Крысы в стенах

На следующий день один из слуг пожаловался на то, что все живущие в доме коты ведут себя беспокойно. Он пришел ко мне в кабинет, находившийся на втором этаже западного крыла. Это была величественная комната с крестовыми сводами, темной дубовой обшивкой и тройным готическим окном, которое выходило на известняковый утес и пустынную до липу. Даже во время нашего разговора я видел черный, как смоль, силуэт Негра, крадущегося вдоль западной стены и скребущего новые панели, закрывающие древнюю каменную кладку.

Я сказал слуге, что, вероятно, от старинных камней исходит какой-то необычный запах или что-то вроде этого — запах, не-уловимый для людей, но воспринимаемый чувствительными кошачьими органами даже сквозь новую деревянную обшивку. Я в это искренне верил, и когда слуга предположил, что в доме могут быть мыши или крысы, я заметил, что крысы не появлялись в Лисеме на протяжении трехсот лет, и что в этих стенах вряд ли можно найти даже полевых мышей: они, насколько известно, никогда не посещали этот дом. Вечером того же дня я навестил капитана Робертса, и тот уверил меня, что никогда не случалось, да практически и не могло случиться, чтобы полевые мыши вдруг так неожиданно наводнили Лисем.

Б тот вечер я. лег спать в комнате, которая находилась в западной башне и которую я избрал в качестве личных покоев. Из кабинета в нее вела каменная лестница, частично сохранившаяся с древних времен и переходившая в полностью обновленную небольшую галерею. Комната эта была круглой по форме, имела очень высокий потолок и не была обшита деревом — вместо панелей на стенах ее висел гобелен, который я собственноручно выбрал в Лондоне.

Убедившись, что Негр со мной, я захлопнул тяжелую готическую дверь и стал готовиться ко сну при свете электрических ламп, искусно имитировавших свечи. Наконец, я выключил освещение и улегся на резную, украшенную пологом кровать, а почтенный кот, как обычно, устроился у меня в ногах. Я не стал задергивать занавески и долго смотрел в узкое северное окно. Небо было озарено отблеском северного сияния, на фоне которого красивым силуэтом выделялся тонкий оконный узор.

В какой-то момент я, видимо, уснул, так как я ясно помню, что мне снились странные сны, прерванные в том момент, когда кот неожиданно и резко вскочил. Я видел его силуэт в слабом свете северного сияния, шея его была выгнута, передние лапы вцепились в мои лодыжки, а задние — вытянулись, Негр напряженно смотрел в какую-то точку на стене, точку, которую мой взгляд не мог точно определить, но по мере того, как я вглядывался в то место, я начал осознавать, что кот возбудился не зря. Трудно сказать, действительно ли гобелен двигался. Я думаю, что да, но совсем немного. В чем я могу поклясться, так это в том, что из-за гобелена раздавался тихий, отчетливый шорох, подобный тому, какой издают крысы или мыши. В одно мгновение кот всей тяжестью своего тела обрушился на закрывающую стену ткань, часть которой под его весом упала на пол, обнажив сырую, древнюю каменную стену, тут и там покрытую заплатами реставраторов, но на которой не было никаких следов рыскающих грызунов.

Негр носился по полу у этой части стены, царапая когтями упавший гобелен и, по-видимому, пытаясь просунуть лапу между стеной и дубовым полом, однако через некоторое время в утомлении вернулся на свое место у меня в ногах. За все это время я не шелохнулся, но в ту ночь я уже не смог снова заснуть.

Утром я расспросил всех слуг и выяснил, что никто из них не заметил ничего необычного — одна лишь кухарка вспомнила о поведении кота, который расположился в ее комнате на подо коннике. В какой-то момент ночью этот кот завыл, разбудив кухарку, и она успела увидеть, как он молниеносно метнулся через открытую дверь вниз по лестнице. Я продремал всю середину дня, а вечером снова направился к капитану Робертсу, которого чрезвычайно заинтересовало то, что я ему рассказал. Эти странные случаи привлекли его своей колоритностью и вызвали у него ряд воспоминаний, связанных с местными поверьями о призраках, крысах и привидениях, Мы были очень озабочены возможным появлением крыс, и он одолжил мне несколько крысоловок и немного парижской зелени. По возвращении в Лисем я приказал слугам расставить ловушки и разложить яд в стратегических местах.

Мне очень хотелось спать, и я лег рано, но ночью меня преследовали кошмары. Мне казалось, что я гляжу с огромной высоты вниз, на тускло освещенную пещеру, где стоящий по колено в грязи демонический свинопас с белой бородой своим посохом гоняет стадо губчатых, дряблых тварей, вид которых наполнял мою душу невыразимым отвращением. Затем, когда свинопас на мгновение остановился, слишком увлекшись своим занятием, в зловонную пропасть посыпался рой крыс, принявшихся пожирать животных и их хозяина.