Альтернативная космология «Хроник Шеола» основана на идее о проклятом мире, созданном как противовес реальному миру. Но в то же время Шеол дополняет наш мир, поддерживая некое вселенское равновесие. Пересечение с вечным пост-апокалипсисом реалий Шеола может быть смертельно опасным для нас с вами, однако и в проклятом мире сохраняется некое подобие порядка, достаточного для существования разумной жизни…
54 мин, 38 сек 3879
Котик проснулся от лунного света, в полночь, когда луна ярко освещала обшарпанные полы и кровать. Бледный свет, похожий на усиленное в разы свечение грибов — гнилушек, которые так часто снились Котику, проник в его, свитое из одеяла, гнездо. Котик зевнул. Край висящего на стене зеркала сломал лунный луч, и странный блик упал на нижнюю полку шкафа. Котик сразу понял что надо делать. Лениво потянувшись, он выставил вперед сальные усы и направился к дверце шкафа, за которой, кроме кусков ткани, старой винной бутылки, ржавого варгана, подшивок журнала «В мире науки» и дешевых книжек Натальи Степановой, хранилась вековечная тайна немыслимого ужаса и бездны, куда тоннами энергетического мусора с начала времен отправлялись человеческие души. Котику настолько надоело полусонное существование в пределах квартиры, где вся тяга к познанию ограничивалось исследованием пустой миски корма, редкими проблемами с кишечником и сном в пахнущих куревом и больницей вещах хозяина, что он решил приоткрыть завесу, отделяющую наш трехмерный мир от многомерной и бесконечной пропасти.
Открытый шкаф дыхнул на Котика запахом старой бумаги, и, ориентируясь на озорной лунный блик, Котик стал нашаривать короткой, тоненькой лапкой черный книжный склеп. Наконец он нащупал коготками мягкий корешок нужной — единственной в своем роде — книги! Это был второй том «Практической магии» Папюса, в нем приводилась масса заклинаний и оккультных чертежей, а еще богатый словарь терминов средневековой алхимии. Из общей свалки хлама котик набрал пару свечных огарков, столбик художественного угля и зажигалку. Поднатужившись, таща в зубах сначала книгу, а потом остальные предметы, Котик перешел на кухню, где, из-за задернутых штор, ночь казалась еще глубже и загробнее.
В желтом, архаичном и напоминающем древние времена, свете свечей, Котик принялся подготавливаться к великому путешествию, которое должно было стать главным событием его жизни. Наугад чертя угольком символы и магические диаграммы, он, хрипло мяукая заклинания, выполнял последние инструкции; далее, для успешной телепортации в иную реальность, требовалось найти возвышение, с которого предстояло прыгнуть. Котик сразу понял, что послужит ему стартовой площадкой — это была самая высокая точка в квартире, верх платяного шкафа, на котором пылились невостребованные стройматериалы и хилый рулон обоев. Магические чертежи и демонические печати уже начали светиться глубоким красным светом, будто раскаленный металл. Котик, словно альпинист, зацепился коготками за висящий махровый халат, и, решительно напрягая хилое тельце, мигом взобрался на шкаф. Луна ушла, и чернота половиц внизу начала становиться глубже и враждебнее, она бурлила. Собрав последние силенки, Котик зажмурился и прыгнул в уже вовсю пылавшую бездну.
Он проснулся на грубой, каменистой поверхности. Она была крайне неприятной на ощупь — нечто среднее между наждаком и обгорелой кожей. Каменные участки оказались островками. Все остальное — именно плоть, грубая, складчатая, вся в язвах и морщинах. Стояла невыносимая жара, небо заволочено желто — черными тучами, в которых то сверкали молнии, то прорывались в разных направлениях громадные языки пламени. Воняло серой и железом, этот запах еще странно напоминал вонь тлеющей помойки. Неподалеку на голом, враждебном пейзаже виднелось красное, точь-в-точь артерия, дерево без листьев. Котик направился к нему, решил потянуться и поточить коготки. Как только он прикоснулся к дереву, из него начала выделяться кровавая роса. Котик опешил и решил убраться подальше с этого странного пустыря. Однако это оказалось не так просто… Это был не пустырь, а бесконечная поверхность проклятого места, которое зовется Ад.
Открытый шкаф дыхнул на Котика запахом старой бумаги, и, ориентируясь на озорной лунный блик, Котик стал нашаривать короткой, тоненькой лапкой черный книжный склеп. Наконец он нащупал коготками мягкий корешок нужной — единственной в своем роде — книги! Это был второй том «Практической магии» Папюса, в нем приводилась масса заклинаний и оккультных чертежей, а еще богатый словарь терминов средневековой алхимии. Из общей свалки хлама котик набрал пару свечных огарков, столбик художественного угля и зажигалку. Поднатужившись, таща в зубах сначала книгу, а потом остальные предметы, Котик перешел на кухню, где, из-за задернутых штор, ночь казалась еще глубже и загробнее.
В желтом, архаичном и напоминающем древние времена, свете свечей, Котик принялся подготавливаться к великому путешествию, которое должно было стать главным событием его жизни. Наугад чертя угольком символы и магические диаграммы, он, хрипло мяукая заклинания, выполнял последние инструкции; далее, для успешной телепортации в иную реальность, требовалось найти возвышение, с которого предстояло прыгнуть. Котик сразу понял, что послужит ему стартовой площадкой — это была самая высокая точка в квартире, верх платяного шкафа, на котором пылились невостребованные стройматериалы и хилый рулон обоев. Магические чертежи и демонические печати уже начали светиться глубоким красным светом, будто раскаленный металл. Котик, словно альпинист, зацепился коготками за висящий махровый халат, и, решительно напрягая хилое тельце, мигом взобрался на шкаф. Луна ушла, и чернота половиц внизу начала становиться глубже и враждебнее, она бурлила. Собрав последние силенки, Котик зажмурился и прыгнул в уже вовсю пылавшую бездну.
Он проснулся на грубой, каменистой поверхности. Она была крайне неприятной на ощупь — нечто среднее между наждаком и обгорелой кожей. Каменные участки оказались островками. Все остальное — именно плоть, грубая, складчатая, вся в язвах и морщинах. Стояла невыносимая жара, небо заволочено желто — черными тучами, в которых то сверкали молнии, то прорывались в разных направлениях громадные языки пламени. Воняло серой и железом, этот запах еще странно напоминал вонь тлеющей помойки. Неподалеку на голом, враждебном пейзаже виднелось красное, точь-в-точь артерия, дерево без листьев. Котик направился к нему, решил потянуться и поточить коготки. Как только он прикоснулся к дереву, из него начала выделяться кровавая роса. Котик опешил и решил убраться подальше с этого странного пустыря. Однако это оказалось не так просто… Это был не пустырь, а бесконечная поверхность проклятого места, которое зовется Ад.
Страница 2 из 17
