Слишком часто экипаж подводных лодок погибал вместе с кораблём и навсегда оставался на дне в железном гробу. Однако были и везунчики — те, кому подмигнула удача и вытащила из глубоководной могилы. Мы расскажем о трёх случаях, когда людям всё же удалось спастись с затонувшей подлодки…
Добавить в моё избранное
6 мин, 32 сек 18239
Лодка легла на дно с тремя затопленными отсеками на глубине в 18 метров. Оставшиеся в живых оказались разделены на две группы, каждая из которых спасалась отдельно, без какой–либо связи друг с другом.
Семнадцать членов экипажа собрались в кормовом отсеке, а четверо (включая двух оставшихся в живых офицеров) — в центральном посту.
Центральный пост постепенно затапливало через незакрытую вентиляцию, и находившиеся в нём люди решили спастись, выйдя через боевую рубку. С учётом высоты рубки, от поверхности их отделяло менее 15 метров воды.
По словам одного из спасшихся, это была «высота восьми человек, стоящих друг у друга на головах, ерунда».
Набившись в рубку, моряки стали ждать, чтобы в результате затопления отсека давление выровнялось с забортным, после чего открыли верхний рубочный люк и без всяких спасательных средств устремились на поверхность. Всплыли лишь трое. Четвёртый, по словам остальных, находился в «плохом моральном и физическом состоянии» и, вероятно, так и остался в рубке.
Один из этой тройки утонул после всплытия. Спаслись только двое.
Как впоследствии показало расследование, им сильно повезло, что отсек наполнялся водой с достаточной скоростью, чтобы они не отключились от повышающегося давления и всё ещё имели «воздушную подушку» при открытии рубочного люка.
В машинном отделении спасательная операция проходила куда более организованно — под руководством опытного главного механика лодки. Сначала выяснилось, что спасательных комплектов всего 14 — на 17 человек. Три члена экипажа вызвались добровольцами выходить без них, держась при всплытии за ноги тех, у кого были аппараты. Один храбрец пожертвовал свой аппарат Дэвиса находившемуся на борту гражданскому инженеру с верфи.
Выход производился в строгом соответствии с инструкциями. Отсек затопили через предназначавшийся для этого вентиль, вокруг аварийного люка развернули тубус. Старший механик провёл финальный осмотр отсеков и назначил очерёдность выхода; кроме того, он помогал с выходом и сам в итоге эвакуировался последним — убедившись, что в отсеке больше никого нет.
Операцию признали «образцово проведённой» а старшему механику даже дали медаль.
Однако четверо всё равно погибли — трое отказавшихся от аппаратов и гражданский инженер. Всего же жертвами катастрофы «Ампайр» стали 22 человека.
Командир приказал готовиться к покиданию корабля, а экипаж разобрал спасательное снаряжение. Выход предполагалось организовать через машинное отделение и центральный пост, экипаж из 47 человек разделился по этим отсекам. На поверхности появился только один член экипажа — штурман лодки Клауссен, которого среди пятен топлива и плавающих обломков подобрали британцы.
По его словам, для ускорения затопления экипаж открыл вентили балластных цистерн. Сам Клауссен, включив спасательный аппарат, стоял на верхних ступенях трапа боевой рубки, прямо под люком. Другие члены экипажа стали терять сознание один за другим — или из–за отравления хлором, идущим из затопленных аккумуляторных батарей, или из–за перепада давления и вдыхания чистого кислорода из спасательных аппаратов.
После очередного взрыва, в результате которого лодка стала ещё быстрее заполняться водой, командир приказал Клауссену открывать люк.
К моменту, когда ему это удалось, никакого пузыря воздуха в боевой рубке уже не осталось.
Ослабевший штурман начал подниматься на поверхность. Ни о каком выдерживании режима декомпрессии речь не шла. Единственное, что он рефлекторно делал — выпускал через уголок рта воздух из лёгких. В большинстве случаев такие подъёмы оказываются смертельными, но немецкий подводник отделался лёгкими баротравмами.
Остальной экипаж так и остался в лодке. Возможно, моряк, стоявший за Клауссеном, в последний момент застрял и перекрыл путь к спасению остальным.
Это лишь три из немногих удачных случаев успешного выхода из затонувшей субмарины в годы Второй мировой. В успешных исходах свою роль играли и техника, и подготовка экипажей, и просто удача.
Недостаток любого из этих трёх компонентов неизбежно приводил к гибели.
Семнадцать членов экипажа собрались в кормовом отсеке, а четверо (включая двух оставшихся в живых офицеров) — в центральном посту.
Центральный пост постепенно затапливало через незакрытую вентиляцию, и находившиеся в нём люди решили спастись, выйдя через боевую рубку. С учётом высоты рубки, от поверхности их отделяло менее 15 метров воды.
По словам одного из спасшихся, это была «высота восьми человек, стоящих друг у друга на головах, ерунда».
Набившись в рубку, моряки стали ждать, чтобы в результате затопления отсека давление выровнялось с забортным, после чего открыли верхний рубочный люк и без всяких спасательных средств устремились на поверхность. Всплыли лишь трое. Четвёртый, по словам остальных, находился в «плохом моральном и физическом состоянии» и, вероятно, так и остался в рубке.
Один из этой тройки утонул после всплытия. Спаслись только двое.
Как впоследствии показало расследование, им сильно повезло, что отсек наполнялся водой с достаточной скоростью, чтобы они не отключились от повышающегося давления и всё ещё имели «воздушную подушку» при открытии рубочного люка.
В машинном отделении спасательная операция проходила куда более организованно — под руководством опытного главного механика лодки. Сначала выяснилось, что спасательных комплектов всего 14 — на 17 человек. Три члена экипажа вызвались добровольцами выходить без них, держась при всплытии за ноги тех, у кого были аппараты. Один храбрец пожертвовал свой аппарат Дэвиса находившемуся на борту гражданскому инженеру с верфи.
Выход производился в строгом соответствии с инструкциями. Отсек затопили через предназначавшийся для этого вентиль, вокруг аварийного люка развернули тубус. Старший механик провёл финальный осмотр отсеков и назначил очерёдность выхода; кроме того, он помогал с выходом и сам в итоге эвакуировался последним — убедившись, что в отсеке больше никого нет.
Операцию признали «образцово проведённой» а старшему механику даже дали медаль.
Однако четверо всё равно погибли — трое отказавшихся от аппаратов и гражданский инженер. Всего же жертвами катастрофы «Ампайр» стали 22 человека.
Единственный спасшийся
21 января 1945 года удача окончательно покинула немецкую U–1199. После успешной атаки на конвой лодку настигли британские корабли охранения. С сильной течью сразу в нескольких отсеках субмарина опустилась на дно на глубине в 73 метра с креном в почти 40 градусов, а вокруг продолжали рваться глубинные бомбы.Командир приказал готовиться к покиданию корабля, а экипаж разобрал спасательное снаряжение. Выход предполагалось организовать через машинное отделение и центральный пост, экипаж из 47 человек разделился по этим отсекам. На поверхности появился только один член экипажа — штурман лодки Клауссен, которого среди пятен топлива и плавающих обломков подобрали британцы.
По его словам, для ускорения затопления экипаж открыл вентили балластных цистерн. Сам Клауссен, включив спасательный аппарат, стоял на верхних ступенях трапа боевой рубки, прямо под люком. Другие члены экипажа стали терять сознание один за другим — или из–за отравления хлором, идущим из затопленных аккумуляторных батарей, или из–за перепада давления и вдыхания чистого кислорода из спасательных аппаратов.
После очередного взрыва, в результате которого лодка стала ещё быстрее заполняться водой, командир приказал Клауссену открывать люк.
К моменту, когда ему это удалось, никакого пузыря воздуха в боевой рубке уже не осталось.
Ослабевший штурман начал подниматься на поверхность. Ни о каком выдерживании режима декомпрессии речь не шла. Единственное, что он рефлекторно делал — выпускал через уголок рта воздух из лёгких. В большинстве случаев такие подъёмы оказываются смертельными, но немецкий подводник отделался лёгкими баротравмами.
Остальной экипаж так и остался в лодке. Возможно, моряк, стоявший за Клауссеном, в последний момент застрял и перекрыл путь к спасению остальным.
Это лишь три из немногих удачных случаев успешного выхода из затонувшей субмарины в годы Второй мировой. В успешных исходах свою роль играли и техника, и подготовка экипажей, и просто удача.
Недостаток любого из этих трёх компонентов неизбежно приводил к гибели.
Страница 2 из 2
