Фандом: Might and Magic. «… в чем можно убедить это создание, в невеликие двадцать лет залившее кровью и завалившее телами путь за собой? Это страшный противник, в нем мощь самого Кха-Белеха, помноженная на силу рода матери. Но не откроет он путь владыке демонов, не допущу я, не отступлю, если понадобится, уничтожу без тени сомнения! О Асха, пусть я погибну сегодня, но во имя тебя я удержу эти врата!» Битва за Череп Теней окончена. Лорд Арантир повержен, но к чему приведут его усилия, и что вспомнится ему на пороге окончательной смерти?
97 мин, 23 сек 10830
— Благослови тебя Мать Тишины, лорд Арантир. Закончи то, к чему так долго мы шли. Все ли ты обдумал?
— Насколько было возможно, мать Геральда. На тот случай, если не вернусь, я оставил указания. Не ведаю, на чьи плечи лягут мои обязанности, но преемнику моему будет легче, если сможет ориентироваться по моим записям. Все инструкции и заметки в тайнике в библиотеке — я привел их в порядок, и нетрудно будет в них разобраться. Вы, матушка, хранительница традиций и обычаев наших, потому прошу вас лично озаботиться отправкою их в Нар-Анкар и проследить за тем, чтобы они попали в нужные руки. Пусть соберутся лорды и изберут достойнейшего, как то было установлено великим Белкетом, а вы, моя Геральда, не лишайте пригляда академию — кто бы ни возглавлял ее, вы — ее душа, и под призором вашим ученики быстрее набираются мудрости.
Долго молчала Геральда и наконец молвила:
— Завещаешь ты богатства свои — знания, точно провидишь высшую волю. Избрала тебя богиня, и не мне тебя судить, но я стара и много повидала. Вот что скажу тебе, лорд Арантир. Сильно самообладание твое, и высок твой дух, правишь ты натурою своей, словно опытный всадник послушным конем, но туман скорби клубится над тобою. Много плачут живые об утратах своих, но и забывают быстро, мы же способны нести печаль через века. Напрасно закрыл ты душу свою, владыка, напрасно не вручаешь смиренно горести свои Асхе. Предстоит тебе свершить великое, но что будешь делать, если она призовет тебя? Как будешь уходить, когда все, что познал, но не пережил ты до конца, упадет на тебя разом? Не первого такого вижу, запертого на все засовы, замкнувшего боль на десять замков, и знаю, как тяжко таким принимать окончательную смерть. Отчего ты не откроешь Асхе сердце?
— Нет у меня секретов от Асхи, госпожа моя, и вы правы в том, что познал я немалую скорбь за долгую жизнь свою, но не могу ей предаваться, ибо ограничено мое время, а свершить нужно многое. Как только призовет меня многоликая, сей же момент я покину мир по ее воле, но до той поры выполню все, чего она желает. Не стремлюсь я прилепляться к остаткам жизни, ибо я лишь орудие Асхи.
— Вот оно что… Ты желаешь смерти, лорд Арантир?
— Не могу я желать или не желать, матушка, сие не моя воля, но Асхи. Жизнь моя была полезна ей, и я хочу, чтобы так же завершилась она, но не питаю иллюзий. Вряд ли я вернусь, Геральда, и ведаю об этом.
— Напророчили тебе? Не всегда исполняются пророчества, лорд Арантир. Ты сам стремишься к смерти, ибо говоришь о себе, как о прошлом; она возлюбила тебя, и ты тянешься к ней, но то твоя воля — страстно желать объятий Асхи, лишь бы, перед тем как вкусить ее любви во всей полноте, не пострадал ты жестоко. Видел ли ты живых, переломавших кости свои? Помнишь, что бывает с ними? Одни все время стонут да плачут, пока не исцелятся их язвы, другие же мало чувствуют боли, молчат, но когда снимают с них, выздоравливающих, повязки, испытывают они порой страшные муки — и от калечества своего, и от долгого заживления ран, и от памяти о случившемся, и всё в единый миг. Слышал ли ты их отчаянные крики? Иных приходится спасать заново, и я не хочу, мой мальчик, чтобы такое произошло с тобой.
— На все воля Асхи, добрая моя Геральда. Не моя судьба сейчас важна, но судьба мира. Впрочем, благодарю вас за заботу обо мне и поступлю, если успею, как советуете.
— Не успеешь, владыка, — печально сказала Геральда. — Не думаешь ты о себе и пожнешь горькую жатву. Пойду, если позволишь, не могу более смотреть на тебя, зная, что вижу в последний раз.
— Благословите меня, матушка. И прошу, не забудьте просьбы моей.
— Все исполню, как велишь, мальчик мой, — с этими словами наставница даровала мне благословение. Притянув меня к себе за виски, коснулась она моего лба сомкнутыми ледяными устами, словно сама смерть поцеловала меня. — Сверши предначертанное без колебаний, возлюбленный Асхи.
— Прощайте, драгоценная моя Геральда. Берегите себя. Асха все обращает на пользу.
— Прощай, лорд Арантир, — наставница круто повернулась и вышла из покоев моих. Я слышал, как она замедлила шаг, словно не желала уходить, но потом передумала и почти побежала, удаляясь от меня так быстро, как только могла.
Только тогда я окончательно осознал, что уже не вернусь.
— Насколько было возможно, мать Геральда. На тот случай, если не вернусь, я оставил указания. Не ведаю, на чьи плечи лягут мои обязанности, но преемнику моему будет легче, если сможет ориентироваться по моим записям. Все инструкции и заметки в тайнике в библиотеке — я привел их в порядок, и нетрудно будет в них разобраться. Вы, матушка, хранительница традиций и обычаев наших, потому прошу вас лично озаботиться отправкою их в Нар-Анкар и проследить за тем, чтобы они попали в нужные руки. Пусть соберутся лорды и изберут достойнейшего, как то было установлено великим Белкетом, а вы, моя Геральда, не лишайте пригляда академию — кто бы ни возглавлял ее, вы — ее душа, и под призором вашим ученики быстрее набираются мудрости.
Долго молчала Геральда и наконец молвила:
— Завещаешь ты богатства свои — знания, точно провидишь высшую волю. Избрала тебя богиня, и не мне тебя судить, но я стара и много повидала. Вот что скажу тебе, лорд Арантир. Сильно самообладание твое, и высок твой дух, правишь ты натурою своей, словно опытный всадник послушным конем, но туман скорби клубится над тобою. Много плачут живые об утратах своих, но и забывают быстро, мы же способны нести печаль через века. Напрасно закрыл ты душу свою, владыка, напрасно не вручаешь смиренно горести свои Асхе. Предстоит тебе свершить великое, но что будешь делать, если она призовет тебя? Как будешь уходить, когда все, что познал, но не пережил ты до конца, упадет на тебя разом? Не первого такого вижу, запертого на все засовы, замкнувшего боль на десять замков, и знаю, как тяжко таким принимать окончательную смерть. Отчего ты не откроешь Асхе сердце?
— Нет у меня секретов от Асхи, госпожа моя, и вы правы в том, что познал я немалую скорбь за долгую жизнь свою, но не могу ей предаваться, ибо ограничено мое время, а свершить нужно многое. Как только призовет меня многоликая, сей же момент я покину мир по ее воле, но до той поры выполню все, чего она желает. Не стремлюсь я прилепляться к остаткам жизни, ибо я лишь орудие Асхи.
— Вот оно что… Ты желаешь смерти, лорд Арантир?
— Не могу я желать или не желать, матушка, сие не моя воля, но Асхи. Жизнь моя была полезна ей, и я хочу, чтобы так же завершилась она, но не питаю иллюзий. Вряд ли я вернусь, Геральда, и ведаю об этом.
— Напророчили тебе? Не всегда исполняются пророчества, лорд Арантир. Ты сам стремишься к смерти, ибо говоришь о себе, как о прошлом; она возлюбила тебя, и ты тянешься к ней, но то твоя воля — страстно желать объятий Асхи, лишь бы, перед тем как вкусить ее любви во всей полноте, не пострадал ты жестоко. Видел ли ты живых, переломавших кости свои? Помнишь, что бывает с ними? Одни все время стонут да плачут, пока не исцелятся их язвы, другие же мало чувствуют боли, молчат, но когда снимают с них, выздоравливающих, повязки, испытывают они порой страшные муки — и от калечества своего, и от долгого заживления ран, и от памяти о случившемся, и всё в единый миг. Слышал ли ты их отчаянные крики? Иных приходится спасать заново, и я не хочу, мой мальчик, чтобы такое произошло с тобой.
— На все воля Асхи, добрая моя Геральда. Не моя судьба сейчас важна, но судьба мира. Впрочем, благодарю вас за заботу обо мне и поступлю, если успею, как советуете.
— Не успеешь, владыка, — печально сказала Геральда. — Не думаешь ты о себе и пожнешь горькую жатву. Пойду, если позволишь, не могу более смотреть на тебя, зная, что вижу в последний раз.
— Благословите меня, матушка. И прошу, не забудьте просьбы моей.
— Все исполню, как велишь, мальчик мой, — с этими словами наставница даровала мне благословение. Притянув меня к себе за виски, коснулась она моего лба сомкнутыми ледяными устами, словно сама смерть поцеловала меня. — Сверши предначертанное без колебаний, возлюбленный Асхи.
— Прощайте, драгоценная моя Геральда. Берегите себя. Асха все обращает на пользу.
— Прощай, лорд Арантир, — наставница круто повернулась и вышла из покоев моих. Я слышал, как она замедлила шаг, словно не желала уходить, но потом передумала и почти побежала, удаляясь от меня так быстро, как только могла.
Только тогда я окончательно осознал, что уже не вернусь.
Страница 14 из 27
