Фандом: Ориджиналы. Что ждет людей, когда боги вернутся на Землю? Рабство? А что будет с анкийцами, и готовы ли они дать отпор высшей расе или же анкийский и земной мир ждет второй Освенцим?
Добавить в моё избранное
604 мин, 30 сек 8033
— Канцлер МакГрегор, мы обязательно это обсудим, когда вырвемся из передряги, — весело заключил Коэн, и тут же его пташка Стелла выпустила небольшую ракету во вражеский истребитель.
— Это Красный-2. Меня подбили, отказ электроники, попробую перезагрузить систему, — сообщил один из пилотов и буквально через пару секунд сообщил: — Сбой системы торможения.
— Красный-2, сможете вернуться на флагман? Стелла-1, заменить его в строю.
— Попробую, — сообщил тот, и самолет отлетел влево, уступив место товарищу.
— Трое спереди… — раздался задумчивый голос Живковича. — Кто из Лазарей возле орбиты? — задал он вопрос в общий эфир, однако ответ, видимо, услышал только сам Живкович. — Встречайте нас на подлете. Мундштайн, справа! — крикнул он неожиданно, и все заметили самолет, который не отобразил ни один радар.
Всего одна секунда, тишина космоса, и вот подбитый шаттл Александра меняет направление из-за попавшего в правый двигатель лазерного пучка. Как они могли не почувствовать опасности? Сердце замирает — двигатель не горит, но он неисправен.
— Мундштайн, что у вас? — на миг застывшей в ужасе Ривке показалось, что Живкович ни капли не переживает.
Аризона была за штурвалом шаттла Великого Анкиа? Она встала на сторону сопротивления, невзирая на то, что всегда была приверженкой министра Коскинена? Впервые эта девушка вызвала у Ривки одобрение.
— Активация шлемов! Отказ правого двигателя и системы регулировки давления, — отрапортовала Аризона бойко. — До входа в атмосферу Нибиру три минуты. Дотянем.
— На одном двигателе? — Ривка слышала, как в общем эфире раздается писк приборов шаттла, она держала дистанцию и не могла прощупать оставшуюся в живых электронику. — Но при входе в атмосферу у вас может отказать рулевая!
— Посадка будет отнюдь не мягкой, — добавила Аризона спокойно. — Отказ рулевой маловероятен.
— Не паникуй раньше времени, — почувствовав волнение Ривки, сказал Александр, — и не покидай строй.
Она, в общем-то и не собиралась. Бой прекратился, нибируанцы, что напали на них, были уничтожены. Крупный в сравнении с маленькими ZX-7 GP-1, на котором летела Ривка, трясло не так сильно, зато трясло шаттл, который, очевидно, приобрел еще несколько поломок. Из правого двигателя так и не повалил дым, так как возгорание в космосе было невозможно, а к посадке он попросту замерз.
— Мундштайн, как вы?
— В порядке, — сообщила та, выравнивая шаттл и сбрасывая скорость; они тормозили тяжело, и у Ривки даже не возникло желания осмотреть незнакомую планету из кабины истребителя, потому что она неотрывно следила за шаттлом, который уже дважды попал в воздушные ямы, трясясь, точно вот-вот развалится. — Легкая турбулентность, — прокомментировала Аризона, зная, что за них переживает весь отряд.
Немного успокоившись, Ривка, наконец, смогла осмотреться. Казалось, что небо, сквозь которое они летели, немного отливало в сиреневый, а вот бескрайние зеленые луга, леса и извивающиеся реки, распластавшиеся внизу, можно было встретить и на Земле — в районе Амазонки. Как сильно этот мир отличался от мира людей? Ривка почему-то не ощущала ничего особенного, словно не покидала родных мест. Вдали на горизонте мелькали маленькие точки истребителей и то и дело вспыхивали взрывы, однако Живкович вел их к столице по, как он назвал, «безопасному коридору», минуя баталии, разразившиеся по всей Нибиру, но, самое главное, они были очень далеко от места ядерного взрыва.
Из-за горного хребта, к которому подлетал отряд из девяти истребителей и шаттла, поднимались черные клубы дыма, направляемые ветром в сторону. Вылетев из-за горы, Ривка едва сдержала порыв ахнуть, перед ней раскинулся крупный разрушенный город, некоторые районы которого все еще находились в огне, другие тлели, словно погасшие головешки. Неужели это сделали анкийцы? Сколько невинных жертв погибло здесь… А сколько нибируанцев уничтожил ядерный взрыв? Минуя город, отряд летел в молчании, словно скорбя о душах погибших. Нибируанский ракетоноситель, на чьем фюзеляже все еще читались символы клинописи, подбитой птицей лежал на крыше ангара зиккурата, с которого больше не взлетит ни один самолет.
— Сто километров до цели, — сообщил один из пилотов, отвечавший за навигацию всего эскадрона. — Разящий-1 передает, что город все еще находится в осаде. Столица пока не сдается. Им удалось прорваться через дальнее кольцо обороны.
— Мой господин?
До них уже доносились звуки нескончаемой баталии, и столица, находившаяся будто бы под куполом из державших оборону истребителей, постепенно сдавалась, осаждаемая анкийской флотилией. Все резче становился гул двигателей, все сильнее сотрясался воздух, все чаще попадались раскуроченные, дымящиеся на земле самолеты. Отряд снизился достаточно, чтобы разглядеть ужас разрушений, который принесли в незнакомый мир анкийцы — в мир, которому они когда-то поклонялись.
— Это Красный-2. Меня подбили, отказ электроники, попробую перезагрузить систему, — сообщил один из пилотов и буквально через пару секунд сообщил: — Сбой системы торможения.
— Красный-2, сможете вернуться на флагман? Стелла-1, заменить его в строю.
— Попробую, — сообщил тот, и самолет отлетел влево, уступив место товарищу.
— Трое спереди… — раздался задумчивый голос Живковича. — Кто из Лазарей возле орбиты? — задал он вопрос в общий эфир, однако ответ, видимо, услышал только сам Живкович. — Встречайте нас на подлете. Мундштайн, справа! — крикнул он неожиданно, и все заметили самолет, который не отобразил ни один радар.
Всего одна секунда, тишина космоса, и вот подбитый шаттл Александра меняет направление из-за попавшего в правый двигатель лазерного пучка. Как они могли не почувствовать опасности? Сердце замирает — двигатель не горит, но он неисправен.
— Мундштайн, что у вас? — на миг застывшей в ужасе Ривке показалось, что Живкович ни капли не переживает.
Аризона была за штурвалом шаттла Великого Анкиа? Она встала на сторону сопротивления, невзирая на то, что всегда была приверженкой министра Коскинена? Впервые эта девушка вызвала у Ривки одобрение.
— Активация шлемов! Отказ правого двигателя и системы регулировки давления, — отрапортовала Аризона бойко. — До входа в атмосферу Нибиру три минуты. Дотянем.
— На одном двигателе? — Ривка слышала, как в общем эфире раздается писк приборов шаттла, она держала дистанцию и не могла прощупать оставшуюся в живых электронику. — Но при входе в атмосферу у вас может отказать рулевая!
— Посадка будет отнюдь не мягкой, — добавила Аризона спокойно. — Отказ рулевой маловероятен.
— Не паникуй раньше времени, — почувствовав волнение Ривки, сказал Александр, — и не покидай строй.
Она, в общем-то и не собиралась. Бой прекратился, нибируанцы, что напали на них, были уничтожены. Крупный в сравнении с маленькими ZX-7 GP-1, на котором летела Ривка, трясло не так сильно, зато трясло шаттл, который, очевидно, приобрел еще несколько поломок. Из правого двигателя так и не повалил дым, так как возгорание в космосе было невозможно, а к посадке он попросту замерз.
— Мундштайн, как вы?
— В порядке, — сообщила та, выравнивая шаттл и сбрасывая скорость; они тормозили тяжело, и у Ривки даже не возникло желания осмотреть незнакомую планету из кабины истребителя, потому что она неотрывно следила за шаттлом, который уже дважды попал в воздушные ямы, трясясь, точно вот-вот развалится. — Легкая турбулентность, — прокомментировала Аризона, зная, что за них переживает весь отряд.
Немного успокоившись, Ривка, наконец, смогла осмотреться. Казалось, что небо, сквозь которое они летели, немного отливало в сиреневый, а вот бескрайние зеленые луга, леса и извивающиеся реки, распластавшиеся внизу, можно было встретить и на Земле — в районе Амазонки. Как сильно этот мир отличался от мира людей? Ривка почему-то не ощущала ничего особенного, словно не покидала родных мест. Вдали на горизонте мелькали маленькие точки истребителей и то и дело вспыхивали взрывы, однако Живкович вел их к столице по, как он назвал, «безопасному коридору», минуя баталии, разразившиеся по всей Нибиру, но, самое главное, они были очень далеко от места ядерного взрыва.
Из-за горного хребта, к которому подлетал отряд из девяти истребителей и шаттла, поднимались черные клубы дыма, направляемые ветром в сторону. Вылетев из-за горы, Ривка едва сдержала порыв ахнуть, перед ней раскинулся крупный разрушенный город, некоторые районы которого все еще находились в огне, другие тлели, словно погасшие головешки. Неужели это сделали анкийцы? Сколько невинных жертв погибло здесь… А сколько нибируанцев уничтожил ядерный взрыв? Минуя город, отряд летел в молчании, словно скорбя о душах погибших. Нибируанский ракетоноситель, на чьем фюзеляже все еще читались символы клинописи, подбитой птицей лежал на крыше ангара зиккурата, с которого больше не взлетит ни один самолет.
— Сто километров до цели, — сообщил один из пилотов, отвечавший за навигацию всего эскадрона. — Разящий-1 передает, что город все еще находится в осаде. Столица пока не сдается. Им удалось прорваться через дальнее кольцо обороны.
— Мой господин?
До них уже доносились звуки нескончаемой баталии, и столица, находившаяся будто бы под куполом из державших оборону истребителей, постепенно сдавалась, осаждаемая анкийской флотилией. Все резче становился гул двигателей, все сильнее сотрясался воздух, все чаще попадались раскуроченные, дымящиеся на земле самолеты. Отряд снизился достаточно, чтобы разглядеть ужас разрушений, который принесли в незнакомый мир анкийцы — в мир, которому они когда-то поклонялись.
Страница 153 из 169
