Несомненно, в жизни каждого есть свои белые и черные полосы. Люди часто делают ошибки, которые в той или иной мере влияют на их судьбу.
16 мин, 12 сек 7339
Что касается меня, то я считаю, что все уже решено за нас. Кто-то где-то расписал все до мельчайших подробностей… Но это можно изменить, я знаю как, я нашла способ.
Человек смеет многое, я смею больше — я НЕЧЕЛОВЕК… 1 Сегодня, впрочем, как и вчера и за день до этого, и за неделю, возможно, всю мою жалкую жизнь… я проснулась от звона цепи — кто-то дергал её снаружи. Я уже привыкла и даже не пыталась кричать. Меня кормили, время от времени кололи какие-то лекарства, может наркотики. Со мной живет кошка. Я её люблю: серая, когда-то пушистая, с зелеными глазами.
В последнее время они приносят все меньше еды — она пропадает. Наверное я больше не нуждаюсь в пище. Но я много пью — вода капает с потолка, сочится из стен. Цепь, наверное, уже совсем проржавела.
Я научилась спать с открытыми глазами — страх иногда заставляет учиться странным вещам. Они пока не знают, но я уже многому научилась.
Иногда откуда — то льется нежно — голубой свет и я могу рассмотреть свою камеру. Это кирпичные замшелые стены, такой же потолок, пол будто соткан из мягкого мха. Иногда мне кажется, что это я сделала. Они всегда приходят в темноте и не замечают этого. У меня красивые руки, наверное, красивое тело, длинные светлые волосы — они даже немного вьются. Я стараюсь быть чистой — я всегда умываюсь; часто сдвигаю браслет цепи на ноге — под ним почти совсем чистая кожа, не обращая внимания на то, что он на мне уже очень давно. Я не помню, что со мной было до всего этого, но иногда они называют меня Луной. Может это и не мое имя, но я очень хочу чтоб оно было моим. Наверное потому, что я не помню своего настоящего. Мне кажется, что надо мной лес — иногда от них пахнет дождем и травой — запах приходит с их шагами, на их подошве. На полу даже остаются веточки или листочки. Сегодня они снова придут, будет еще один укол. После него я снова буду долго спать.
Мне недавно начали сниться странные сны. В них я не заперта в этом месте. Я вижу людей, города, леса. В лесах — животных, птиц. Я впервые за долгое время видела солнце, но совсем недолго. Странно, но оно совсем не слепит глаза. Однажды я видела какое — то странный домик глубоко в лесу. Мне даже показалось, что я вижу цепь, припаянную к высокому металлическому столбу. Возможно это всего лишь мои сны… Они приходили. Снова делали укол. Возможно я проспала сутки, может и больше, но мысли все еще путаются. Я снова видела эти сны. Видела цепь и этот столб. Но я далеко в лесу вокруг нет ничего… Только мой столб. Откуда они приходят? Может они где — то рядом.
Кстати, моя кошка пропала. Наверное она ушла с ними.
Мне кажется, что прошло довольно много времени с их последнего прихода. Если бы они следили, то наверняка, заметили бы, что я начала снимать цепь. Я уже почти разогнула браслет. Я делала это когда спала. Голубой свет стал появляться на много чаще и мне кажется, что тогда они приходили последний раз. Меня оставили, больше не будет уколов, но я уже многому научилась и думаю, что смогу их найти… я должна их найти… 2 — Мы не можем больше продолжать всё это. Оно ничего не дает! — Браут сорвался на крик.
— Но, может, она просто не говорит… — Она вообще ничего не говорит, если вы не заметили.
— Но мы же давно не кормили её, там темно и сыро, а она все еще жива! — Кэролу показалось, что он привел довольно весомый аргумент.
— Значит скоро сдохнет! — фраза прозвучала резко и грубо и определила рамки разговора.
Молодой ученый Кэрол Льюис вышел из офисного здания и посмотрел на серое небо. Сейчас была поздняя осень и на улице моросил дождь. Парень поднял воротник и побрел в сторону таких же серых, как и небо, домов с редкими, как — будто нарисованными, квадратиками окон.
Дома, когда он лёг спать, то представил себе ту девушку: красивые длинные ноги, тонкие пальцы, светлые вьющиеся волосы. Однажды он видел её глаза — глубокий синий цвет… гипнотизирующий, манящий взгляд. Но она, кажется, спала. Да, она спала… спала с открытыми глазами.
Сон у Кэрола был тяжелый. Ему казалось, что он заперт и прикован цепью. Черные стены, грязный пол, чавкающая под ним грязь. С потолка сочилась вода. Откуда — то ползли слизни и черви. Костлявые грязные пальцы тянулись к горлу, а в глазах отражалось полусгнившее лицо с кривым ртом с выбитыми зубами. Когда его губ коснулись губы этого трупа, Льюис проснулся, обливаясь холодным липким потом. Во рту все еще чувствовался вкус земли и чего — то гнилого, а на теле — следы от ползавших по нему червей. Он вскочил с постели и побежал в ванную, стал под прохладный душ. Смыл с себя чувства из сна, а неприятный привкус ушел только тогда, когда он выдавил в рот пол тюбика ментоловой зубной пасты.
Остаток ночи Кэрол просидел на дне пустой ванны под прохладной струей, бьющей из душа.
Человек смеет многое, я смею больше — я НЕЧЕЛОВЕК… 1 Сегодня, впрочем, как и вчера и за день до этого, и за неделю, возможно, всю мою жалкую жизнь… я проснулась от звона цепи — кто-то дергал её снаружи. Я уже привыкла и даже не пыталась кричать. Меня кормили, время от времени кололи какие-то лекарства, может наркотики. Со мной живет кошка. Я её люблю: серая, когда-то пушистая, с зелеными глазами.
В последнее время они приносят все меньше еды — она пропадает. Наверное я больше не нуждаюсь в пище. Но я много пью — вода капает с потолка, сочится из стен. Цепь, наверное, уже совсем проржавела.
Я научилась спать с открытыми глазами — страх иногда заставляет учиться странным вещам. Они пока не знают, но я уже многому научилась.
Иногда откуда — то льется нежно — голубой свет и я могу рассмотреть свою камеру. Это кирпичные замшелые стены, такой же потолок, пол будто соткан из мягкого мха. Иногда мне кажется, что это я сделала. Они всегда приходят в темноте и не замечают этого. У меня красивые руки, наверное, красивое тело, длинные светлые волосы — они даже немного вьются. Я стараюсь быть чистой — я всегда умываюсь; часто сдвигаю браслет цепи на ноге — под ним почти совсем чистая кожа, не обращая внимания на то, что он на мне уже очень давно. Я не помню, что со мной было до всего этого, но иногда они называют меня Луной. Может это и не мое имя, но я очень хочу чтоб оно было моим. Наверное потому, что я не помню своего настоящего. Мне кажется, что надо мной лес — иногда от них пахнет дождем и травой — запах приходит с их шагами, на их подошве. На полу даже остаются веточки или листочки. Сегодня они снова придут, будет еще один укол. После него я снова буду долго спать.
Мне недавно начали сниться странные сны. В них я не заперта в этом месте. Я вижу людей, города, леса. В лесах — животных, птиц. Я впервые за долгое время видела солнце, но совсем недолго. Странно, но оно совсем не слепит глаза. Однажды я видела какое — то странный домик глубоко в лесу. Мне даже показалось, что я вижу цепь, припаянную к высокому металлическому столбу. Возможно это всего лишь мои сны… Они приходили. Снова делали укол. Возможно я проспала сутки, может и больше, но мысли все еще путаются. Я снова видела эти сны. Видела цепь и этот столб. Но я далеко в лесу вокруг нет ничего… Только мой столб. Откуда они приходят? Может они где — то рядом.
Кстати, моя кошка пропала. Наверное она ушла с ними.
Мне кажется, что прошло довольно много времени с их последнего прихода. Если бы они следили, то наверняка, заметили бы, что я начала снимать цепь. Я уже почти разогнула браслет. Я делала это когда спала. Голубой свет стал появляться на много чаще и мне кажется, что тогда они приходили последний раз. Меня оставили, больше не будет уколов, но я уже многому научилась и думаю, что смогу их найти… я должна их найти… 2 — Мы не можем больше продолжать всё это. Оно ничего не дает! — Браут сорвался на крик.
— Но, может, она просто не говорит… — Она вообще ничего не говорит, если вы не заметили.
— Но мы же давно не кормили её, там темно и сыро, а она все еще жива! — Кэролу показалось, что он привел довольно весомый аргумент.
— Значит скоро сдохнет! — фраза прозвучала резко и грубо и определила рамки разговора.
Молодой ученый Кэрол Льюис вышел из офисного здания и посмотрел на серое небо. Сейчас была поздняя осень и на улице моросил дождь. Парень поднял воротник и побрел в сторону таких же серых, как и небо, домов с редкими, как — будто нарисованными, квадратиками окон.
Дома, когда он лёг спать, то представил себе ту девушку: красивые длинные ноги, тонкие пальцы, светлые вьющиеся волосы. Однажды он видел её глаза — глубокий синий цвет… гипнотизирующий, манящий взгляд. Но она, кажется, спала. Да, она спала… спала с открытыми глазами.
Сон у Кэрола был тяжелый. Ему казалось, что он заперт и прикован цепью. Черные стены, грязный пол, чавкающая под ним грязь. С потолка сочилась вода. Откуда — то ползли слизни и черви. Костлявые грязные пальцы тянулись к горлу, а в глазах отражалось полусгнившее лицо с кривым ртом с выбитыми зубами. Когда его губ коснулись губы этого трупа, Льюис проснулся, обливаясь холодным липким потом. Во рту все еще чувствовался вкус земли и чего — то гнилого, а на теле — следы от ползавших по нему червей. Он вскочил с постели и побежал в ванную, стал под прохладный душ. Смыл с себя чувства из сна, а неприятный привкус ушел только тогда, когда он выдавил в рот пол тюбика ментоловой зубной пасты.
Остаток ночи Кэрол просидел на дне пустой ванны под прохладной струей, бьющей из душа.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 5
