Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
538 мин, 42 сек 2900
— Мы всегда были верными вассалами короны. Это самое малое из того, чем мы можем отплатить за право спокойно жить на этой земле. Или ты не знаешь, что происходит с пьющими кровь в соседних странах? Что касается твоих слов о смешанных браках, то смею заметить, что ты, как никогда, близок к смерти. Можешь назвать место и время, и мы поговорим об этом подробнее.
Граф Розенберг наконец понял, что зашел слишком далеко. От этого деревенского простофили исходила смертельная опасность. Чтобы поставить на место болтливого нахала, ему не обязательно даже вынимать шпагу из ножен. Если верить всему, что говорят про воспитанника Иоганна Кранца, то он вполне может лишить жизни голыми руками.
— О, прошу прощения, господин барон, вы неверно истолковали мои слова. Я ничего не имею против вашего выбора спутницы жизни. Просто я предпочитаю искать свою половинку среди чистокровных! Кстати, я очарован вашей сестрой!
Шпага вылетела из ножен так быстро, как будто жила своей жизнью. Ее острие уперлось в расшитый золотом камзол как раз напротив сердца. С трудом сдерживаемый гнев вырвался наружу, растопив ледяную маску безразличия.
— Если ты посмеешь хотя бы взглянуть в сторону моей сестры, то можешь выбирать себе место в фамильном склепе! Я не шучу! — рассерженный Рюг был очень убедителен. Граф поспешил исчезнуть. Из темноты коридора донеслось:
— Ты еще пожалеешь об этом, деревенщина!
Рюдигер вернул оружие в ножны и вздохнул:
— Сколько на свете всякого дерьма, считающего себя лучше других! Анна, с тобой все в порядке? Если он тебя обидел…
Красивые вишневые губы вдруг искривились, темные глаза наполнились слезами, носик сморщился. Анна напоминала обиженного ребенка, она уткнулась в плечо брата и горько расплакалась.
— Рюг, увези меня отсюда, я хочу домой!
Он успокаивающе погладил ее по голове:
— Конечно, сейчас только отыщем Лизхен и уедем!
Вдруг его глаза наткнулись на что-то белое прямо под ногами. Это оказался клочок бумаги на котором неровным торопливым почерком было нацарапано: «Завтра после полуночи в Башне Проклятых».
Наконец добравшаяся до террасы Лиза с удивлением заметила, как ее муж подобрал что-то с земли и спрятал в карман. Вернувшись домой и еле дождавшись, когда они избавятся от бальных нарядов, она быстро проверила карманы его камзола и с удивлением нашла там записку. Эти несколько слов на обрывке бумаги лишили ее спокойствия. Перекрестив спящих детей, она потушила свечу и отправилась к себе. Притворившись спящей, она не отвечала на настойчивые ласки Рюга. Наконец он вздохнул, и обняв ее, успокоился. Его дыхание стало тихим и ровным, она поняла, что он крепко спит. Ей же совершенно расхотелось спать. Она поняла, что не сможет жить спокойно, пока не разберется, что происходит в Башне Проклятых после полуночи.
Глава 8.
Секрет Башни Проклятых.
На следующий день Рюдигер был рассеян и неразговорчив. Он отвечал невпопад, как будто был погружен в свои мысли, и Лиза только еще больше укрепилась в своих подозрениях. Почему он ничего не говорит ей об этой записке? Что там такого, о чем ей не положено знать? Она никогда не сомневалась в нем, и то, что у него есть какие-то тайны, просто разрывало Лизе сердце!
Анна встала поздно и всем своим бледным и грустным видом напоминала печальное привидение. Взглянув на девушку, Лиза в сердцах подумала, что попадись ей этот Розенберг под горячую руку, он бы неделю рот открыть стеснялся! Словно чувствуя ее настроение, дети капризничали и отказывались засыпать днем. Она отчаялась уложить их. В конце концов крепче будут спать ночью, подумала она и решила вывести их в сад на прогулку.
Между тем Рюдигер и не подозревал, что случайно подобранная им записка причинила такое беспокойство его жене. Он снова вспомнил все события прошлой ночи. Было в поведении этого нахала что-то настораживающее. Он вел себя так, как будто был пьян. Однако Рюг не уловил ничего похожего на вино в его запахе… Но кажется, ему стали понятны причины такого поведения! Этому напрашивалось только одно объяснение, но оно было слишком невероятным. Свежая кровь… Те, кто всему на свете предпочитает кровь еще живого существа, постепенно становятся рабами этой опасной привычки, часто ведут себя вызывающе, а порой опасно и непредсказуемо. И за столом их компания ни к чему не притронулась. Подобные вещи хороши изредка на охоте в узком кругу близких или когда нужно спасти жизнь или залечить рану. Никто не станет злоупотреблять этим, чтобы потерять свое доброе имя и стать изгоем.
Неужели они могли вести себя так прямо в королевском дворце, ведь это ставило под удар не только их самих, но и всех им подобных.
Теперь Рюдигер понял, что он просто обязан побывать в Башне Проклятых и с самого утра донимал распросами Яромира. Они сидели в небольшой красивой беседке, стены которой были увиты лианами с крупными голубыми цветами. Удивленный Яр старательно пытался вспомнить все, что ему известно об этом мрачном месте. В двух шагах от беседки за самшитовым кустом с блестящими листочками их внимательно слушала Лиза.
Граф Розенберг наконец понял, что зашел слишком далеко. От этого деревенского простофили исходила смертельная опасность. Чтобы поставить на место болтливого нахала, ему не обязательно даже вынимать шпагу из ножен. Если верить всему, что говорят про воспитанника Иоганна Кранца, то он вполне может лишить жизни голыми руками.
— О, прошу прощения, господин барон, вы неверно истолковали мои слова. Я ничего не имею против вашего выбора спутницы жизни. Просто я предпочитаю искать свою половинку среди чистокровных! Кстати, я очарован вашей сестрой!
Шпага вылетела из ножен так быстро, как будто жила своей жизнью. Ее острие уперлось в расшитый золотом камзол как раз напротив сердца. С трудом сдерживаемый гнев вырвался наружу, растопив ледяную маску безразличия.
— Если ты посмеешь хотя бы взглянуть в сторону моей сестры, то можешь выбирать себе место в фамильном склепе! Я не шучу! — рассерженный Рюг был очень убедителен. Граф поспешил исчезнуть. Из темноты коридора донеслось:
— Ты еще пожалеешь об этом, деревенщина!
Рюдигер вернул оружие в ножны и вздохнул:
— Сколько на свете всякого дерьма, считающего себя лучше других! Анна, с тобой все в порядке? Если он тебя обидел…
Красивые вишневые губы вдруг искривились, темные глаза наполнились слезами, носик сморщился. Анна напоминала обиженного ребенка, она уткнулась в плечо брата и горько расплакалась.
— Рюг, увези меня отсюда, я хочу домой!
Он успокаивающе погладил ее по голове:
— Конечно, сейчас только отыщем Лизхен и уедем!
Вдруг его глаза наткнулись на что-то белое прямо под ногами. Это оказался клочок бумаги на котором неровным торопливым почерком было нацарапано: «Завтра после полуночи в Башне Проклятых».
Наконец добравшаяся до террасы Лиза с удивлением заметила, как ее муж подобрал что-то с земли и спрятал в карман. Вернувшись домой и еле дождавшись, когда они избавятся от бальных нарядов, она быстро проверила карманы его камзола и с удивлением нашла там записку. Эти несколько слов на обрывке бумаги лишили ее спокойствия. Перекрестив спящих детей, она потушила свечу и отправилась к себе. Притворившись спящей, она не отвечала на настойчивые ласки Рюга. Наконец он вздохнул, и обняв ее, успокоился. Его дыхание стало тихим и ровным, она поняла, что он крепко спит. Ей же совершенно расхотелось спать. Она поняла, что не сможет жить спокойно, пока не разберется, что происходит в Башне Проклятых после полуночи.
Глава 8.
Секрет Башни Проклятых.
На следующий день Рюдигер был рассеян и неразговорчив. Он отвечал невпопад, как будто был погружен в свои мысли, и Лиза только еще больше укрепилась в своих подозрениях. Почему он ничего не говорит ей об этой записке? Что там такого, о чем ей не положено знать? Она никогда не сомневалась в нем, и то, что у него есть какие-то тайны, просто разрывало Лизе сердце!
Анна встала поздно и всем своим бледным и грустным видом напоминала печальное привидение. Взглянув на девушку, Лиза в сердцах подумала, что попадись ей этот Розенберг под горячую руку, он бы неделю рот открыть стеснялся! Словно чувствуя ее настроение, дети капризничали и отказывались засыпать днем. Она отчаялась уложить их. В конце концов крепче будут спать ночью, подумала она и решила вывести их в сад на прогулку.
Между тем Рюдигер и не подозревал, что случайно подобранная им записка причинила такое беспокойство его жене. Он снова вспомнил все события прошлой ночи. Было в поведении этого нахала что-то настораживающее. Он вел себя так, как будто был пьян. Однако Рюг не уловил ничего похожего на вино в его запахе… Но кажется, ему стали понятны причины такого поведения! Этому напрашивалось только одно объяснение, но оно было слишком невероятным. Свежая кровь… Те, кто всему на свете предпочитает кровь еще живого существа, постепенно становятся рабами этой опасной привычки, часто ведут себя вызывающе, а порой опасно и непредсказуемо. И за столом их компания ни к чему не притронулась. Подобные вещи хороши изредка на охоте в узком кругу близких или когда нужно спасти жизнь или залечить рану. Никто не станет злоупотреблять этим, чтобы потерять свое доброе имя и стать изгоем.
Неужели они могли вести себя так прямо в королевском дворце, ведь это ставило под удар не только их самих, но и всех им подобных.
Теперь Рюдигер понял, что он просто обязан побывать в Башне Проклятых и с самого утра донимал распросами Яромира. Они сидели в небольшой красивой беседке, стены которой были увиты лианами с крупными голубыми цветами. Удивленный Яр старательно пытался вспомнить все, что ему известно об этом мрачном месте. В двух шагах от беседки за самшитовым кустом с блестящими листочками их внимательно слушала Лиза.
Страница 30 из 147
