Игра

Гвардейцы и карабинеры поднатужились. В этот самый момент руки несчастного фланкера соскользнули с AN-XIII. Проводник исчез под водой. Моран отлетел назад с такой силой, что больно прикусил себе язык. Рухнул спиной на брике и чьё-то ружьё. В рёбра ударило промёрзшее дерево. Дыхание спёрло. Перед глазами заплясали искры. Не обращая внимания на боль, унтер-офицер вскочил. Бросился к полынье. На грязной луже не осталось даже кругов. Слишком поздно…

Повисла тяжёлая, гнетущая тишина.

Прошли не меньше трёх минут, прежде чем французы и союзники решились приблизиться к полынье. У места гибели Вейлра образовался небольшой полукруг. Все подавленно молчали.

— Что это было? — недоумённо спросил капитан Жилле, не отрывая потрясённого взгляда от места гибели Кёне. Никто не ответил. Солдаты со срубленными ветками всё также неподвижно стояли в нескольких метрах от полыньи. Тяжело дышали, пытаясь прийти в себя. Смерть капрала-фланкера поразила всех. Никто не мог понять, что случилось.

Первым пришёл в себя капитан Жилле. Приказал всем немедленно отойти от полыньи на десять шагов. Побросав ветки, солдаты поспешили выполнить распоряжение командира. Старина Клод выбрал двоих волтинёров. Отправил их разведать дорогу. Солдаты медленно, аккуратно ставя ноги в дырявых башмаках на снег, двинулись вперёд. Примкнув к ружьям штыки, стучали ими по ледяной корке, пытаясь обнаружить скрытые снегом трещины. К удивлению унтер-офицера, вместо звонких ударов, слышались лишь приглушённые тычки. Такие могла издавать лишь мёрзлая земля, а уж никак не лёд… «Всё это очень странно!» — невольно подумал Моран. До конца не осознавая, что делает, вытащил штык. Примкнул его к AN-XIII.

Тем временем разведчики продолжали двигаться вперёд. Достигли полыньи, на миг замерли у неё, словно не решаясь преодолеть незримый Рубикон. После окрика капитана Жилле зашагали дальше. Метр. Второй… Лёд (если это был действительно он) держал.

— Смелее, парни! — подбодрил волтинёров Клод.

Солдаты сделали ещё по шагу. Один из разведчиков вдруг обернулся, посмотрел на товарищей, как будто хотел заручиться их поддержкой. Только собирался сделать шаг, как внезапно снежная корка проломилась. Шрапнелью взлетели мутные куски льда. Ударил огненный фонтан. В мгновение ока оба разведчика превратились в факелы. Заорали, рухнули на снег, начали кататься по нему. Людская масса охнула. Резко подалась назад…

— Да помогите же им! — капитан Жилле по-прежнему не терял присутствия духа. Несколько солдат ринулись на помощь пострадавшим. Стоило французам приблизиться к полынье, как прогремел мощный взрыв. Тело одного из вольтижёров разорвало на куски. Дробные металлические осколки сбили спешивших на помощь гвардейцев и карабинеров. Закружили, завертели… Роняя кивера и ружья, солдаты повалились на снег. Белая масса вокруг трупов начала стремительно пропитываться кровью. Судя по всему, у одного из разведчиков сдетонировала граната.

Не к лицу гвардейцам падать лицом в снег. Моран остался стоять на ногах, в то время как союзники и два или три тирайера бросились на землю. Клод смерил их презрительным взглядом. После чего крикнул:

— К бою!

Молодая гвардия завозилась с ружьями.

Жан достал из сумки патрон. Скусил бумажную обёртку. Горьковатый порох попал рот, но парню было некогда обращать внимания на досадную мелочь. Он лишь сплюнул. Высыпал немного пороха на полку для затравки. Затем сыпанул его в ствол. Негнущимися пальцами загнал в него круглую пулю. Протолкнул свинец шомполом и несколькими ударами уплотнил. Зафиксировал пыжом. Взвёл курок с куском кремня. Вскинул ружьё. Прицелился.

Капитан Жилле бродил среди распластавшихся на снегу воинов и поднимал их, не стесняясь при этом ругаться и раздавать тычки и затрещины.

— Встать! Что вы разлеглись как бабы? Не к лицу солдатам Наполеона кланяться земле! ВСТАТЬ! — воины медленно поднимались. — Вставайте и сражайтесь как мужчины! Во славу Императора!

Моран попытался обнаружить позицию партизан. Однако сколько не вглядывался в сумерки, различить хоть что-нибудь так и не смог. К этому времени снегопад окончательно прекратился. Унтер-офицер вытер рукавом шинели слезившиеся глаза. Проморгался. Русские отчего-то не нападали, хотя момент был подходящим.

Клоду Жилле наконец удалось поднять солдат и заставить их приготовиться к бою. Капитан вытащил саблю. Выпрямился во весь рост. Закричал:

— Славные сыны Франции и её верные союзники! Настал час показать, на что мы годны! Да здравствует Империя!

Патриотическое обращение офицера нашло свой отклик даже в сердцах союзников. Воины образовали строй. Ощетинились стволами, саблями и пиками.

— Стрелять только по моей команде! — строго предупредил Клод.