Фандом: Гарри Поттер. Не желая попасть в Азкабан, анимаг Драко совершает побег, превращается в хорька и попадает к Гермионе Грейнджер, у которой вынужден оставаться, скрываясь от разыскивающих его авроров.
170 мин, 38 сек 22045
Поттер оглядел всех сидящих в зале, а потом бросил на Малфоя уничижающий взгляд, лучше всяких слов говорящий: «Я делаю это не ради тебя». Драко посмотрел на Гермиону, которая расправила плечи, явно довольная ходом заседания.
— Я могу ответить на этот вопрос, — сказала она, подождав, пока волнение уляжется.
Грейнджер встала и прошла в центр зала, становясь рядом с Поттером. Все взгляды обратились на нее.
— По имеющимся у меня данным, — Гермиона достала из кармана небольшой фиал с воспоминаниями, — кто-то страстно желал вынесения Драко Малфою обвинительного приговора. Кто-то, имеющий хорошие связи в Отделе Правопорядка. Благодаря этому человеку, линия защиты была построена таким образом, что не подразумевала приглашение ключевых свидетелей защиты — Гарри Джеймса Поттера и меня.
— У вас есть факты, подтверждающие это, мисс Грейнджер? — спросил судья, хмуро глядя на девушку.
— Все вот в этом фиале, — с достоинством произнесла Гермиона.
— Приобщите к делу, — кивнул судья.
Секретарь внес в зал Омут Памяти. Судья вылил содержимое фиала в чашу и погрузился в нее, просматривая содержимое.
Драко взглянул на то место, где сидела Астория: оно было пусто. Малфой хмыкнул про себя, чувствуя, что его освободжение не за горами. Он посмотрел вокруг и вдруг встретился взглядом с Поттером. Гарри смотрел презрительно, словно только что бросил ему подачку. Но Малфою было наплевать, что думает о нем Поттер. Главное — тот выступил в его, Драко, защиту. Только вот почему? Малфой взглянул на Гермиону, и в его глазах потемнело: не мог Поттер, открыто заявивший в день поимки, что посадит его надолго, вот так спокойно защищать его. Да еще и на следующий день после того, как узнал, что они с Гермионой вместе. Что-то должно было случиться. Что-то, проскользнувшее мимо него. Драко нахмурился — его озарила нехорошая догадка.
Остальная часть слушания прошла, как в тумане. Его оправдали: видимо, то, что судья увидел в Омуте Памяти, вызымело необходимый эффект. Малфоя отпустили из-под стражи прямо в зале суда и даже принесли извинения за ряд доставленных неудобств, но… Драко искал глазами Грейнджер, которая смешалась с толпой покидавших зал волшебников. Наконец он увидел ее.
Догнать Гермиону удалось только в коридоре. Она шла с Поттером и беседовала о чем-то. Драко рывком остановил ее и развернул к себе, сверля глазами.
— Что ты сделала?! — его голос сорвался на крик.
— Драко, я не понимаю, — Гермиона освободила руку, явно не желая привлекать к их разговору излишнее внимание.
— Что ты сделала, чтобы заставить его, — Драко махнул рукой в сторону Гарри, — свидетельствовать в мою пользу?!
— Гермиона просто попросила меня, — Поттер подошел ближе и жестко отстранил Малфоя от подруги.
— Просто попросила! — ехидно передразнил Драко, снедаемый ревностью. — Такие услуги обычно стоят недешево!
— В твоем мире, может, и да, — Поттер смерил Малфоя уничижающим взглядом.
— На что ты намекаешь?! — до Гермионы вдруг дошло, что имеет в виду Драко, и она покраснела от гнева. — Не думаешь же ты, что я…
— Я уже не знаю, что мне думать! — воскликнул Малфой, богатое воображение которого услужливо подкинуло ему несколько вариантов оплаты, в каждом из которых Грейнджер была в постели с Поттером, заключая маленькую сделку о спасении неудавшегося Пожирателя из лап смерти.
— Ты идиот! — злобно бросила Гермиона и быстро пошла прочь.
— Я смотрю, ты умеешь быть благодарным, — съехидничал Гарри, следуя за ней, а Драко стоял, не в силах сделать и шагу.
Он не мог ударить Поттера, потому что был у него в долгу. Он не мог догнать Гермиону, потому что тогда Поттер ударил бы его, и не кулаком, а заклятием. Он ничего не мог, хотя был абсолютно свободен. И абсолютно несчастен.
Проклиная все на свете, Драко поплелся в Особый Отдел, где ему вернули палочку. На обратном пути он встретил Забини.
— Поздравляю, — улыбнулся Блез, протягивая руку, и Малфой рассеянно пожал ее. — Тебя все еще интересует ожерелье?
Мысли об ожерелье заставили Драко отвлечься от душевных терзаний.
— Да, — твердо сказал он, не желая уступать Поттеру. — Завтра я все сделаю. Вечером пришлю к тебе сову с инструкциями.
— Рассчитываешь справиться за один день? — Блез посмотрел на Малфоя с недоверием.
— Мне придется, — грубо ответил Драко. — У меня не так много времени.
— И куда же ты спешишь? — поинтересовался Забини больше для проформы, потому что ответ его не удивил:
— Не твое дело, — сухо сказал Малфой и пошел прочь.
— Мне удалось скостить срок для Реда до минимума! — гордо крикнул ему в догонку Блез.
— Ты крут, крут, — не оборачиваясь, ответил Малфой.
— Я могу ответить на этот вопрос, — сказала она, подождав, пока волнение уляжется.
Грейнджер встала и прошла в центр зала, становясь рядом с Поттером. Все взгляды обратились на нее.
— По имеющимся у меня данным, — Гермиона достала из кармана небольшой фиал с воспоминаниями, — кто-то страстно желал вынесения Драко Малфою обвинительного приговора. Кто-то, имеющий хорошие связи в Отделе Правопорядка. Благодаря этому человеку, линия защиты была построена таким образом, что не подразумевала приглашение ключевых свидетелей защиты — Гарри Джеймса Поттера и меня.
— У вас есть факты, подтверждающие это, мисс Грейнджер? — спросил судья, хмуро глядя на девушку.
— Все вот в этом фиале, — с достоинством произнесла Гермиона.
— Приобщите к делу, — кивнул судья.
Секретарь внес в зал Омут Памяти. Судья вылил содержимое фиала в чашу и погрузился в нее, просматривая содержимое.
Драко взглянул на то место, где сидела Астория: оно было пусто. Малфой хмыкнул про себя, чувствуя, что его освободжение не за горами. Он посмотрел вокруг и вдруг встретился взглядом с Поттером. Гарри смотрел презрительно, словно только что бросил ему подачку. Но Малфою было наплевать, что думает о нем Поттер. Главное — тот выступил в его, Драко, защиту. Только вот почему? Малфой взглянул на Гермиону, и в его глазах потемнело: не мог Поттер, открыто заявивший в день поимки, что посадит его надолго, вот так спокойно защищать его. Да еще и на следующий день после того, как узнал, что они с Гермионой вместе. Что-то должно было случиться. Что-то, проскользнувшее мимо него. Драко нахмурился — его озарила нехорошая догадка.
Остальная часть слушания прошла, как в тумане. Его оправдали: видимо, то, что судья увидел в Омуте Памяти, вызымело необходимый эффект. Малфоя отпустили из-под стражи прямо в зале суда и даже принесли извинения за ряд доставленных неудобств, но… Драко искал глазами Грейнджер, которая смешалась с толпой покидавших зал волшебников. Наконец он увидел ее.
Догнать Гермиону удалось только в коридоре. Она шла с Поттером и беседовала о чем-то. Драко рывком остановил ее и развернул к себе, сверля глазами.
— Что ты сделала?! — его голос сорвался на крик.
— Драко, я не понимаю, — Гермиона освободила руку, явно не желая привлекать к их разговору излишнее внимание.
— Что ты сделала, чтобы заставить его, — Драко махнул рукой в сторону Гарри, — свидетельствовать в мою пользу?!
— Гермиона просто попросила меня, — Поттер подошел ближе и жестко отстранил Малфоя от подруги.
— Просто попросила! — ехидно передразнил Драко, снедаемый ревностью. — Такие услуги обычно стоят недешево!
— В твоем мире, может, и да, — Поттер смерил Малфоя уничижающим взглядом.
— На что ты намекаешь?! — до Гермионы вдруг дошло, что имеет в виду Драко, и она покраснела от гнева. — Не думаешь же ты, что я…
— Я уже не знаю, что мне думать! — воскликнул Малфой, богатое воображение которого услужливо подкинуло ему несколько вариантов оплаты, в каждом из которых Грейнджер была в постели с Поттером, заключая маленькую сделку о спасении неудавшегося Пожирателя из лап смерти.
— Ты идиот! — злобно бросила Гермиона и быстро пошла прочь.
— Я смотрю, ты умеешь быть благодарным, — съехидничал Гарри, следуя за ней, а Драко стоял, не в силах сделать и шагу.
Он не мог ударить Поттера, потому что был у него в долгу. Он не мог догнать Гермиону, потому что тогда Поттер ударил бы его, и не кулаком, а заклятием. Он ничего не мог, хотя был абсолютно свободен. И абсолютно несчастен.
Проклиная все на свете, Драко поплелся в Особый Отдел, где ему вернули палочку. На обратном пути он встретил Забини.
— Поздравляю, — улыбнулся Блез, протягивая руку, и Малфой рассеянно пожал ее. — Тебя все еще интересует ожерелье?
Мысли об ожерелье заставили Драко отвлечься от душевных терзаний.
— Да, — твердо сказал он, не желая уступать Поттеру. — Завтра я все сделаю. Вечером пришлю к тебе сову с инструкциями.
— Рассчитываешь справиться за один день? — Блез посмотрел на Малфоя с недоверием.
— Мне придется, — грубо ответил Драко. — У меня не так много времени.
— И куда же ты спешишь? — поинтересовался Забини больше для проформы, потому что ответ его не удивил:
— Не твое дело, — сухо сказал Малфой и пошел прочь.
— Мне удалось скостить срок для Реда до минимума! — гордо крикнул ему в догонку Блез.
— Ты крут, крут, — не оборачиваясь, ответил Малфой.
Страница 41 из 48