Фандом: Гарри Поттер. Не так страшен черт, как его малюют. А оборотень — так тем более.
37 мин, 53 сек 19333
Впереди несся черный пес, задрав медвежью башку и помахивая хвостом. За ним, стараясь зачем-то попадать в ногу, следовал застенчивый волк. Казалось, он был смущен именно что своим видом. Иногда волк останавливался, и тогда его под зад легонько подталкивала половина оленя.
С оленем вообще творилось что-то неладное: если бы кто-нибудь выглянул в окно, то увидел бы, что благородное животное теряет то спину, то голову, то заднюю часть. А еще на его хребте что-то подозрительно шевелилось.
Сомнительная шайка старалась не привлекать внимания, но им это не очень удавалось. Один раз олень показался целиком, и все тотчас закрутились на месте, издавая целую симфонию звуков: воя, визга, приглушенного лая и тихих страстных стонов. Потом олень лишился сначала ног, потом части зада и наконец — снова спины. Пес жестом попросил оленя наклониться и от души постучал лапой по рогам. Волк уселся на зад и выразительно покрутил задней лапой у виска.
Затем пес, уже у самой окраины Хогсмида, бросился к кустам и тщательно их обнюхал, после чего высоко задрал заднюю лапу и основательно пометил. Волк тут же рванул к нему, перенюхал кусты, отпихнул пса и пометил выше. Пес рявкнул, долго приноравливался, и в итоге все-таки перебил метку товарища. Волк снова сел на хвост и высказал задней лапой отношение к происходящему.
Рядом раздавалось сдавленное хрюканье и оглушительный писк. Олень валялся на спине, дергая ногами, а источник писка определить было невозможно. Отсмеявшись, олень сделал попытку подняться и с ужасом обнаружил, что это не так-то легко. Волк и пес, перестав делить кусты, кинулись к нему и после нескольких попыток перевернули на бок, а потом поставили на ноги. Вся компания стояла, тяжело дыша, смотрела друг на друга и, судя по всему, хихикала.
Олень снова лишился некоторых частей тела по очереди, при этом разделился он теперь на шее, и процессия направилась к проулку, спрятавшемуся между домов.
Вдруг пес остановился, насторожил уши и проскользнул в какой-то двор. Волк попытался завыть, но вовремя захлопнул пасть. Олень тряхнул головой, на его спине что-то недовольно и сдавленно запищало.
Со двора донеслось отчаянное кудахтанье, собачий лай, похожий на смех, полетели куриные перья, затем что-то грохнуло, и раздался истошный вопль:
— Ах ты, мерзавец!
Что-то плеснуло. Пес вылетел из калитки, поджав хвост. Его задние лапы и хвост были подозрительно мокрыми. С пробуксовкой пес рванул к цели похода и скрылся в переулке. Волк и олень бросились за ним, а над деревней раздавалось:
— Морган, соплохвост тебя раздери! Опять твоя наглая псина повадилась к моим курам?
— Джесс, собака не виновата! Курей надо привязывать!
— Да я сейчас тебя самого привяжу! Инкарцеро!
К скандалистам мало-помалу присоединялась остальная часть деревни.
Волк и олень остановились рядом с псом. Тот сосредоточенно вылизывал заднюю часть. Увидев приятелей, пес поднялся, встряхнулся, как ни в чем не бывало, и рванул в конец переулка, к дому, больше похожему на старый сарай, над дверью которого поскрипывала вывеска с чрезмерно натуралистично нарисованной отрубленной кабаньей головой.
Сообщники, на всякий случай, пока все не утихнет, забились в какую-то щель под сараем со страшной вывеской. Оленю места не хватило, и что-то очень заботливо укрыло чем-то его заднюю часть таким образом, что она исчезла.
Через четверть часа конфликт между соседями был исчерпан, страдальца развязали, и довольные происшествием соседи разбрелись по домам. Олень пошевелился, и тут…
— Едрит налево твою за ногу! — раздался возмущенный вопль.
На грязной дороге распластался подгулявший джентльмен. Изощренно ругаясь, он шарил вокруг себя руками, пытаясь нащупать оброненную палочку.
Из темноты на него смотрели удивленные волчьи глаза. Пошевелиться волк не мог, хотя ему и хотелось — он был воспитан, и ругань его смущала. Но в его шкирку вцепился пес. Олень обиженно покряхтывал — он никак не ожидал внезапного и болезненного пинка.
Забулдыга, наконец, отыскал свою палочку, кое-как поднялся на ноги и, шатаясь, начал расследование. Ему безумно хотелось найти предмет, уронивший его на землю, и в отместку ударить его ногой.
Компания, стараясь не дышать, притихла в щели. Было жутко неудобно, тесно и жарко, волк уже начал сопротивляться и подозрительно рычать.
Джентльмен, занятый поисками, на рык не обращал внимания. Он сосредоточенно изучал местность, глядя на дорогу осоловелыми глазами, и в один прекрасный момент споткнулся об оленя снова.
На этот раз олень не выдержал и рванулся прямо под ноги нетрезвому пейзанину. Тот, увидев перед собой совершенно неуместное в деревне животное, с размаху сел на тощий зад.
Пес не удержал волка, и тот в прыжке собрался было шлепнуться на добычу, но не рассчитал траекторию и перекувырнулся через рога незаслуженно побитого, да еще и ногами, приятеля, усевшись в аккурат напротив пьянчужки.
С оленем вообще творилось что-то неладное: если бы кто-нибудь выглянул в окно, то увидел бы, что благородное животное теряет то спину, то голову, то заднюю часть. А еще на его хребте что-то подозрительно шевелилось.
Сомнительная шайка старалась не привлекать внимания, но им это не очень удавалось. Один раз олень показался целиком, и все тотчас закрутились на месте, издавая целую симфонию звуков: воя, визга, приглушенного лая и тихих страстных стонов. Потом олень лишился сначала ног, потом части зада и наконец — снова спины. Пес жестом попросил оленя наклониться и от души постучал лапой по рогам. Волк уселся на зад и выразительно покрутил задней лапой у виска.
Затем пес, уже у самой окраины Хогсмида, бросился к кустам и тщательно их обнюхал, после чего высоко задрал заднюю лапу и основательно пометил. Волк тут же рванул к нему, перенюхал кусты, отпихнул пса и пометил выше. Пес рявкнул, долго приноравливался, и в итоге все-таки перебил метку товарища. Волк снова сел на хвост и высказал задней лапой отношение к происходящему.
Рядом раздавалось сдавленное хрюканье и оглушительный писк. Олень валялся на спине, дергая ногами, а источник писка определить было невозможно. Отсмеявшись, олень сделал попытку подняться и с ужасом обнаружил, что это не так-то легко. Волк и пес, перестав делить кусты, кинулись к нему и после нескольких попыток перевернули на бок, а потом поставили на ноги. Вся компания стояла, тяжело дыша, смотрела друг на друга и, судя по всему, хихикала.
Олень снова лишился некоторых частей тела по очереди, при этом разделился он теперь на шее, и процессия направилась к проулку, спрятавшемуся между домов.
Вдруг пес остановился, насторожил уши и проскользнул в какой-то двор. Волк попытался завыть, но вовремя захлопнул пасть. Олень тряхнул головой, на его спине что-то недовольно и сдавленно запищало.
Со двора донеслось отчаянное кудахтанье, собачий лай, похожий на смех, полетели куриные перья, затем что-то грохнуло, и раздался истошный вопль:
— Ах ты, мерзавец!
Что-то плеснуло. Пес вылетел из калитки, поджав хвост. Его задние лапы и хвост были подозрительно мокрыми. С пробуксовкой пес рванул к цели похода и скрылся в переулке. Волк и олень бросились за ним, а над деревней раздавалось:
— Морган, соплохвост тебя раздери! Опять твоя наглая псина повадилась к моим курам?
— Джесс, собака не виновата! Курей надо привязывать!
— Да я сейчас тебя самого привяжу! Инкарцеро!
К скандалистам мало-помалу присоединялась остальная часть деревни.
Волк и олень остановились рядом с псом. Тот сосредоточенно вылизывал заднюю часть. Увидев приятелей, пес поднялся, встряхнулся, как ни в чем не бывало, и рванул в конец переулка, к дому, больше похожему на старый сарай, над дверью которого поскрипывала вывеска с чрезмерно натуралистично нарисованной отрубленной кабаньей головой.
Сообщники, на всякий случай, пока все не утихнет, забились в какую-то щель под сараем со страшной вывеской. Оленю места не хватило, и что-то очень заботливо укрыло чем-то его заднюю часть таким образом, что она исчезла.
Через четверть часа конфликт между соседями был исчерпан, страдальца развязали, и довольные происшествием соседи разбрелись по домам. Олень пошевелился, и тут…
— Едрит налево твою за ногу! — раздался возмущенный вопль.
На грязной дороге распластался подгулявший джентльмен. Изощренно ругаясь, он шарил вокруг себя руками, пытаясь нащупать оброненную палочку.
Из темноты на него смотрели удивленные волчьи глаза. Пошевелиться волк не мог, хотя ему и хотелось — он был воспитан, и ругань его смущала. Но в его шкирку вцепился пес. Олень обиженно покряхтывал — он никак не ожидал внезапного и болезненного пинка.
Забулдыга, наконец, отыскал свою палочку, кое-как поднялся на ноги и, шатаясь, начал расследование. Ему безумно хотелось найти предмет, уронивший его на землю, и в отместку ударить его ногой.
Компания, стараясь не дышать, притихла в щели. Было жутко неудобно, тесно и жарко, волк уже начал сопротивляться и подозрительно рычать.
Джентльмен, занятый поисками, на рык не обращал внимания. Он сосредоточенно изучал местность, глядя на дорогу осоловелыми глазами, и в один прекрасный момент споткнулся об оленя снова.
На этот раз олень не выдержал и рванулся прямо под ноги нетрезвому пейзанину. Тот, увидев перед собой совершенно неуместное в деревне животное, с размаху сел на тощий зад.
Пес не удержал волка, и тот в прыжке собрался было шлепнуться на добычу, но не рассчитал траекторию и перекувырнулся через рога незаслуженно побитого, да еще и ногами, приятеля, усевшись в аккурат напротив пьянчужки.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 8 из 11
