Светозар любил бывать в Лесу. Еще когда ему было лет пять, он заставлял свою мать беспокоиться, надолго убегая за пределы расчищенного вокруг деревни поля — туда, где в сумраке ветвей, сплетающихся где — то под самым небосводом, запутались вечерние тени, где усыпляюще журчали ручьи и все было полно таинственной, непрекращающейся жизни.
196 мин, 16 сек 13936
— … А добиться его очень просто: нужно внушить людям, что они счастливы, и тогда последний раб, убирающий нечистоты, будет мнить себя наверху блаженства, роясь в чужом дерьме! А те, кто благодаря своему уму и своей воле окажется на троне, будут наслаждаться абсолютной властью. Вот и весь секрет счастья — власть сильным, обман — слабым. Так правил я. И люди были счастливы, потому что верили, что они счастливы и что они совершают праведные поступки, после смерти ведущие в Небесные Сады… И меньше всего они хотели каких — то изменений. Пойми, большинство — это всегда стадо, покоряющееся той или иной силе, и жить ради его «свободы», которой у него отродясь не было и быть не может, потому что люди не знают, что с этой свободой делать, недостойно того, кто выше их! Того, кто рожден править.
— Наши предки завещали нам быть свободными и гордыми, а не тупыми, как овцы!
— Предки… Завещали… Я все меньше и меньше понимаю, как ты мог одержать победу. Ты ведь считаешь меня злодеем и тираном еще и потому, что я перемешал все народы Заката, стер границы райксландтов и княжеств?
— Да!
— А подумай теперь, что было до меня: постоянные раздоры, войны, убийства и заговоры из — за жалких земельных владений жадных и самодовольных правителей, которые были не в состоянии даже сохранить надолго союзы и захваченные территории! Поколениями люди Закатных Земель истребляли друг друга из — за этих вот сказок о «народе», о «родной земле», о «великих предках» и их заветах! А потом пришел я — и войны прекратились. Ты называешь меня убийцей, за то, что я и мое племя пьем кровь? Но раньше за один месяц могло погибнуть больше людей, чем теперь за год. И ведь мы убиваем по необходимости, а за что умирали тогда? И заметь — у каждого был шанс стать одним из нас, какого бы племени и какой бы земли он не был. Любой мог стать бессмертным и обрести власть, если был способен на это! А те, кто не был… Они не могли и захотеть такого, им для счастья хватало того, что никто не будет отбирать у них похлебку и кусок хлеба, как во времена варваров! И ты готов всю жизнь отдать ради таких?!
— Ты извращаешь в этом мире все, к чему прикоснешься, Хейд…
— Извращаю? Может быть, ты еще вспомнишь про Светлых Богов? Но вера — это тоже инструмент в руках правителя! Я придумал для своих рабов веру в Небесного Господина, чтобы они были покорными, точно так же, как языческие жрецы, оправдывавшие амбиции племенных князьков, придумывали богов, благословляющих завоевания и самоотверженность, а заодно — и смерть на поле боя ради «народа» и вождя! Человек смертен — поэтому ему нужны бог и бессмертие души. Тот же, кто обрел настоящее бессмертие, или хотя бы избавился от всего этого бреда, не нуждается ни в каких новых сказках! Я — сам себе бог, а ты… А ты предпочел служить толпе, стаду.
Повелитель вампиров замолчал. Светозар некоторое время пребывал словно в шоке от услышанного, но затем решительно мотнул головой и поднял правую руку, указывая ею на Хейда:
— Ты сказал здесь много слов, пропитанных злобой. Но я скажу тебе одно: иначе, чем я живу, я жить не могу и не желаю! Потому что я — венет из рода лужичей, и знаю, что мое бессмертие — не в чужой крови, а в своих потомках. И покуда у меня есть меч и верные соратники, я буду сражаться с тобой насмерть! И Боги моего народа помогут мне победить!
Его прервал хриплый, словно надтреснутый смех Хейда:
— Какие слова! Какая слепая вера в басни и бредни! Да тебе просто не хватает мужества признать то, что более разумно встать на сторону нынешнего врага! Потому — то все правители и жрецы и награждают противника самым мерзостным обликом, а заодно — желанием уничтожить всех людей вместе с Землею! Они делают так, чтобы подданные не задумывались о тех целях, которые преследует враг — а вдруг они окажутся истинными?! Среди нас, вождь, есть и поэты, и мудрецы, и полководцы, и путешественники — как и у вас, но мы бессмертны, и лишь собственное ничтожество мешает вам признать нашу правоту и стать на нашу сторону, хотя мы и подобные нам всегда правили этим миром и будем им править вечно!
— Стало быть, ты пришел предложить мне перейти на свою сторону, предать братьев?
— Братьев… Хочешь, я предскажу тебе твою судьбу, вождь, если ты так уж хочешь бросить мне вызов?
— Я уже бросил тебе вызов, и разгромил тебя на поле боя, Хейд!
— Победа в битве — это еще не победа в войне. Победа может и погубить… Пока вас сплачивала общая опасность, вы были братьями — туаты, теуды, венеты, а главное — вожди. Но теперь этой опасности нет — ибо я далеко, и ты скоро узнаешь, какова настоящая цена вашему братству и взаимным клятвам! Твои соратники предадут тебя, как только решат, что это выгодно. Начнется борьба за власть, в которой придется принять участие и тебе. А потом я приду снова. И не думай, что ты сможешь противостоять мне с третью прежнего войска.
Светозар содрогнулся. О чем-то подобном предупреждал его и Хиргард, но тогда это казалось далеким, несбыточным, а теперь… Но он вновь подавил в себе трепет и ответил:
— Наши предки завещали нам быть свободными и гордыми, а не тупыми, как овцы!
— Предки… Завещали… Я все меньше и меньше понимаю, как ты мог одержать победу. Ты ведь считаешь меня злодеем и тираном еще и потому, что я перемешал все народы Заката, стер границы райксландтов и княжеств?
— Да!
— А подумай теперь, что было до меня: постоянные раздоры, войны, убийства и заговоры из — за жалких земельных владений жадных и самодовольных правителей, которые были не в состоянии даже сохранить надолго союзы и захваченные территории! Поколениями люди Закатных Земель истребляли друг друга из — за этих вот сказок о «народе», о «родной земле», о «великих предках» и их заветах! А потом пришел я — и войны прекратились. Ты называешь меня убийцей, за то, что я и мое племя пьем кровь? Но раньше за один месяц могло погибнуть больше людей, чем теперь за год. И ведь мы убиваем по необходимости, а за что умирали тогда? И заметь — у каждого был шанс стать одним из нас, какого бы племени и какой бы земли он не был. Любой мог стать бессмертным и обрести власть, если был способен на это! А те, кто не был… Они не могли и захотеть такого, им для счастья хватало того, что никто не будет отбирать у них похлебку и кусок хлеба, как во времена варваров! И ты готов всю жизнь отдать ради таких?!
— Ты извращаешь в этом мире все, к чему прикоснешься, Хейд…
— Извращаю? Может быть, ты еще вспомнишь про Светлых Богов? Но вера — это тоже инструмент в руках правителя! Я придумал для своих рабов веру в Небесного Господина, чтобы они были покорными, точно так же, как языческие жрецы, оправдывавшие амбиции племенных князьков, придумывали богов, благословляющих завоевания и самоотверженность, а заодно — и смерть на поле боя ради «народа» и вождя! Человек смертен — поэтому ему нужны бог и бессмертие души. Тот же, кто обрел настоящее бессмертие, или хотя бы избавился от всего этого бреда, не нуждается ни в каких новых сказках! Я — сам себе бог, а ты… А ты предпочел служить толпе, стаду.
Повелитель вампиров замолчал. Светозар некоторое время пребывал словно в шоке от услышанного, но затем решительно мотнул головой и поднял правую руку, указывая ею на Хейда:
— Ты сказал здесь много слов, пропитанных злобой. Но я скажу тебе одно: иначе, чем я живу, я жить не могу и не желаю! Потому что я — венет из рода лужичей, и знаю, что мое бессмертие — не в чужой крови, а в своих потомках. И покуда у меня есть меч и верные соратники, я буду сражаться с тобой насмерть! И Боги моего народа помогут мне победить!
Его прервал хриплый, словно надтреснутый смех Хейда:
— Какие слова! Какая слепая вера в басни и бредни! Да тебе просто не хватает мужества признать то, что более разумно встать на сторону нынешнего врага! Потому — то все правители и жрецы и награждают противника самым мерзостным обликом, а заодно — желанием уничтожить всех людей вместе с Землею! Они делают так, чтобы подданные не задумывались о тех целях, которые преследует враг — а вдруг они окажутся истинными?! Среди нас, вождь, есть и поэты, и мудрецы, и полководцы, и путешественники — как и у вас, но мы бессмертны, и лишь собственное ничтожество мешает вам признать нашу правоту и стать на нашу сторону, хотя мы и подобные нам всегда правили этим миром и будем им править вечно!
— Стало быть, ты пришел предложить мне перейти на свою сторону, предать братьев?
— Братьев… Хочешь, я предскажу тебе твою судьбу, вождь, если ты так уж хочешь бросить мне вызов?
— Я уже бросил тебе вызов, и разгромил тебя на поле боя, Хейд!
— Победа в битве — это еще не победа в войне. Победа может и погубить… Пока вас сплачивала общая опасность, вы были братьями — туаты, теуды, венеты, а главное — вожди. Но теперь этой опасности нет — ибо я далеко, и ты скоро узнаешь, какова настоящая цена вашему братству и взаимным клятвам! Твои соратники предадут тебя, как только решат, что это выгодно. Начнется борьба за власть, в которой придется принять участие и тебе. А потом я приду снова. И не думай, что ты сможешь противостоять мне с третью прежнего войска.
Светозар содрогнулся. О чем-то подобном предупреждал его и Хиргард, но тогда это казалось далеким, несбыточным, а теперь… Но он вновь подавил в себе трепет и ответил:
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 35 из 56
