Фандом: Вселенная Элдерлингов. Один день из жизни Шута, в период, когда Йек и Янтарь жили в Бингтауне. Легло ли было Шуту выдавать себя за Янтарь и не спалиться? В самом ли деле Белый Пророк существо неопределенного пола, отношениями полов не интересующееся?
84 мин, 54 сек 7601
— Не обязательно. Разумеется, я слежу за состоянием здоровья всех моих подопечных, независимо от вносимой за них платы, но, как вы понимаете, целители не осматривают их несколько раз в день, после каждого принятого клиента. Поэтому целиком и полностью ручаться, что девушка в данный момент абсолютно здорова, я могу только за тех, что носят специальное кольцо.
Осторожность не помешает.
Уже собрался сказать хозяйке, что деньги не проблема, но вдруг вижу «ту самую девушку». Развилки ее жизненного пути помимо воли четко возникают перед моими глазами.
И что тут делать? Мне нельзя вмешиваться и изменять чужие судьбы. Мне дано видеть, но действовать должен Изменяющий. Но оставаться равнодушным я так и не научился. Могу же я предупредить о беде, чтобы человек сам выбрал случиться ей с ним или нет?!
Никогда я не был мудрым и сейчас поступаю по велению сердца. Широкими шагами пересекаю зал, хватаю шлюху за руку, тащу к стойке хозяйки заведения и заявляю:
— Я нашел, что искал.
Бандерша, с видом «разумеется, дело ваше», бесстрастно принимает плату вперед, а девушка, чьим клиентом я теперь стал, с видом «милый, я ждала тебя всю мою жизнь», ведет меня в номер.
Обстановка дешевая, но с претензией на томную. Горящие в витых канделябрах свечи освещают занимающую почти все свободное место кровать. Самое время пожалеть о чуткости своего носа: ароматический запах свечей не заглушает запаха соития, спермы других мужчин, побывавших здесь с ней до меня. Желание борется с брезгливостью.
Девушка садится на кровать в призывную позу, разрезы на скорее открывающем, чем скрывающем тело полупрозрачном одеянии становятся шире.
Независимо от того, что думает голова, тело реагирует сразу. Но стою, почти не отходя от порога. Она удивляется и подходит совсем близко, проводит пальчиками в низу живота:
— Как тебе больше нравится, дорогой?
Каждое ее движение отточено опытом. Облизнулась, вопросительно глядя на и меня и ее рука скользнула под пояс брюк. На мне сейчас нет утягивающего белья, вообще никакого нет. Штаны на голое тело. Она умеет прикасаться так, чтобы вожделение сводило с ума. Едва она высвободила виновника моего сегодняшнего приключения наружу, сделала несколько движений, как бесконечно тянущееся воздержание не оставило самообладанию не малейшего шанса: словно мальчишка-подросток кончаю, не успев начать, прямо ей в ладонь.
И чего мне дома не сиделось? Будто я сам себе подрочить не могу?!
Девушка, понятное дело, привыкшая в различным поворотам событий невозмутимо спрашивает чего бы мне хотелось еще.
Но я не для этого оказался здесь. Выходит, совсем для другого. Циничный шут во мне смеется:
«Что, Белый Пророк, после разрядки мужскому началу пришел конец?»
Жрица продажной любви твердо намерена отработать внесенную за услуги сумму, и пока новое желание не заставило потерять голову, веду и сажаю ее на кровать, но сам отстраняюсь.
Она хлопает ресницами и меняет поведение, готовая из горячей кошечки превратиться в покорную овечку.
— Ты носишь специальное кольцо? — спрашиваю, заранее зная ответ.
Я видел как выглядит этот амулет, предотвращающий дурные хворобы и беременность. Крохотный, не больше яблочного семечка, резной белый череп, сработанный из диводрева, подвешивается на серебряной проволочке, пронзающей кожу пупка.
Вопрос застал ее врасплох, но правды не скрыть. Я ведь уже откинул тонкую ткань на ее животе.
— Мне не по средствам купить такую дорогую вещь. Хозяйка разрешает некоторым пользоваться напрокат из своего запаса, но за это нужно отдавать ей половину заработка.
Я знаю больше, чем она может рассказать. Никому, кроме моего Изменяющего я не говорил, что мне дано видеть не только будущее, но и различные варианты этого будущего. Я сам бы мог этой девице поведать, что послушай она сейчас меня, может начать брать у мадам кольцо напрокат, пусть потеряет в деньгах, зато сохранит здоровье. Если уйдет в прислуги, то вдовец, всегда выбирающий именно ее, привязавшийся к ней больше, чем она думает не погнушается предложить бывшей потаскухе выйти за него замуж. В этом варианте будущего они вполне довольные друг другом доживут до старости, вырастив своих и общего ребенка. А еще она может, не послушав меня, заболеть, потерять работу и умереть через четыре года, оставив десятилетнюю дочку сиротой, лишь для того, чтобы девочка повторила ее собственную судьбу. Нет возможности сказать ей все это, не раскрывая кто я такой.
Но, раз уже я нахожусь здесь, с ней, решаюсь произнести главное:
— А заразиться не дороже?
— Это случается, но не часто. Я работаю здесь десять лет, немалый срок, и до сих пор Са была ко мне милостива.
— Не испытывай судьбу. Считай, от Са предупреждение получила. Бордель не единственное место на свете, где можно зарабатывать деньги.
— Меня разве только в прислуги возьмут.
— Разумеется, подставлять все свои отверстия мужчинам по несколько раз в день, занятие более благородное, благодарное и привлекательное.
Осторожность не помешает.
Уже собрался сказать хозяйке, что деньги не проблема, но вдруг вижу «ту самую девушку». Развилки ее жизненного пути помимо воли четко возникают перед моими глазами.
И что тут делать? Мне нельзя вмешиваться и изменять чужие судьбы. Мне дано видеть, но действовать должен Изменяющий. Но оставаться равнодушным я так и не научился. Могу же я предупредить о беде, чтобы человек сам выбрал случиться ей с ним или нет?!
Никогда я не был мудрым и сейчас поступаю по велению сердца. Широкими шагами пересекаю зал, хватаю шлюху за руку, тащу к стойке хозяйки заведения и заявляю:
— Я нашел, что искал.
Бандерша, с видом «разумеется, дело ваше», бесстрастно принимает плату вперед, а девушка, чьим клиентом я теперь стал, с видом «милый, я ждала тебя всю мою жизнь», ведет меня в номер.
Обстановка дешевая, но с претензией на томную. Горящие в витых канделябрах свечи освещают занимающую почти все свободное место кровать. Самое время пожалеть о чуткости своего носа: ароматический запах свечей не заглушает запаха соития, спермы других мужчин, побывавших здесь с ней до меня. Желание борется с брезгливостью.
Девушка садится на кровать в призывную позу, разрезы на скорее открывающем, чем скрывающем тело полупрозрачном одеянии становятся шире.
Независимо от того, что думает голова, тело реагирует сразу. Но стою, почти не отходя от порога. Она удивляется и подходит совсем близко, проводит пальчиками в низу живота:
— Как тебе больше нравится, дорогой?
Каждое ее движение отточено опытом. Облизнулась, вопросительно глядя на и меня и ее рука скользнула под пояс брюк. На мне сейчас нет утягивающего белья, вообще никакого нет. Штаны на голое тело. Она умеет прикасаться так, чтобы вожделение сводило с ума. Едва она высвободила виновника моего сегодняшнего приключения наружу, сделала несколько движений, как бесконечно тянущееся воздержание не оставило самообладанию не малейшего шанса: словно мальчишка-подросток кончаю, не успев начать, прямо ей в ладонь.
И чего мне дома не сиделось? Будто я сам себе подрочить не могу?!
Девушка, понятное дело, привыкшая в различным поворотам событий невозмутимо спрашивает чего бы мне хотелось еще.
Но я не для этого оказался здесь. Выходит, совсем для другого. Циничный шут во мне смеется:
«Что, Белый Пророк, после разрядки мужскому началу пришел конец?»
Жрица продажной любви твердо намерена отработать внесенную за услуги сумму, и пока новое желание не заставило потерять голову, веду и сажаю ее на кровать, но сам отстраняюсь.
Она хлопает ресницами и меняет поведение, готовая из горячей кошечки превратиться в покорную овечку.
— Ты носишь специальное кольцо? — спрашиваю, заранее зная ответ.
Я видел как выглядит этот амулет, предотвращающий дурные хворобы и беременность. Крохотный, не больше яблочного семечка, резной белый череп, сработанный из диводрева, подвешивается на серебряной проволочке, пронзающей кожу пупка.
Вопрос застал ее врасплох, но правды не скрыть. Я ведь уже откинул тонкую ткань на ее животе.
— Мне не по средствам купить такую дорогую вещь. Хозяйка разрешает некоторым пользоваться напрокат из своего запаса, но за это нужно отдавать ей половину заработка.
Я знаю больше, чем она может рассказать. Никому, кроме моего Изменяющего я не говорил, что мне дано видеть не только будущее, но и различные варианты этого будущего. Я сам бы мог этой девице поведать, что послушай она сейчас меня, может начать брать у мадам кольцо напрокат, пусть потеряет в деньгах, зато сохранит здоровье. Если уйдет в прислуги, то вдовец, всегда выбирающий именно ее, привязавшийся к ней больше, чем она думает не погнушается предложить бывшей потаскухе выйти за него замуж. В этом варианте будущего они вполне довольные друг другом доживут до старости, вырастив своих и общего ребенка. А еще она может, не послушав меня, заболеть, потерять работу и умереть через четыре года, оставив десятилетнюю дочку сиротой, лишь для того, чтобы девочка повторила ее собственную судьбу. Нет возможности сказать ей все это, не раскрывая кто я такой.
Но, раз уже я нахожусь здесь, с ней, решаюсь произнести главное:
— А заразиться не дороже?
— Это случается, но не часто. Я работаю здесь десять лет, немалый срок, и до сих пор Са была ко мне милостива.
— Не испытывай судьбу. Считай, от Са предупреждение получила. Бордель не единственное место на свете, где можно зарабатывать деньги.
— Меня разве только в прислуги возьмут.
— Разумеется, подставлять все свои отверстия мужчинам по несколько раз в день, занятие более благородное, благодарное и привлекательное.
Страница 8 из 23
