Фандом: Гарри Поттер. Не желая попасть в Азкабан, анимаг Драко совершает побег, превращается в хорька и попадает к Гермионе Грейнджер, у которой вынужден оставаться, скрываясь от разыскивающих его авроров.
170 мин, 38 сек 22006
К нему тут же подскочил какой-то карапуз, которого все называли Тедди, и стал хватать за лапы, дергать за хвост и причинять всякого рода неудобства, полагая, видимо, что хорьки созданы именно для этого. Драко умоляюще воззрился на Гермиону, но она только подбодрила противного ребенка и пошла в другую комнату. Как несправедлив мир!
С трудом вырвавшись из объятий малыша, Драко побежал разыскивать Гермиону и тут же попался в лапы Джорджа — оставшегося в живых близнеца Уизли. Тот, не церемонясь, схватил Драко за шкирку и в таком виде принес в гостиную, где уже было полно народа. Все сидели, где только можно, и распивали чай. Джордж выпустил Драко на середину комнаты, где бесконечные Уизли могли созерцать его, и вытянул перед ним палочку, желая, видимо, чтобы Драко перепрыгнул через нее. Все замерли в ожидании, Драко — в остервенении. Не придумав ничего лучше, он вальяжно подошел к Джорджу, презрительно чихнул на палочку и укусил псевдо-дрессировщика за палец. В следующее мгновение он увидел, как Джордж, недовольный таким поведением фуро, замахнулся на него той самой палочкой… Драко тут же ретировался и запрыгнул на колени к Гермионе, свернувшись клубочком. Джордж не стал преследовать обидчика и выглядел довольно глупо. Это действо подняло присутствующим настроение, однако Драко на время оставили в покое, чему он был несказанно рад.
Вечером Драко почувствовал, что безумно голоден. Ему, как и вчера, дали только еду для хорьков, решив, видимо, что с предыдущей порцией он справился. Драко скривился, но гордость не дала ему опуститься до употребления в пищу корма для животных, пусть сбалансированного и напичканного витаминами и минералами. Он устроился возле плиты и чинно ждал, пока все уснут.
Однако Молли Уизли, как назло, никак не хотела покидать кухню. Все уже улеглись, в доме воцарилась тишина, а она все не могла успокоиться, то занимаясь посудой, то каким-то шитьем. Это уже порядком надоело Драко, когда в кухне появилась Гермиона.
— Молли, можно поговорить с вами? — тихо спросила она, присаживаясь за стол.
— Конечно-конечно, — с готовностью отозвалась толстушка, левитируя из шкафа чашки и заварной чайник. — Что-нибудь случилось?
Драко навострил уши.
— Меня беспокоит Рон, — медленно начала Гермиона, стараясь не смотреть Молли в глаза.
— Что с моим мальчиком? — Молли перестала разливать чай, обратившись в слух.
— Ну, в последнее время мне кажется, что мы перестали понимать друг друга…
«Не мудрено», — кивнул Драко из-под стола.
— Что ты имеешь в виду? — заботливо спросила Молли.
— Понимаете, мне начинает казаться, что… мы отдаляемся друг от друга. Я все время провожу в министерстве, а он почти всегда дома… у нас разные интересы…
— Девочка моя, — Молли положила свою ладонь на руку Гермионы. — Вы еще так молоды. Должно пройти время, чтобы вы могли притереться друг к другу…
— Вы правы, — кивнула Гермиона. — Вот я и подумала, что, может быть, стоит отложить свадьбу…
Драко чуть не подпрыгнул от удивления. Так они, оказывается, не женаты! И, к тому же, мисс Грейнджер вовсе не спешит стать миссис Уизли. Эта новость необыкновенно обрадовала его, и он устыдился собственного восторга.
Однако Молли была другого мнения:
— Что ты, что ты! — запричитала она. — Уже почти все готово! К тому же Ронни так любит тебя! А все проблемы… после свадьбы вы и думать про них забудете, уж поверь мне…
— Вы правда так считаете?! — с надеждой в голосе спросила Гермиона.
«Не слушай эту старую перечницу!» — хотел закричать из-под стола Малфой, но вовремя сдержался.
— Конечно! — Молли протянула девушке чашку чая. — Даже не сомневайся!
Драко только презрительно фыркнул. Он прекрасно знал, как заставить Гермиону принять правильное решение. Гермиону? Гермиону?! А куда же делась грязнокровка Грейнджер?! Драко испугался таких мыслей и уполз потихоньку в угол, чтобы отвлечься ковырянием мордой в миске со специальной едой.
Вернувшись домой, если Драко мог так говорить о жилище Рона и Гермионы, он первым делом дождался, пока Грейнджер выпустит Живоглота. Потом он проводил грязнокровку до дверей, выражая всяческую привязанность и повиливая хвостом, полагая, правда, что есть в этом жесте что-то раболепское. Впрочем, эти мысли не помешали ему почувствовать легкое возбуждение. Увидев, наконец, как Уизли скрывается за дверью, Драко тут же вскочил на ноги, потянулся, привыкая ходить прямо, и бросился в спальню. Там в одном из ящиков комода он нашел целый склад женских трусиков, заставивших его щеки запылать. В другом ящике оказалось белье Рона, от одного вида которого его щеки снова приобрели благородно-бледный оттенок. А в третьем Драко нашел то, что искал, — пергамент и перья. Недолго думая, он нацарапал Гермионе записку: «Твой Рон изменяет тебе с Лавандой Браун. Доброжелатель». Записку он удобно устроил в ящике с ее бельем, а заодно еще раз полюбовался на крошечные предметы женского туалета, представляя, как они облегают тело их обладательницы.
С трудом вырвавшись из объятий малыша, Драко побежал разыскивать Гермиону и тут же попался в лапы Джорджа — оставшегося в живых близнеца Уизли. Тот, не церемонясь, схватил Драко за шкирку и в таком виде принес в гостиную, где уже было полно народа. Все сидели, где только можно, и распивали чай. Джордж выпустил Драко на середину комнаты, где бесконечные Уизли могли созерцать его, и вытянул перед ним палочку, желая, видимо, чтобы Драко перепрыгнул через нее. Все замерли в ожидании, Драко — в остервенении. Не придумав ничего лучше, он вальяжно подошел к Джорджу, презрительно чихнул на палочку и укусил псевдо-дрессировщика за палец. В следующее мгновение он увидел, как Джордж, недовольный таким поведением фуро, замахнулся на него той самой палочкой… Драко тут же ретировался и запрыгнул на колени к Гермионе, свернувшись клубочком. Джордж не стал преследовать обидчика и выглядел довольно глупо. Это действо подняло присутствующим настроение, однако Драко на время оставили в покое, чему он был несказанно рад.
Вечером Драко почувствовал, что безумно голоден. Ему, как и вчера, дали только еду для хорьков, решив, видимо, что с предыдущей порцией он справился. Драко скривился, но гордость не дала ему опуститься до употребления в пищу корма для животных, пусть сбалансированного и напичканного витаминами и минералами. Он устроился возле плиты и чинно ждал, пока все уснут.
Однако Молли Уизли, как назло, никак не хотела покидать кухню. Все уже улеглись, в доме воцарилась тишина, а она все не могла успокоиться, то занимаясь посудой, то каким-то шитьем. Это уже порядком надоело Драко, когда в кухне появилась Гермиона.
— Молли, можно поговорить с вами? — тихо спросила она, присаживаясь за стол.
— Конечно-конечно, — с готовностью отозвалась толстушка, левитируя из шкафа чашки и заварной чайник. — Что-нибудь случилось?
Драко навострил уши.
— Меня беспокоит Рон, — медленно начала Гермиона, стараясь не смотреть Молли в глаза.
— Что с моим мальчиком? — Молли перестала разливать чай, обратившись в слух.
— Ну, в последнее время мне кажется, что мы перестали понимать друг друга…
«Не мудрено», — кивнул Драко из-под стола.
— Что ты имеешь в виду? — заботливо спросила Молли.
— Понимаете, мне начинает казаться, что… мы отдаляемся друг от друга. Я все время провожу в министерстве, а он почти всегда дома… у нас разные интересы…
— Девочка моя, — Молли положила свою ладонь на руку Гермионы. — Вы еще так молоды. Должно пройти время, чтобы вы могли притереться друг к другу…
— Вы правы, — кивнула Гермиона. — Вот я и подумала, что, может быть, стоит отложить свадьбу…
Драко чуть не подпрыгнул от удивления. Так они, оказывается, не женаты! И, к тому же, мисс Грейнджер вовсе не спешит стать миссис Уизли. Эта новость необыкновенно обрадовала его, и он устыдился собственного восторга.
Однако Молли была другого мнения:
— Что ты, что ты! — запричитала она. — Уже почти все готово! К тому же Ронни так любит тебя! А все проблемы… после свадьбы вы и думать про них забудете, уж поверь мне…
— Вы правда так считаете?! — с надеждой в голосе спросила Гермиона.
«Не слушай эту старую перечницу!» — хотел закричать из-под стола Малфой, но вовремя сдержался.
— Конечно! — Молли протянула девушке чашку чая. — Даже не сомневайся!
Драко только презрительно фыркнул. Он прекрасно знал, как заставить Гермиону принять правильное решение. Гермиону? Гермиону?! А куда же делась грязнокровка Грейнджер?! Драко испугался таких мыслей и уполз потихоньку в угол, чтобы отвлечься ковырянием мордой в миске со специальной едой.
Вернувшись домой, если Драко мог так говорить о жилище Рона и Гермионы, он первым делом дождался, пока Грейнджер выпустит Живоглота. Потом он проводил грязнокровку до дверей, выражая всяческую привязанность и повиливая хвостом, полагая, правда, что есть в этом жесте что-то раболепское. Впрочем, эти мысли не помешали ему почувствовать легкое возбуждение. Увидев, наконец, как Уизли скрывается за дверью, Драко тут же вскочил на ноги, потянулся, привыкая ходить прямо, и бросился в спальню. Там в одном из ящиков комода он нашел целый склад женских трусиков, заставивших его щеки запылать. В другом ящике оказалось белье Рона, от одного вида которого его щеки снова приобрели благородно-бледный оттенок. А в третьем Драко нашел то, что искал, — пергамент и перья. Недолго думая, он нацарапал Гермионе записку: «Твой Рон изменяет тебе с Лавандой Браун. Доброжелатель». Записку он удобно устроил в ящике с ее бельем, а заодно еще раз полюбовался на крошечные предметы женского туалета, представляя, как они облегают тело их обладательницы.
Страница 10 из 48
