Фандом: Гарри Поттер. Не желая попасть в Азкабан, анимаг Драко совершает побег, превращается в хорька и попадает к Гермионе Грейнджер, у которой вынужден оставаться, скрываясь от разыскивающих его авроров.
170 мин, 38 сек 22043
— Да уж, сплошные риски, — усмехнулся Забини. — Но, похоже, тебе придется просто верить мне, Драко, на слово.
— Я уже давно никому не верю на слово.
— Мы что, зашли в тупик? — Блез почесал нос.
Малфой очертил пальцами контур своего ошейника, и Забини, словно завороженный, уставился на это движение.
— Я заполучу для тебя Пэнси, — медленно проговорил Драко, дразня Блеза. — А если ты попробуешь меня кинуть, я сделаю так, что она больше никогда в жизни к тебе и на километр не подойдет.
— По рукам, — согласился Забини. Похоже, обманывать Малфоя в его планы не входило.
Драко вернулся в камеру. Раздумывая над тем, как бы в кратчайшие сроки вручить бывшую девушку бывшему сокурснику, он улегся на койку и закрыл глаза. Но его размышления резко прервали.
— Малфой! — за решеткой стоял, закрывая собой лившийся из прохода свет, Поттер.
— Что ты хочешь? — тихо спросил Драко. Он напрягся, понимая, что визит аврора не может предвещать ничего хорошего.
— В глаза твои посмотреть, — хмуро проговорил Поттер, но до глаз дело не дошло: его взгляд предсказуемо зацепился за ошейник.
Драко передернуло, и он впервые пожалел, что черный ремешок не скрыт от взгляда постороннего человека.
— Что бы там ни было, — Гарри потер шрам и заглянул-таки в глаза Малфою. — Даже не представляю, как тебе удалось за две недели так расположить к себе Гермиону.
Драко ничего не сказал: очевидно было, что Поттер уже все знает.
— Зачем ты отпирался, когда я расспрашивал тебя пару дней назад? — спросил Гарри подозрительно.
— Не хотел получить по почкам, — ответил Малфой просто.
— Что ж, поздравляю, за две недели тебе удалось то, к чему я шел много лет… — в голосе Поттера слышалась горечь, но Драко не было жаль его.
Он промолчал. А что тут можно было сказать? Каждый сам за себя.
— Если вздумаешь обидеть Гермиону, — голос Гарри сорвался, а кулаки сжались. — Я тебя…
— Не обижу, можешь быть спокоен, — ответил Малфой и подумал, что эти слова прозвучали странно из уст человека по ту сторону решетки.
Очевидно, Поттер тоже так подумал, потому что еще раз пригрозил ему кулаком.
— Она ждет тебя. Пошли, — коротко сказал он и отпер замок.
Гермиона сидела за столом. Когда дверь за Драко закрылась, она бросилась к нему и прижалась крепко. Малфой растаял. Он нежно касался губами ее волос, от которых пахло дождем и молодой осенью. Странный запах, но Драко он нравился. В Грейнджер ему нравилось все. Только бы получить ожерелье! Все остальное Малфой для себя давно решил.
— Ты замерзла? — спросил он, сжимая ее холодные руки, и Гермиона помотала головой, упрямо не желая признавать очевидное. — Я согрею тебя…
Драко целовал ее руки, согревая их дыханием, каждый пальчик, каждую ладошку, медленно, нежно, тягуче. Грейнджер смотрела на него с улыбкой.
— Ты готов? — спросила она вдруг.
— К чему? — Драко посмотрел в ее глаза, прижал к груди ставшие теплыми руки.
— К завтрашнему слушанию, — Гермиона вырвалась из его объятий и достала из сумочки костюм, который, после применения заклятия увеличения, стал как раз таким, как нужно было Драко.
Он примерил пиджак и брюки — костюм сидел вполне прилично. К костюму прилагалась черная водолазка, и Малфой ухмыльнулся, хитро посмотрев на Грейнджер, а она покраснела:
— Не хочу, чтобы все пялились…
Драко кивнул.
— Ничего не бойся, — сказала вдруг Гермиона. — Я проработала столько вариантов, сколько смогла. Если ничего не случится…
— А может случиться? — перебил Малфой, встревожившись. Вообще, когда говорят, что бояться не надо, — это верный признак того, что пора поднимать панику.
— Всякое может случиться, — серьезно сказала Грейнджер. — Но я всегда буду рядом. Мы справимся.
И она подошла к нему близко-близко и поцеловала, притянув к себе. Драко поверил ей. Ее простым словам, таким нужным в этот момент. «Всегда», «мы». И только так. Малфой вздохнул и обнял Гермиону. Они стояли так долго-долго, пока охранник из-за двери не возвестил о том, что их время истекло.
— До завтра, — шепнула она, неохотно отпуская Драко от себя.
— До завтра, — Малфой улыбнулся на прощание так беззаботно, как только мог.
Но, несмотря на все заверения Гермионы, ночью ему не спалось. В те редкие моменты, когда Драко удавалось задремать, ему снились дементоры или псы, которые преследуют его, загоняют до полусмерти. А когда он вскакивал в холодном поту, его начинали обуревать мысли о суровом приговоре, о вновь открывшихся обстоятельствах, не известных Гермионе, о мерзком судье, о глупом обвинителе…
Ред тоже не спал. Он ходил по камере из угла в угол и бормотал что-то: его дело также должны были рассматривать завтра.
— Я уже давно никому не верю на слово.
— Мы что, зашли в тупик? — Блез почесал нос.
Малфой очертил пальцами контур своего ошейника, и Забини, словно завороженный, уставился на это движение.
— Я заполучу для тебя Пэнси, — медленно проговорил Драко, дразня Блеза. — А если ты попробуешь меня кинуть, я сделаю так, что она больше никогда в жизни к тебе и на километр не подойдет.
— По рукам, — согласился Забини. Похоже, обманывать Малфоя в его планы не входило.
Драко вернулся в камеру. Раздумывая над тем, как бы в кратчайшие сроки вручить бывшую девушку бывшему сокурснику, он улегся на койку и закрыл глаза. Но его размышления резко прервали.
— Малфой! — за решеткой стоял, закрывая собой лившийся из прохода свет, Поттер.
— Что ты хочешь? — тихо спросил Драко. Он напрягся, понимая, что визит аврора не может предвещать ничего хорошего.
— В глаза твои посмотреть, — хмуро проговорил Поттер, но до глаз дело не дошло: его взгляд предсказуемо зацепился за ошейник.
Драко передернуло, и он впервые пожалел, что черный ремешок не скрыт от взгляда постороннего человека.
— Что бы там ни было, — Гарри потер шрам и заглянул-таки в глаза Малфою. — Даже не представляю, как тебе удалось за две недели так расположить к себе Гермиону.
Драко ничего не сказал: очевидно было, что Поттер уже все знает.
— Зачем ты отпирался, когда я расспрашивал тебя пару дней назад? — спросил Гарри подозрительно.
— Не хотел получить по почкам, — ответил Малфой просто.
— Что ж, поздравляю, за две недели тебе удалось то, к чему я шел много лет… — в голосе Поттера слышалась горечь, но Драко не было жаль его.
Он промолчал. А что тут можно было сказать? Каждый сам за себя.
— Если вздумаешь обидеть Гермиону, — голос Гарри сорвался, а кулаки сжались. — Я тебя…
— Не обижу, можешь быть спокоен, — ответил Малфой и подумал, что эти слова прозвучали странно из уст человека по ту сторону решетки.
Очевидно, Поттер тоже так подумал, потому что еще раз пригрозил ему кулаком.
— Она ждет тебя. Пошли, — коротко сказал он и отпер замок.
Гермиона сидела за столом. Когда дверь за Драко закрылась, она бросилась к нему и прижалась крепко. Малфой растаял. Он нежно касался губами ее волос, от которых пахло дождем и молодой осенью. Странный запах, но Драко он нравился. В Грейнджер ему нравилось все. Только бы получить ожерелье! Все остальное Малфой для себя давно решил.
— Ты замерзла? — спросил он, сжимая ее холодные руки, и Гермиона помотала головой, упрямо не желая признавать очевидное. — Я согрею тебя…
Драко целовал ее руки, согревая их дыханием, каждый пальчик, каждую ладошку, медленно, нежно, тягуче. Грейнджер смотрела на него с улыбкой.
— Ты готов? — спросила она вдруг.
— К чему? — Драко посмотрел в ее глаза, прижал к груди ставшие теплыми руки.
— К завтрашнему слушанию, — Гермиона вырвалась из его объятий и достала из сумочки костюм, который, после применения заклятия увеличения, стал как раз таким, как нужно было Драко.
Он примерил пиджак и брюки — костюм сидел вполне прилично. К костюму прилагалась черная водолазка, и Малфой ухмыльнулся, хитро посмотрев на Грейнджер, а она покраснела:
— Не хочу, чтобы все пялились…
Драко кивнул.
— Ничего не бойся, — сказала вдруг Гермиона. — Я проработала столько вариантов, сколько смогла. Если ничего не случится…
— А может случиться? — перебил Малфой, встревожившись. Вообще, когда говорят, что бояться не надо, — это верный признак того, что пора поднимать панику.
— Всякое может случиться, — серьезно сказала Грейнджер. — Но я всегда буду рядом. Мы справимся.
И она подошла к нему близко-близко и поцеловала, притянув к себе. Драко поверил ей. Ее простым словам, таким нужным в этот момент. «Всегда», «мы». И только так. Малфой вздохнул и обнял Гермиону. Они стояли так долго-долго, пока охранник из-за двери не возвестил о том, что их время истекло.
— До завтра, — шепнула она, неохотно отпуская Драко от себя.
— До завтра, — Малфой улыбнулся на прощание так беззаботно, как только мог.
Но, несмотря на все заверения Гермионы, ночью ему не спалось. В те редкие моменты, когда Драко удавалось задремать, ему снились дементоры или псы, которые преследуют его, загоняют до полусмерти. А когда он вскакивал в холодном поту, его начинали обуревать мысли о суровом приговоре, о вновь открывшихся обстоятельствах, не известных Гермионе, о мерзком судье, о глупом обвинителе…
Ред тоже не спал. Он ходил по камере из угла в угол и бормотал что-то: его дело также должны были рассматривать завтра.
Страница 39 из 48
