Кукловод

Я не жаловалась, нет. Только страшно было уронить небо, которое внезапно обрушилось на плечи. Всамделишний бог высадился на окраине Лондона, опаляя своей милостью не хуже огня; должен ведь был появиться герой, который справится, всё сделает правильно и целый мир спасёт, раскидывая тучи! Но не появился… Каждая секунда всё сильнее пригибала к земле.

— Полагаю, ты захочешь взглянуть на подготовку.

— А это ещё не всё? — я устало кивнула на узор на полу. Эльф только рассмеялся.

— А зачем я тебя гонял по Тамриэлю? Впрочем… Полагаю, человеку, не знакомому даже с основами искусства магии, нет смысла давать объяснения, так что можешь просто понаблюдать.

— И сколько мне на тебя пялиться?

— Сколько потребуется! Но не переживай, ты отправишься уже сегодня.

Классический высокомерный говнюк. Впрочем, от него зависело слишком многое, поэтому я подавляла любые порывы почесать кулаки о его холёную рожу.

Если до этого момента время напоминало кисель, то теперь оно застыло, будто смола. Я чувствовала себя музейным экспонатом, мухой в янтаре, которую разглядывают со всех сторон, а она не может даже моргнуть в ответ. Довакин прошествовал куда-то по лестнице, оставив меня в декорациях неплохого фентезийного ужастика, и было в этом что-то… Как полная зелий комната перед финальным боссом. Очередное снисходительное озарение, только сжигающее нервные клетки. Последний, издевательски бодрящий глоток воздуха перед погружением на самое дно. И ведь меня не сталкивают, и камень не болтается на шее, нет, сама спускаюсь и ищу во тьме что-то, чего не разглядела бы и ясным днём.

А когда найду…

Когда же?

Всего через полминуты моих печалей Ильмерил вернулся с сигильским камнем в руках. Маленький артефакт, по окрасу напоминающий шар для боулинга, никогда не вызвал бы у вас лишних эмоций, не знай вы, что он из себя представляет и откуда взялся. Но я уже слышала тихую мелодию родного Обливиона и почти ощущала затылком сухой жар Мёртвых земель.

— Ты ведь состоишь в винтерхолдской гильдии?

Эльф пристально на меня посмотрел. Ну да, ведь откуда мне знать, что камешек он получил в той самой гильдии, сдавая Финису Гестору «экзамен» на мастера некромантии? То есть колдовства, ах, вечно их путаю.

Вот интересно, Ильмерил застал Кризис Обливиона? Меры здесь вроде как живут дольше людей, но спрашивать напрямую было неудобно. А внешность у него была неопределённой — альтмеру могло быть пятьдесят лет, а могло и все пятьсот.

Тем временем сигильский камень занял своё место на рисунке. В воздухе стали разливаться тихие щелчки, но я не сразу обратила внимание, что это мои собственные пальцы барабанят по столу. Ильмерил извлёк из моей сумки драконью чешуйку и один из камней душ, удовлетворённо рассмотрел их со всех сторон и также сгрузил на меловые узоры. Затем он достал чуть мерцающее фиолетом ядрышко атронаха и принялся расколачивать его небольшим молоточком. В какой-то момент эти стуки вместе с моим нервным тиком почти слились в одно целое; но вскоре скорлупа раскололась и я, неожиданно для себя, увидела чуть ли не самое прекрасное зрелище на свете. Изнутри ядро напоминало жеоду, вот только в нём собрался будто сам звёздный свет, бегущий по кристаллам расколотой фиолетовой ночи. Но вдруг вся эта пульсирующая галактика разом потухла, превратившись в уродливый серый песок, который был тут же ссыпан в деревянную миску. Я была так поражена метаморфозой, что пропустила момент, когда посыпанный солью рисунок на полу начал светиться. На самом деле, эльфу потребовалось некоторое время, чтобы растолкать меня и привести в чувство.

— Элис, портал вот-вот откроется! — по его решительному лицу было ясно, что мне не оставят ни секунды на сомнения и, если потребуется, вытолкнут в Обливион силой.

А на холодном каменном полу, к чертям разметая листы пергамента и другие лёгкие предметы, уже разевала свою пасть огненная арка — с ленивой уверенностью зверя, нарочито медленно тянущегося к добыче, зная, что всё равно сомкнёт на ней клыки. А пока этого не случилось, я решила кое-что прояснить.

— Ты же использовал только одно ядро и один камень, портал не должен был открыться!

— С чего ты взяла? — весело спросил Довакин, перекрикивая нарастающий рёв огня, — оставшиеся ингредиенты отлично послужат для моих исследований.

— Ты… Я… Что?!

И ради его прихоти я столько лишнего времени болталась у чёрта на рогах, я убивала людей!

— Считай это платой за проход. У тебя ведь свои интересы в Обливионе, верно?

Эльф победно улыбался рядом — чудовищный, мерзкий, ненасытный. Его лицо было последним, что я запомнила, прежде чем меня поглотила тьма.

И была пустота. Я шла по ней, не чувствуя ног, или падала вниз, или застыла неподвижно. Глаза ничего не видели, рук не касались ни солнце, ни дуновение ветра. Мне казалось, я была целой вселенной, и в то же время не существовала вовсе. Но спустя вечность (или мгновение?) появился Голос.