Давно это было. И я была в той дружной компании после школы. Рисунок к рассказу от ИИ…
Добавить в моё избранное
6 мин, 48 сек 35
Давно это было. И я была в той дружной компании после школы.
«В молодые годы этой противной заразой переболели все дети от садика до выпускников школ. Климат у нас был суровый, зимой до минус 40 — 45 доходило, карантины мы обожали. Сначала на неделю. Потом продлевают и можно месяц дома играть, читать, высыпаться в первую неделю. А потом не хочется. Вот бы так учились — неделю спим, месяц работаем. А ведь и правда, бог услышал. В какое-то короткое время в нашей столичной школе сделали такой режим, если не ошибаюсь, не четыре каникулярных дней и месяцы летом, а пять. То есть, как-то разбили график учёбы, что была и одна неделя, когда мы отдыхали. Вы отдыхаете, а другие школьники учатся. Успеваемость шла обычным ходом, даже лучше, потому что планы выполнялись, и отдых законно был взаимен — труд и отдых. Но это почему-то быстро искоренили. Мало кто помнит, в провинциях и деревнях об этом и не знали.»
У меня ячмень приходился на март. Как раз мы дружно всем городком после лютой зимы резко переходили на солнечную весну с обильными ручьями по обеим сторонам дорог, по которым ехали машины. Ведь тротуары строили выше уровня автодорог, потому и текли ручейки от самого начала улицы до самого его конца. Наша улица Горького была самой длинной, как главная параллельная, где мэрия, Сбербанк, магазины и киоск были.
И она аккурат начиналась с горы. Если в городе ходишь, ты и не замечаешь этого. А вот только весной мы и вспоминаем о том, что улица-то «наклонная» от природы.
Вот и бежим после школы с портфелями, оставляя их на скамейках, что в аллее, раньше никто не воровал.
Школьный сад сзади через улицу, а мы берем наши черновики, делаем кораблики. А предусмотрительные, особенно я и моя подружка, всегда копим зимой спичечные коробки и это для всех — самые лучшие кораблики. Да, да! Бумажные красивы, представительны и… ненадежные. Я не помню, чтобы мы их делали постоянно. Возможно, это было в первый год, когда мы могли себе позволить играть после школы. Родители на работе. Дома — скукота и домашка. А режим дня никто не отменяла. Потому мы «время игр на улице» заменяли играми после школы. Ведь до прихода родителей мы как раз домашние дела и уроки сделали, и встречали родителей возле дома. Или они за нами спускались, когда мы забывали о времени. Часов у детей никогда не было и не было надобности в них.
А солнце обманчиво, март — не май. Мы снимали куртки, складывали сверху на портфели или на спинку скамеек, брали коробочки и бежали дальше. Вниз по течению. Эх, были времена. Теперь эту улицу с того нашего места не узнать. Ее просто закрыли там, где был первый перекресток без светофора. Улочки — переулочки. Там тоже жили наши одноклассники. Они не оставляли портфели и куртки, просто забегали, бросали на скамейки у подъездом, и продолжали играть.
Коробочки эти не тонули потому, что низ был деревянный. Но следить за ними необходимо было, потому что они плыли очень быстро, а настоящие водопады на перекрестках просто забирали их под тающие глыбы снега на льдинах. Получалось, будто кораблики попадали в снежную ловушку-тоннель, и приходилось еще и палочки искать, чтобы спасти. Это была самая настоящая регата!
Улица заканчивалась и мы уже поднимались наверх, уставшие, но очень довольные и радостные. Буря эмоций и счастливое детство.
Но не пройдет и суток, как у тебя появились гланды, простуда и, конечно же, как последствия, ячмень да простудные высыпания.
Что делать? В классе красивый отличник, любимец учителей и школьниц, но не равнодушный ко мне. Сосед к тому же, этажом выше. Он радуется, когда мы, пару раз было, в школу вместе шли. Во втором классе они уже переехали из однушки в трешку, там, где и заканчивался ручей. Точнее, он просто сворачивал на правую сторону. Но улица была полна неожиданностей и опасностей, и не красивая — за забором с железными прутиками был училищный — городок — здание, два общежития и столовая. Это занимало всю территорию до следующей параллельной улицы, параллельной нашей. А с другой стороны — длинный шестиподъездный дом — тогда это были новостройки.
Если в начальной школе ты можешь сидеть дома, полечиться, то в средних и старших классах дома уже не хочется сидеть. В школе всегда людно, значит, не одиноко, а, значит, лучше не болеть. Но природа сама предоставляет нам перерыв-отдых от работы.
Так что, ячмень выводить принялись всем женским коллективом подъезда. Бабушка Катя — мама соседки тети Лены, легко решила вопрос. Она поплевала в глаз и он… прошел. Видимо, в начальной школе это было самовнушение. Плацебо.
В деревне, а это было аккурат прямо в жаркие дни, умудрялась простыть (был единственный раз, после которого печальный опыт велел терпеть), когда мы все дружно побежали пить воду из колонки. Деревенские пьют всегда и никогда не болеют, даже зимой холодной: по пути на работу или обратно, за водой ли пойдут, словом, это я видела с рождения.
«В молодые годы этой противной заразой переболели все дети от садика до выпускников школ. Климат у нас был суровый, зимой до минус 40 — 45 доходило, карантины мы обожали. Сначала на неделю. Потом продлевают и можно месяц дома играть, читать, высыпаться в первую неделю. А потом не хочется. Вот бы так учились — неделю спим, месяц работаем. А ведь и правда, бог услышал. В какое-то короткое время в нашей столичной школе сделали такой режим, если не ошибаюсь, не четыре каникулярных дней и месяцы летом, а пять. То есть, как-то разбили график учёбы, что была и одна неделя, когда мы отдыхали. Вы отдыхаете, а другие школьники учатся. Успеваемость шла обычным ходом, даже лучше, потому что планы выполнялись, и отдых законно был взаимен — труд и отдых. Но это почему-то быстро искоренили. Мало кто помнит, в провинциях и деревнях об этом и не знали.»
У меня ячмень приходился на март. Как раз мы дружно всем городком после лютой зимы резко переходили на солнечную весну с обильными ручьями по обеим сторонам дорог, по которым ехали машины. Ведь тротуары строили выше уровня автодорог, потому и текли ручейки от самого начала улицы до самого его конца. Наша улица Горького была самой длинной, как главная параллельная, где мэрия, Сбербанк, магазины и киоск были.
И она аккурат начиналась с горы. Если в городе ходишь, ты и не замечаешь этого. А вот только весной мы и вспоминаем о том, что улица-то «наклонная» от природы.
Вот и бежим после школы с портфелями, оставляя их на скамейках, что в аллее, раньше никто не воровал.
Школьный сад сзади через улицу, а мы берем наши черновики, делаем кораблики. А предусмотрительные, особенно я и моя подружка, всегда копим зимой спичечные коробки и это для всех — самые лучшие кораблики. Да, да! Бумажные красивы, представительны и… ненадежные. Я не помню, чтобы мы их делали постоянно. Возможно, это было в первый год, когда мы могли себе позволить играть после школы. Родители на работе. Дома — скукота и домашка. А режим дня никто не отменяла. Потому мы «время игр на улице» заменяли играми после школы. Ведь до прихода родителей мы как раз домашние дела и уроки сделали, и встречали родителей возле дома. Или они за нами спускались, когда мы забывали о времени. Часов у детей никогда не было и не было надобности в них.
А солнце обманчиво, март — не май. Мы снимали куртки, складывали сверху на портфели или на спинку скамеек, брали коробочки и бежали дальше. Вниз по течению. Эх, были времена. Теперь эту улицу с того нашего места не узнать. Ее просто закрыли там, где был первый перекресток без светофора. Улочки — переулочки. Там тоже жили наши одноклассники. Они не оставляли портфели и куртки, просто забегали, бросали на скамейки у подъездом, и продолжали играть.
Коробочки эти не тонули потому, что низ был деревянный. Но следить за ними необходимо было, потому что они плыли очень быстро, а настоящие водопады на перекрестках просто забирали их под тающие глыбы снега на льдинах. Получалось, будто кораблики попадали в снежную ловушку-тоннель, и приходилось еще и палочки искать, чтобы спасти. Это была самая настоящая регата!
Улица заканчивалась и мы уже поднимались наверх, уставшие, но очень довольные и радостные. Буря эмоций и счастливое детство.
Но не пройдет и суток, как у тебя появились гланды, простуда и, конечно же, как последствия, ячмень да простудные высыпания.
Что делать? В классе красивый отличник, любимец учителей и школьниц, но не равнодушный ко мне. Сосед к тому же, этажом выше. Он радуется, когда мы, пару раз было, в школу вместе шли. Во втором классе они уже переехали из однушки в трешку, там, где и заканчивался ручей. Точнее, он просто сворачивал на правую сторону. Но улица была полна неожиданностей и опасностей, и не красивая — за забором с железными прутиками был училищный — городок — здание, два общежития и столовая. Это занимало всю территорию до следующей параллельной улицы, параллельной нашей. А с другой стороны — длинный шестиподъездный дом — тогда это были новостройки.
Если в начальной школе ты можешь сидеть дома, полечиться, то в средних и старших классах дома уже не хочется сидеть. В школе всегда людно, значит, не одиноко, а, значит, лучше не болеть. Но природа сама предоставляет нам перерыв-отдых от работы.
Так что, ячмень выводить принялись всем женским коллективом подъезда. Бабушка Катя — мама соседки тети Лены, легко решила вопрос. Она поплевала в глаз и он… прошел. Видимо, в начальной школе это было самовнушение. Плацебо.
В деревне, а это было аккурат прямо в жаркие дни, умудрялась простыть (был единственный раз, после которого печальный опыт велел терпеть), когда мы все дружно побежали пить воду из колонки. Деревенские пьют всегда и никогда не болеют, даже зимой холодной: по пути на работу или обратно, за водой ли пойдут, словом, это я видела с рождения.
Страница 1 из 2
