Как украсть миллион… А потом всего лишиться

Наконец, медицинский осмотр единственного выжившего участника драмы — Эдди Макдесси — проведённый судебным врачом Гарри Ластигом, показал, что телесные повреждения первого сводятся в небольшой шишке на правой стороне головы. Рентгеновский снимок не выявил ни малейших повреждений костей черепа. Хотя первоначально Макдесси заверял прибывших в его дом медиков, что сознания не терял, во время осмотра Ластигом, рассказ его несколько видоизменился — теперь он рассказывал, что после удара по голове возле входной двери, он пришёл в себя лишь через некоторое время, уже находясь в спальне второго этажа. Макдесси утверждал, что не помнит, как нападавший перетащил его на второй этаж и настаивал, что потерял сознание. Кроме того, он сообщил, что для стрельбы по неизвестному ему нападавшему он использовал пистолет, заблаговременно спрятанный в ванной комнате. Это очень важный момент, поскольку следователям Эдии сообщил совсем иное.

Как же выглядело случившееся в изложении Эдди Макдесси?

По его уверению, в середине весны 1996 г. он узнал от своей супруги, что та подвергается на работе сексуальной эксплуатации, выражающейся в систематическом изнасиловании различными военнослужащими и разного рода оскорблениях на сексуальной и расовой почве. Одной из причин оскорблений было то, что он — Эдди Макдесси — являлся этническим арабом, выходцем из Ливана. Илайс отказалась назвать мужу своих обидчиков, опасаясь, что тот устроит самосуд. По её уверению, она докладывала вышестоящему начальству об имевших место неоднократных изнасилованиях и харрасменте (harassment — сексуальные приставания на рабочем месте, разновидность половой дискриминации, определяемые американским правом как сексуальные притязания в любой форме, просьбы о сексуальных услугах, иные устные обращения или физические действия сексуального свойства. Харассмент в американском праве не идентичен изнасилованию — это разные по своей тяжести преступления). Руководители Илайс Макдесси особого интереса к её заявлениям не проявили, заявив только, что для рассмотрения её жалоб необходимы письменные обращения и предупредив, что в случае неподтверждения жалоб таковые будут рассматриваться клевета, т. е. уголовно наказуемое деяние. Такие ответы были расценены супругами как демонстративное нежелание разбираться в сути проблемы и прямое попустительство насильникам.

Эдди Макдесси особо отметил, что после того, как его супруга попыталась пожаловаться на харрасмент со стороны сослуживцев, у них начались неприятности. Первоначально Илайса обучалась на авиадиспетчера и после окончания курса обучения рассчитывала на получение именно этой работы. Этого, однако, не произошло — в 1996 г. её перевели в административную службу авиабазы, что можно было расценить как явное понижение и в зарплате, и в служебном статусе. Хотя Илайс прошла полный курс обучения по специальности «организатор воздушного движения», её вообще отодвинули «от авиации», назначив заведовать командой уборщиков технических помещений и следить за расходованием моющих средств. Супруги Макдесси считали что подобное перемещение по службе обусловлено строптивостью Илайс. Помимо этого появились проблемы и иного рода: кто-то проколол все четыре колеса их машины, когда та была припаркована прямо перед домом. С некоторых пор в вечернее и ночное время по домашнему телефону стали раздаваться странные звонки, во время которых звонивший ничего не говорил, а только дышал в трубку. Супруги посчитали, что их пытаются запугивать и решили проявить твёрдость.

В силу перечисленных выше обстоятельств супруги Макдесси постепенно пришли к выводу, что с военной службой надо «завязывать», но виновные в оскорблениях Илайс должны понести наказание, для чего следует подать судебный иск против Военно-Морских Сил США. 9 апреля 1996 г. супруги встретились с адвокатами Джеком Фереби (Jack Ferebee) и Жозефин Клэй (Josephine Clay), которым объяснили сложившуюся ситуацию и попросили проконсультировать о технических деталях выдвижения иска против федерального ведомства. Через две недели — 24 апреля 1996 г. — чета Макдесси посетила другого адвоката — Энн Хантер (Anne Hunter) — где обсуждала те же самые вопросы и пыталась выработать оптимальную линию поведения. Эдди особо попросил адвоката хранить их обращение в полной тайне и ни под каким видом не допустить утечки информации.