Это ранее утро 21 января 1998 года в доме семьи Кроу начиналось как-то неправильно. 57-летняя Джудит Кеннеди, которая проживала с 33-летней дочерью Шерилин, ее мужем Стивом и тремя внуками в доме в Эскондидо (штат Калифорния, округ Сан-Диего) уже не первую минуту сквозь сон слышала, как в комнате ее внучки Стефани раз за разом настойчиво срабатывает будильник.
79 мин, 48 сек 18357
Кроме того, старшие члены семьи Тредвэев утверждали, что еще в 23.30 в ту ночь они видели обоих сыновей в их комнате. Мальчишки что-то расшумелись, баловались и не спали, и Майкл Тредвэй заходил их успокоить. После этого, еще минимум 15 минут их мать Тэмми слышала, как они шептались. Но и это было не главным.
По утверждению родных Джошуа, он абсолютно не был приспособлен к пешим прогулкам на большие расстояния и вообще плохо ориентировался в пространстве, поэтому не мог пройти около 16 километров туда-обратно к домам своих друзей Аарона и Майкла. Совсем недавно, отправившись на велосипеде к однокласснику, он заблудился. Потерявшись, мальчик вынужден был постучаться в незнакомый дом, чтобы воспользоваться телефоном и позвонить своим родителям. Это заявление полиция проверяла, и оно оказалось правдой.
Мать Аарона Хаузера, Сьюзи и его старший брат Адам, также оспаривали признание Джошуа Тредвэя. Они утверждали, что Аарон был в ту ночь дома. В 23.30 20 января Адам разговаривал с ним, и не слышал, чтобы брат покидал дом. Да и Сьюзи Хаузер в ту ночь мучилась болями в спине и плохо спала, а потому легла на твердый диван в гостиной. Сыну пришлось бы пройти мимо нее, и не заметить этого она не могла.
Но, для адвоката Элен Эттридж самым вопиющим несоответствием показаний Джошуа с реальным делом было время смерти Стефани Кроу. На допросе он утверждал, что ее убийство состоялось где-то около часу ночи. Патологоанатом же склонялся к мысли, что смерть Стефани произошла примерно через 2–2,5 часа после последнего употребления пищи, то есть между 21.00 и 22.00 20 января 1998 года.
Но, разумеется, опытный и хороший адвокат не просто выгораживает своего подопечного в суде, он еще и находит иного подозреваемого. И для Эттридж таким подозреваемым стал Ричард Тьюит — бродяга с плохим «послужным списком».
В отличие от арестованных подростков, которые, главным образом, развлекались, играя в компьютерные игры, этот человек не раз светился на полицейском радаре и был замечен в районе дома Кроу в страшную ночь убийства.
Вместе с адвокатами МакИннисом и Блейком Эттридж попыталась составить его профиль.
Он родился в Сан-Диего, закончил среднюю школу и некоторое время работал то на стройках, то в фирмах по озеленению. Однако, на протяжении последних 10 лет, Тьюит постоянно сражался с двумя своими демонами — шизофренией и метамфетамином.
В этот период его арестовывали 25 (!) раз — за кражу автомобиля, взломы, употребление наркотиков и вандализм. А в 1993 году он напал с ножом на человека, несколько раз ранив его.
Через три недели после убийства Стефани Кроу (в конце января 1998 года), Тьюит был арестован за приставание к двум девочкам (12 и 13 лет) в Эскондидо. Он шел за ними от автобусной остановки, и постоянно твердил «Трейси, все, что я хочу, так это заняться сексом с тобою» чем безумно напугал детей. Через месяц (то есть, в середине марта) его снова арестовали, на этот раз за попытку ограбления, и осудили на 3 года.
Но, неожиданно рьяная Эттридж осознала, что Тьюита, такого «удобного» во всех отношениях подозреваемого никогда всерьез не рассматривали по делу убийства Стефани Кроу, и она вознамерилась во что бы то ни стало это«исправить». «Как это так?» — думала она,«ведь они не допрашивали его под видеозапись, не искали кровь на одежде, и не сличали почерк». «А их мнение, что он слишком неуклюж, безумен и порывист, чтобы совершить столь» чистое«преступление — просто глупость! Ведь он же выжил как-то на улице, постоянно находя себе пропитание и одежду».
Сформировав в голове план нападения на Тьюита, Эттридж без промедления принялась его реализовывать, и начала с официального требования полиции пересмотреть забранные у него вещи, подвергнув их тщательной экспертизе.
Первоначально затребовав разрешение на личный осмотр собранной у Тьюита одежды, она обратила внимание на его белую футболку и красную растянутую водолазку с подозрительными пятнами на них. Указав на это экспертам, она добилась проведениея их первого анализа с помощью опять-таки флуоресцеина и анализа ДНК, и 28 апреля 1998 года получила ответ, что это кровь, но не Стефани Кроу, а самого Тьюита.
Но, это будет пока только первая попытка Эттридж попасть в мишень «под названием» Ричард Тьюит. Первая и как это часто бывает неудачная. Однако, настойчивых людей такие разовые промашки не останавливают и только раззадоривают, а молодая адвокатесса была очень настойчивой особой.
Судье Верховного суда Лоре Палмер Хэммс, которой досталось рассмотрение дела трех подростков, предстояло решить нелегкую задачу. Ей требовалось, выслушав доводы обеих сторон, определиться, относиться ли к 15-летним мальчишкам, как детям или взрослым. При первичном рассмотрении документов, а также в связи с прокурорским прошлым самой судьи, «мяч находился на стороне» обвинения — Хэммс изначально склонялась к мнению, что подростки виновны в убийстве Стефани Кроу.
По утверждению родных Джошуа, он абсолютно не был приспособлен к пешим прогулкам на большие расстояния и вообще плохо ориентировался в пространстве, поэтому не мог пройти около 16 километров туда-обратно к домам своих друзей Аарона и Майкла. Совсем недавно, отправившись на велосипеде к однокласснику, он заблудился. Потерявшись, мальчик вынужден был постучаться в незнакомый дом, чтобы воспользоваться телефоном и позвонить своим родителям. Это заявление полиция проверяла, и оно оказалось правдой.
Мать Аарона Хаузера, Сьюзи и его старший брат Адам, также оспаривали признание Джошуа Тредвэя. Они утверждали, что Аарон был в ту ночь дома. В 23.30 20 января Адам разговаривал с ним, и не слышал, чтобы брат покидал дом. Да и Сьюзи Хаузер в ту ночь мучилась болями в спине и плохо спала, а потому легла на твердый диван в гостиной. Сыну пришлось бы пройти мимо нее, и не заметить этого она не могла.
Но, для адвоката Элен Эттридж самым вопиющим несоответствием показаний Джошуа с реальным делом было время смерти Стефани Кроу. На допросе он утверждал, что ее убийство состоялось где-то около часу ночи. Патологоанатом же склонялся к мысли, что смерть Стефани произошла примерно через 2–2,5 часа после последнего употребления пищи, то есть между 21.00 и 22.00 20 января 1998 года.
Но, разумеется, опытный и хороший адвокат не просто выгораживает своего подопечного в суде, он еще и находит иного подозреваемого. И для Эттридж таким подозреваемым стал Ричард Тьюит — бродяга с плохим «послужным списком».
В отличие от арестованных подростков, которые, главным образом, развлекались, играя в компьютерные игры, этот человек не раз светился на полицейском радаре и был замечен в районе дома Кроу в страшную ночь убийства.
Вместе с адвокатами МакИннисом и Блейком Эттридж попыталась составить его профиль.
Он родился в Сан-Диего, закончил среднюю школу и некоторое время работал то на стройках, то в фирмах по озеленению. Однако, на протяжении последних 10 лет, Тьюит постоянно сражался с двумя своими демонами — шизофренией и метамфетамином.
В этот период его арестовывали 25 (!) раз — за кражу автомобиля, взломы, употребление наркотиков и вандализм. А в 1993 году он напал с ножом на человека, несколько раз ранив его.
Через три недели после убийства Стефани Кроу (в конце января 1998 года), Тьюит был арестован за приставание к двум девочкам (12 и 13 лет) в Эскондидо. Он шел за ними от автобусной остановки, и постоянно твердил «Трейси, все, что я хочу, так это заняться сексом с тобою» чем безумно напугал детей. Через месяц (то есть, в середине марта) его снова арестовали, на этот раз за попытку ограбления, и осудили на 3 года.
Но, неожиданно рьяная Эттридж осознала, что Тьюита, такого «удобного» во всех отношениях подозреваемого никогда всерьез не рассматривали по делу убийства Стефани Кроу, и она вознамерилась во что бы то ни стало это«исправить». «Как это так?» — думала она,«ведь они не допрашивали его под видеозапись, не искали кровь на одежде, и не сличали почерк». «А их мнение, что он слишком неуклюж, безумен и порывист, чтобы совершить столь» чистое«преступление — просто глупость! Ведь он же выжил как-то на улице, постоянно находя себе пропитание и одежду».
Сформировав в голове план нападения на Тьюита, Эттридж без промедления принялась его реализовывать, и начала с официального требования полиции пересмотреть забранные у него вещи, подвергнув их тщательной экспертизе.
Первоначально затребовав разрешение на личный осмотр собранной у Тьюита одежды, она обратила внимание на его белую футболку и красную растянутую водолазку с подозрительными пятнами на них. Указав на это экспертам, она добилась проведениея их первого анализа с помощью опять-таки флуоресцеина и анализа ДНК, и 28 апреля 1998 года получила ответ, что это кровь, но не Стефани Кроу, а самого Тьюита.
Но, это будет пока только первая попытка Эттридж попасть в мишень «под названием» Ричард Тьюит. Первая и как это часто бывает неудачная. Однако, настойчивых людей такие разовые промашки не останавливают и только раззадоривают, а молодая адвокатесса была очень настойчивой особой.
Судье Верховного суда Лоре Палмер Хэммс, которой досталось рассмотрение дела трех подростков, предстояло решить нелегкую задачу. Ей требовалось, выслушав доводы обеих сторон, определиться, относиться ли к 15-летним мальчишкам, как детям или взрослым. При первичном рассмотрении документов, а также в связи с прокурорским прошлым самой судьи, «мяч находился на стороне» обвинения — Хэммс изначально склонялась к мнению, что подростки виновны в убийстве Стефани Кроу.
Страница 18 из 23
