Небольшая Тули-стрит у станции Лондонский мост была перегорожена толпой народа. Полуторачасовое стояние в очереди наконец завершилось и Ира, довольная покупала билет. Плевать, что она ничего не поймет из того, что будут говорить гиды — когда еще у нее появится возможность побывать в «Лондонском подземелье» — самом масштабном и мрачном аттракционе ужасов.
Добавить в моё избранное
17 мин, 28 сек 4044
Свет газового фонаря уже давно исчез, последняя проститутка растворилась в темноте и перед ними стояла фигура мужчины в плаще и цилиндре. Ирина судорожно сглотнула — ей все-таки было не по себе от подобных развлечений, даже если убийцу играет служащий. Мрачная тень достала из полы плаща что-то блестящее и двинулась к Ирине, занося нож над головой. И тут произошло то, чего Ирина никак не ожидала. Георг с рыком бросился на актера в костюме убийцы и схватился за запястье руки, в которой был нож. Он напряженно боролся с сгустком мрака в цилиндре, а девушка не могла понять, что происходит. Вдруг, убийца перебросил нож в свободную руку и несколько раз вонзил его в Георга, да так, что лезвие прошло насквозь и прошило рубашку сзади. Из его спины торчал блестящий острый предмет, после чего он убрался и показался из спины Георга еще в нескольких местах.
— Беги! — прохрипел он.
— Что? Ирина стояла не в силах пошевелиться. Может, это фокус такой — из спины ее провожатого не вытекло ни капли крови. Силы были неравны и человек-тень уже начинал брать верх, Георг падал. Держась из последних сил, он повернул свое лицо к Ирине. Это было лицо мертвеца — впалый нос, закатившиеся и давно выгнившие глаза, рот раззявлен в беззвучном крике. Морок развеялся и он из последних сил закричал : -Беги! И она побежала. Она обогнула борющихся противников и выбежала к свету, который ослепил ее.
— Nice photo, miss, next please. Перед ней стоял улыбающийся фотограф с зеркалкой и жестом отгонял ее от выхода, через который она убежала. В нем толпилась та самая группа. Каждый ждал своей очереди к фотографу. И никакого намека на Джека-Потрошителя или Георга. Она подбежала к охраннику и начала в слезах ему на русском говорить, что потеряла друга в аттракционе, что на него напали, что он может быть ранен, но невысокий марроканец не понимал ее. Он знал лишь английский, да и то весьма посредственно. Ирина бегала к администратору, подбегала к людям и ко всем подряд… Через пару часов она сидела в ближайшем полицейском участке. Ей прислали переводчика, чтобы она могла объяснить ситуацию. Переводчиком был тоже симпатичный, невысокий молодой человек с короткой стрижкой и мефистофелевской бородкой.
— Пойми, — повторял он слова уставшего полицейского, — они опросили свидетелей, просмотрели камеры внутреннего наблюдения, обыскали все, но не нашли ни убийцы, ни трупа. Ничего. Разве что они в воздухе растворились. Ирина не пожелала слушать дальше. Они ей не верят. Нужно успокоиться. Срочно успокоиться. Она уже приметила кофе-автомат и сейчас шагала к нему, сдерживая слезы. Ирина достала из кармана пятьдесят пенни и бросила их в прорезь. Автомат загудел и, словно с неохотой, налил девушке маленький пластиковый стаканчик эспрессо. Ирина взяла кофе и пошла обратно. Нечаянно ее взгляд пал на стену, мимо которой она шла и стаканчик с веселым треском приземлился ей на ботинки, но она даже не заметила этого. Ее взгляд приковала очень старая фотография. Тогда они еще делались нечасто, редкими мастерами с нужным инструментом. Это была стена почета и траура — здесь висели фотографии погибших при исполнении, героев и других живых и мертвых достопримечательностей участка. Но лишь одно маленькое, невзрачное, явно вырезанное из групповой фотографии, изображение приковало ее внимание. Черная ленточка на деревянной рамке, нечеткое фото молодого, улыбчивого полицейского в старой форме с короткой стрижкой. Под фотографией была подпись «Георг Реджинальд Магвайр. Рожден в 1869 году. Пропал без вести в 1889 году. Мы чтим твою память». Девушка чувствовала, как горячий эспрессо больно обжигает пальцы ног, просачиваясь через ткань кроссовок, но ее голова была занята мыслями о том парне, из которого не течет кровь и об убийце, чье плечо почти незаметно просвечивало под газовым фонарем.
— Беги! — прохрипел он.
— Что? Ирина стояла не в силах пошевелиться. Может, это фокус такой — из спины ее провожатого не вытекло ни капли крови. Силы были неравны и человек-тень уже начинал брать верх, Георг падал. Держась из последних сил, он повернул свое лицо к Ирине. Это было лицо мертвеца — впалый нос, закатившиеся и давно выгнившие глаза, рот раззявлен в беззвучном крике. Морок развеялся и он из последних сил закричал : -Беги! И она побежала. Она обогнула борющихся противников и выбежала к свету, который ослепил ее.
— Nice photo, miss, next please. Перед ней стоял улыбающийся фотограф с зеркалкой и жестом отгонял ее от выхода, через который она убежала. В нем толпилась та самая группа. Каждый ждал своей очереди к фотографу. И никакого намека на Джека-Потрошителя или Георга. Она подбежала к охраннику и начала в слезах ему на русском говорить, что потеряла друга в аттракционе, что на него напали, что он может быть ранен, но невысокий марроканец не понимал ее. Он знал лишь английский, да и то весьма посредственно. Ирина бегала к администратору, подбегала к людям и ко всем подряд… Через пару часов она сидела в ближайшем полицейском участке. Ей прислали переводчика, чтобы она могла объяснить ситуацию. Переводчиком был тоже симпатичный, невысокий молодой человек с короткой стрижкой и мефистофелевской бородкой.
— Пойми, — повторял он слова уставшего полицейского, — они опросили свидетелей, просмотрели камеры внутреннего наблюдения, обыскали все, но не нашли ни убийцы, ни трупа. Ничего. Разве что они в воздухе растворились. Ирина не пожелала слушать дальше. Они ей не верят. Нужно успокоиться. Срочно успокоиться. Она уже приметила кофе-автомат и сейчас шагала к нему, сдерживая слезы. Ирина достала из кармана пятьдесят пенни и бросила их в прорезь. Автомат загудел и, словно с неохотой, налил девушке маленький пластиковый стаканчик эспрессо. Ирина взяла кофе и пошла обратно. Нечаянно ее взгляд пал на стену, мимо которой она шла и стаканчик с веселым треском приземлился ей на ботинки, но она даже не заметила этого. Ее взгляд приковала очень старая фотография. Тогда они еще делались нечасто, редкими мастерами с нужным инструментом. Это была стена почета и траура — здесь висели фотографии погибших при исполнении, героев и других живых и мертвых достопримечательностей участка. Но лишь одно маленькое, невзрачное, явно вырезанное из групповой фотографии, изображение приковало ее внимание. Черная ленточка на деревянной рамке, нечеткое фото молодого, улыбчивого полицейского в старой форме с короткой стрижкой. Под фотографией была подпись «Георг Реджинальд Магвайр. Рожден в 1869 году. Пропал без вести в 1889 году. Мы чтим твою память». Девушка чувствовала, как горячий эспрессо больно обжигает пальцы ног, просачиваясь через ткань кроссовок, но ее голова была занята мыслями о том парне, из которого не течет кровь и об убийце, чье плечо почти незаметно просвечивало под газовым фонарем.
Страница 5 из 5
