Город, который ты любишь

Да и потом. Как бы дико это не звучало, но, возможно, тут живут не только белые. Или, возможно, что придется и задержаться. В конце концов, торговали же они с краснокожими, хотя охотились друг на друга? Так и тут то же самое — одних убивать, другим сбывать, наверняка, решил он окончательно, тут есть люди в своем уме, которые поймут, что за тсантсу стоит платить!

Бомж, вырванный из сна, вскочил, озираясь. То, что он увидел, превзошло его самые ужасные подозрения — стоял перед ним карлик, ростом ему по пояс, с горящими в слабом свете аварийной лампочки, глазищами, лохматый, тонкорукий и тонконогий, скалящий ужасные белые зубки, которые имели форму, как у акулы на рисунках в детских книгах. Спятил? Спит еще? Бомж стал спешно щипать себя за руку, но порадоваться тому, что больно, не успел, да и не стал бы — радоваться особо было нечему. Кошмар не исчез, сон не кончился, а выудил кошмар ужасного вида нож и взмахнул им, надвигаясь.

Бомж заорал так, что вздрогнул мрак теплоцентрали, качнулась лампочка и поседели крысы. А потом обделался прямо в штаны.

— Гур! — Вслух завопил Маронге, и бомж бросился бежать. Каннибал и не подумал его преследовать, с ужасом думая, что мог убить безумца. Кто же еще обделается, если надо драться насмерть и потом повернется к врагу спиной?! Как хорошо, что он разбудил его сперва, как хорошо!

— Просто убивать их уже неинтересно, — сказал скучным голосом Роберт, — как-то нелепо. Да и полиции все равно. Никто нас, кажется, даже не ищет.

Он и его приятели сидели на спортивной открытой площадке.

— Я думаю, что веселее будет слить бензина с какой-нибудь тачки, полить ей бомжа, а потом поджечь. Снять на камеру и выложить в «You Tube». Тут поневоле засуетятся. Город укажем. Пора чистить город. Найдутся последователи. Уверен.

— А кто узнает, кому следовать? — Мрачно спросил толстяк Томми, которого угнетала мысль о том, что они никак не решат вопрос с широкой известностью. Дело было хорошее, на этом они сошлись давно, бомжей убивать полезно и весело. Зараза, грязь и вонь.

— Проще пареной репы. Раз видео пойдет в интернет, то просто допишем воззвание и как-нибудь себя назовем. Призовем следовать. Все такое. Как у террористов.

— Ну, ты. Потише. Мы не террористы. Мы преследуем верную цель, — одернул приятеля Роберт, бывший в компании коноводом.

— Я лишь как идею предложил, — защищался тот, кто говорил о видео и террористах.

— Как принцип, — важно поправил его Роберт, — идея другая. Ее предложу я. Позже. Пошли искать тачку и бомжа.

— А как назовем наше движение? — Оживился Томми.

— Надо как-нибудь забавно, — внезапно предложил Роберт, — чтобы было это… Как его…

— Контрастно? — Робко предположил Генри, тот, что заикнулся об интернете и террористах. Как совсем без ума человек, надо же додуматься!

— Точно, — милостиво согласился Роберт, — контраста для. Есть «Охотники за привидениями», а мы будем «Охотники за бомжами». Смешно. И привлекательно.

— Что да, то да, — согласились двое других. — «Охотников за привидениями» любят все.

— Психология, мужики, — снисходительно сказал Роберт.

Тару под бензин нашли быстро, простую большую стеклянную банку, решив, что сразу разбить стекло над бомжом быстрее, чем поливать из горлышка, проснется и попробует удрать, а то еще начнет брыкаться, можно и заразу какую подцепить.

Бензин тоже нашли быстро. Это был большой город. Не джунгли какие и не лес. Заправок было до черта и в стеклянную тару бензин им отпустили.

А уж с бомжами проблем не было вообще — пруд пруди. Долго искали подходящего, не слишком старого, чтобы сразу не подох, и не слишком крепкого, чтобы не сбежал дальше нужного. Да и свет на улице тоже был нужен, чтобы не обвинили в фальсификации. Мелочи тоже надо учитывать.

— Вот. То, что надо, — сказал, наконец, Роберт. И в самом деле. Бомж был просто на загляденье. Видимо, не так давно стал бомжом, раз спал так открыто. Да и на вид был не особо ужасен. Но — бомж, тут не ошибешься.

— Бей банку, я держу его в фокусе, — сказал Генри Томми. Тот поднял банку над бомжом.

— Погоди, — сказал вдруг Роберт негромко, осмотрелся, нашел валявшийся кусок трубы и сказал: «Перебью ему колено, ты бьешь банку, я поджигаю. На раз-два-три».

Раз-два-три.

Ролик прогремел по «YouTube», как бомба «Малыш» в далеком тысяча девятьсот сорок пятом.

А потом пошел такой откат, что ошалели даже сами «Охотники за привидениями». Нашлись и те, кто поддерживал их, и кто ненавидел, кто благословлял, и кто желал им смерти точно такой же, и кто уверял, что тоже соберет такую группу, и те, кто уверяли, что будут теперь помогать бездомным. Были телевизионные дебаты, где винили всех — демократы либералов, граждане — правительство, церковь — атеистов, феминистки — на всякий случай, мужчин. Все сходились на том, что надо что-то делать с падением нравов и бюджетными средствами на бездомных.

— «Шалость удалась», — процитировал Роберт фразу из саги о Гарри Поттере, глядя на происходящее месяц спустя. — Можно идти дальше. Труден только первый шаг.