Красавчик

— Потому что они все ко мне плохо относились, — пожал он плечами. — Продавцы эти. Хамили, грубили… Суки.

Маркус нахмурился и склонился над ним, опершись рукой на кровать. Он переспросил возмущенно:

— Хамили, грубили?

Оливер кивнул:

— Суки, — повторил он и затараторил. — Слушай, я же не баба какая-то там, чтобы все подмечали, не надевал ли я уже это платье в предыдущий раз. Может, и один костюм пойдет? Мне кажется, что вполне.

Маркус отрицательно качнул головой.

— Нет. У нас будут не только официальные вечера, а твой образ стриптизера со стажем вызовет жесткий резонанс в приличном обществе.

— Я и не собирался идти в таком виде, — буркнул Оливер, накрываясь с головой, чтобы спрятаться от взгляда Маркуса.

— Оливер, мы все-таки идем по магазинам. Смирись.

— Мы? — раздалось из-под одеяла.

— Мы, — выдохнул Маркус устало. — Раз уж эти… суки хамят тебе.

Через полчаса он уже тащил Вуда по улице, придерживая за локоть. Оливер постоянно вертел головой, оглядываясь:

— Все на меня смотрят, — недовольно прошипел он.

— С чего бы это вдруг, — хмыкнул Маркус, покосившись на те самые кожаные брюки, в которых он встретил Оливера на Голливудском бульваре и которые тот напялил на себя, потому что отказался «занашивать» свой единственный приличный костюм.

— Не смотри на меня так. Это они виноваты, — проворчал Оливер, ткнув пальцем в сторону витрины ближайшего бутика. — В этих магазинах плохо обращаются с покупателями.

— Потому что они любят не покупателей, а кредитные карточки, — Маркус резко остановился перед нужным магазином и хмуро посмотрел на Оливера. — Перестань дергаться.

Тот смерил его красноречивым взглядом.

— Легко сказать, — буркнул он, в очередной раз оправляя оголявшую живот жилетку.

— Выплюни жвачку, — приказал Маркус, и Вуд, нагло ухмыльнувшись, выплюнул ее прямо ему под ноги.

Флинт покачал головой, но промолчал и потащил Оливера внутрь. Как только они оказались в помещении, к ним тут же подлетел, как про себя его окрестил Оливер, хмырь в костюме, и на его лице была написана готовность не только вылизать Флинту ботинки, но и шнурки погладить, если бы это потребовалось. Оливер фыркнул собственной шутке и прищурился, наблюдая за ним.

— Меня зовут Зак, и сегодня я ваш менеджер, — представился тот, продолжая светиться желанием угодить. — Могу я чем-нибудь помочь?

Маркус коротко кивнул и сделал шаг вперед:

— Маркус Флинт, — он пожал протянутую руку и, чуть повернув голову, указал на Оливера, который тут же поравнялся с ним. — Видите этого молодого человека?

— Да, конечно, — широко улыбнулся Зак.

— В вашем магазине найдется что-то столь же прекрасное? — насмешливо спросил Маркус, обхватив Оливера за плечи. Тот недовольно зыркнул на него, подавил ребяческое желание пихнуть его локтем, но промолчал.

— О, безусловно, — с энтузиазмом закивал менеджер. — То есть, я хотел сказать, что любая вещь может стать прекрасной, если вы захотите, чтобы она такой стала…

Маркус остановил его жестом и, ухватив за локоть, оттащил подальше от Оливера. Правда, тот все равно все отчетливо слышал.

— Вот чего я хочу, — деловито начал он. — Понадобится еще несколько человек, чтобы они помогали. Я вам объясню, почему. Потому что я собираюсь потратить совершенно непристойную сумму денег на этого молодого человека, — Маркус многозначительно посмотрел на менеджера, который, едва расслышав его слова, расплылся в довольной улыбке.

— Я хочу вам сказать, мистер Флинт, что вы пришли в нужный магазин.

«Кажется, мистер Флинт выйдет отсюда на пару миллионов беднее», — с воодушевлением подумал Оливер, рассматривая шикарные деловые тройки на манекенах и ряды идеально выглаженных брюк и рубашек. Он собирался наслаждаться каждой минутой здесь. Каждым потраченным долларом.

— У Вас есть какие-либо предпочтения в фасоне, цвете, в чем-либо еще? — вежливо улыбаясь, спросил Зак, на бейджике которого значилось более емкое «Захария Смит». Оливер осклабился и развел руками:

— Что-нибудь кожаное, провокационное и сексуальное? — предположил он, улыбаясь. Смит моргнул, оглядывая его с ног до головы, очевидно не зная, что ответить на это, но его спас Флинт.

— Что-нибудь демократичное, строгое, стильное и, пожалуй, все-таки сексуальное. Но не провокационное, а намекающее. И да, никакой кожи, — вставил он, и Зак улыбнулся чуть менее натянуто, как секунду до того.

— Эй, он же меня спрашивал, — зашипел Оливер.

Маркус смерил его многозначительным взглядом, и Вуд тут же замолчал. Впрочем, ненадолго.

— Хорошо. Тащи свое демократичное, — он хлопнул Зака по плечу, а Маркус неодобрительно качнул головой. Он начал понимать, что Оливер ведет себя вызывающе-нагло, пытаясь скрыть свое смущение.

— Мистер Флинт, могу я уточнить? — снова раздался голос Смита. Флинт кивнул, разворачиваясь к нему. — Вы сказали, что собираетесь потратить непристойную сумму денег. Насколько непристойную? Фривольную или вызывающе неприличную?

— Вызывающе неприличную, — настолько спокойно ответил Маркус, что Оливер передернул плечами.