Фандом: Гарри Поттер. Не желая попасть в Азкабан, анимаг Драко совершает побег, превращается в хорька и попадает к Гермионе Грейнджер, у которой вынужден оставаться, скрываясь от разыскивающих его авроров.
170 мин, 38 сек 22046
Забрав из Гринготтса то немногое, что министерство оставило в его распоряжении, Драко заглянул в кафешку «Тутти Минутти», которая располагалась прямо напротив банка. В былые времена он частенько бывал здесь, и не без удовольствия отметил, что за время его отсутствия тут ничто не изменилось. Заказав себе кофе с коньяком, Драко, тяжело вздохнув, принялся продумывать план по завоеванию Пэнси. Через три часа упорной работы мозга на столе перед ним лежал пергамент с подробными указаниями того, что, где и — главное — когда нужно сделать Забини, чтобы его план сработал. Расплатившись с официантом, Драко велел отправить пергамент с инструкциями в имение Забини и аппарировал к дому Гермионы. Позвонил в дверь. Потом постучал. Но ему никто не открыл. Тяжело вздохнув, он уселся на крыльце, прислонившись спиной к двери, и, закрыв глаза, стал ждать возвращения любимой женщины. Постепенно Драко задремал, измотанный ревностью и волнениями.
— Встать! — услышал он полный ярости голос Гермионы и открыл глаза.
Она стояла над ним, и ее волосы блестели в лучах заходящего солнца. Драко поднялся, не ожидая такой грубости. Гермиона подождала, пока он вытянется в полный рост, а потом вдруг хлестко ударила его по лицу, прожигая разъяренным взглядом.
Драко инстинктивно ухватился за щеку.
— Нравится? — колюче спросила Гермиона, и он отрицательно помотал головой. — Так почему ты считаешь себя вправе так поступать с другими людьми, к тому же с теми, кто помогает тебе?!
Драко опустил голову, чувствуя себя и преданным, и виноватым.
— Лучше было оставить меня подыхать в Азкабане, чем спать с Поттером, — тихо сказал он, все еще поглаживая пылающую щеку.
— Что?! — глаза Гермионы широко распахнулись. — Да как ты вообще мог такое подумать?!
— А что еще я должен был подумать?! — ответил Драко в отчаянии. — Поттер обещал сгноить меня в тюрьме! Откуда вдруг такая снисходительность?!
— Потому что я просила его сказать правду! — Гермиона закатила глаза. — Если бы твой адвокат вызвал его в первый раз, он сказал бы то же самое.
— Я знаю, что это не так, — упрямо возразил Драко, хотя и не так уверенно, как раньше. — Поттер спит и видит меня за решеткой, а лучше — в могиле!
— Он… — Грейнджер замялась, подбирая слова, — недолюбливает тебя, это правда. И он очень огорчился, узнав, что я и ты…
— А разве еще есть «я и ты»? — тихо спросил Малфой.
— Но ты же стоишь тут, у меня на пороге, — пожала плечами Гермиона, успокаиваясь.
— Так, значит, между тобой и Поттером ничего не было? — с надеждой уточнил Драко, преданно глядя Гермионе в глаза.
— Он — мой друг. Мы дружим так давно, что я даже представить не могу его в своей постели. Все равно, что с братом, понимаешь?
Малфой не очень понимал, но кивнул. Ему стало легче, словно камень с души свалился.
— Но почему же ты пошла за ним после окончания слушания? — предпринял он еще одну попытку поиграть на собственных нервах.
— Потому, что он — мой друг, — повторила Гермиона. — А ты хотел, чтобы я бросилась к тебе на шею прямо в зале, чтобы все увидели мою личную заинтересованность в твоем освобождении?!
— Наверное, нет, — неуверенно пожал плечами Драко. — Выходит, я опять полный идиот?
— Я тебе это еще в министерстве сказала, — Гермиона перестала злиться и открыла дверь, приглашая Малфоя войти.
— Но почему же Поттер согласился меня защищать? — не унимался Малфой.
— Гарри не хотел сначала, — Гермиона поставила на стол сумку с продуктами, и Драко помог ей разобрать их. — Но я сказала, что ты для меня очень важен, и он согласился помочь. Гарри просто хочет, чтобы я была счастлива.
Малфой вздохнул, чувствуя себя глупцом.
— Наверное, нужно будет извиниться перед Поттером, — тихо сказал он.
— Перед Поттером?! — Гермиона возвысила голос. — А как насчет меня?!
— Прости, — шепотом сказал Драко, подходя ближе. — Я был неправ.
— «Неправ»? — Грейнджер прищурилась.
— Хорошо, я вел себя, как идиот.
— И только?! — она удивленно подняла брови, хищно глядя на Малфоя.
— А что еще? — Драко пожал плечами.
— Думай.
— Я… виноват… — Малфой решительно не знал, чего Гермиона ждет от него.
— И…
— И я прошу прощения…
— И…
— Я, правда, не знаю, — честно признался Драко, сдаваясь.
— За провинность тебя следует… — подсказала Грейнджер.
— Наказать? — щеки Малфоя вспыхнули.
— А ты сам как считаешь? — Гермиона облизнула губы, и Драко додумался до правильного ответа.
— Я виноват, и меня следует наказать… — чуть хрипло повторил он, чувствуя, как в паху медленно разгорается возбуждение.
— Ты действительно так думаешь? — продолжила дразнить его Гермиона.
— Да…
— Тогда раздевайся.
Драко молча стянул с себя пиджак, брюки и водолазку, открывая взгляду Гермионы черный ошейник. Он заметил, как при виде ремешка у нее загорелись глаза, и это распалило Малфоя еще сильнее. Он поспешно скинул трусы и предстал перед Грейнджер обнаженным и возбужденным.
— Встать! — услышал он полный ярости голос Гермионы и открыл глаза.
Она стояла над ним, и ее волосы блестели в лучах заходящего солнца. Драко поднялся, не ожидая такой грубости. Гермиона подождала, пока он вытянется в полный рост, а потом вдруг хлестко ударила его по лицу, прожигая разъяренным взглядом.
Драко инстинктивно ухватился за щеку.
— Нравится? — колюче спросила Гермиона, и он отрицательно помотал головой. — Так почему ты считаешь себя вправе так поступать с другими людьми, к тому же с теми, кто помогает тебе?!
Драко опустил голову, чувствуя себя и преданным, и виноватым.
— Лучше было оставить меня подыхать в Азкабане, чем спать с Поттером, — тихо сказал он, все еще поглаживая пылающую щеку.
— Что?! — глаза Гермионы широко распахнулись. — Да как ты вообще мог такое подумать?!
— А что еще я должен был подумать?! — ответил Драко в отчаянии. — Поттер обещал сгноить меня в тюрьме! Откуда вдруг такая снисходительность?!
— Потому что я просила его сказать правду! — Гермиона закатила глаза. — Если бы твой адвокат вызвал его в первый раз, он сказал бы то же самое.
— Я знаю, что это не так, — упрямо возразил Драко, хотя и не так уверенно, как раньше. — Поттер спит и видит меня за решеткой, а лучше — в могиле!
— Он… — Грейнджер замялась, подбирая слова, — недолюбливает тебя, это правда. И он очень огорчился, узнав, что я и ты…
— А разве еще есть «я и ты»? — тихо спросил Малфой.
— Но ты же стоишь тут, у меня на пороге, — пожала плечами Гермиона, успокаиваясь.
— Так, значит, между тобой и Поттером ничего не было? — с надеждой уточнил Драко, преданно глядя Гермионе в глаза.
— Он — мой друг. Мы дружим так давно, что я даже представить не могу его в своей постели. Все равно, что с братом, понимаешь?
Малфой не очень понимал, но кивнул. Ему стало легче, словно камень с души свалился.
— Но почему же ты пошла за ним после окончания слушания? — предпринял он еще одну попытку поиграть на собственных нервах.
— Потому, что он — мой друг, — повторила Гермиона. — А ты хотел, чтобы я бросилась к тебе на шею прямо в зале, чтобы все увидели мою личную заинтересованность в твоем освобождении?!
— Наверное, нет, — неуверенно пожал плечами Драко. — Выходит, я опять полный идиот?
— Я тебе это еще в министерстве сказала, — Гермиона перестала злиться и открыла дверь, приглашая Малфоя войти.
— Но почему же Поттер согласился меня защищать? — не унимался Малфой.
— Гарри не хотел сначала, — Гермиона поставила на стол сумку с продуктами, и Драко помог ей разобрать их. — Но я сказала, что ты для меня очень важен, и он согласился помочь. Гарри просто хочет, чтобы я была счастлива.
Малфой вздохнул, чувствуя себя глупцом.
— Наверное, нужно будет извиниться перед Поттером, — тихо сказал он.
— Перед Поттером?! — Гермиона возвысила голос. — А как насчет меня?!
— Прости, — шепотом сказал Драко, подходя ближе. — Я был неправ.
— «Неправ»? — Грейнджер прищурилась.
— Хорошо, я вел себя, как идиот.
— И только?! — она удивленно подняла брови, хищно глядя на Малфоя.
— А что еще? — Драко пожал плечами.
— Думай.
— Я… виноват… — Малфой решительно не знал, чего Гермиона ждет от него.
— И…
— И я прошу прощения…
— И…
— Я, правда, не знаю, — честно признался Драко, сдаваясь.
— За провинность тебя следует… — подсказала Грейнджер.
— Наказать? — щеки Малфоя вспыхнули.
— А ты сам как считаешь? — Гермиона облизнула губы, и Драко додумался до правильного ответа.
— Я виноват, и меня следует наказать… — чуть хрипло повторил он, чувствуя, как в паху медленно разгорается возбуждение.
— Ты действительно так думаешь? — продолжила дразнить его Гермиона.
— Да…
— Тогда раздевайся.
Драко молча стянул с себя пиджак, брюки и водолазку, открывая взгляду Гермионы черный ошейник. Он заметил, как при виде ремешка у нее загорелись глаза, и это распалило Малфоя еще сильнее. Он поспешно скинул трусы и предстал перед Грейнджер обнаженным и возбужденным.
Страница 42 из 48
