар, и снова дернул ручку. Никакого результата. Дернул еще несколько раз. Потряс машину — наверное, что-то застоялось в механизме. Еще попытка. Пустое! Непокорность культиватора разъяряла Курина, он дергал ручку не останавливаясь. Эта штуковина должна наконец сдаться, ведь это так нужно ему! Пнул хорошенько аппарат ногой и так сильно потянул ручку, что та оторвалась от троса и Алексей отлетел с ней в угол.

И получилось-таки: мотоблок заработал! Затарахтел и поехал, вращая ржавой лопатой-насадкой!

А копоти сколько! Наверняка Гиби понравится. Только слишком громко работает, Валера с Ниной опять придут. С ними не пошумишь лишний раз. Да еще о «декабристе» вспомнят… Пора, пора им новый цветок купить.

С шумом можно глушителем бороться. Но это добро можно в городе найти; автомагазины, благо, и в выходные работают. Многие и ночами даже.

Он погрузил мотоблок на тележку, найденную там же, в сарае, и крепко закрепил веревкой. Тележка старая, местами ржавая, одно колесо немного бьет. Да и культиватор не очень презентабельно смотрится. Такое не то что совестно по городу везти, даже в электричке стыдно поставить. Курин раздобыл в доме чистую простыню и так укутал ею старье, что виднелись лишь колеса тележки.

«Так-то поприличней будет. Да и ни к чему зевакам знать, что везу» — решил он, и прихватив оторванную ручку и пустую канистру, запер сарай и поспешил к станции.

Глушитель купил самый дешевый, вазовский. Возле магазина была и бензоколонка; Курин наполнил канистру.

Комната не так уж велика, поэтому мотоблок пришлось расположить возле самой двери. К выхлопной трубе машины с помощью тряпок и алюминиевой проволоки был прикреплен длинный глушитель, его выходное отверстие оказывалось возле самого цветка. Алексей положил на табуретку, которая поддерживала глушитель, еще одну толстую книгу. Теперь самое оно получается. Он немного приоткрыл форточку — не дело, если вся гадость пойдет на кухню. Привязал к тросу оторванную ручку, запустил механизм и ловким движением перевернул культиватор вверх колесами. Поправил глушитель.

Ну что же, не так уж и шумно работает. Курин мог даже телевизор на кухне смотреть, не особенно увеличивая громкость.

К вечеру бензин был израсходован. Алексей не собирался в тот день снова запускать машину — все же ночью слышимость значительно выше, стоит ли испытывать соседей, — но решил сходить на заправку еще раз. Пусть будет запас на завтра. Мало ли, вдруг дождик зарядит или еще чего приключится…

Курин закрыл форточку — радуйся, Гиби!— взял канистру, и, заперев входную дверь на один ключ, пошел к колонке. Спустя двадцать минут он был уже у дома.