Мешок Болинджера

— В рубашке родился, — заключил Тимофеич, поднялся и пошёл к печке.

Что я сижу и пускаю слюни? Действовать надо, причем немедленно! Я тоже встал и быстрыми шагами пошёл за Тёмой.

— Послушай, Вовчик, — я положил ему руку на плечо, — только ты можешь мне помочь, выручай!

— Я уже тебе помог, чем смог, парень, — буркнул Тимофеич, наполняя чайник водой.

— Ну не злись на меня! Я же не крал этих денег!

— А почему тогда прятался? — Тёма отбросил мою руку, резко развернулся и заглянул мне в глаза. — И откуда же они сыпались, эти лимоны? Всё это разводняк и махинация!

— Да вся денежная система — разводняк! — вскипел я. — Ты разве не знал, наивный, что все эти фантики для того и придумали, чтобы нас с тобой в узде держать! А теперь ещё эти платёжные системы, безнал, кредиты, депозиты! Тёма, очнись! Ты в своей деревне отстал от жизни! Как говорил Бендер, жизнь — это борьба за денежные знаки!

— Бендер не так говорил, — Тёма снова посмотрел мне в глаза и добавил. — Будем чай пить.

— Какой чай, Вовчик? Надо спешить! — Я взял его за плечи и стал яро убеждать. — Вот смотри, ты воду из колодца черпаешь? Так, черпаешь. И что, её там становится меньше? Нет, конечно! Запасы всё время пополняются, влага собирается в тучи, дождь возвращает её на землю, она снова попадает в грунт, — и так бесконечно. Круговорот воды в природе! Ты же её не воруешь, ты просто пользуешься этой водой, потому что тебе повезло, у тебя есть колодец! Так и с финансами! Я же не мариную деньги в чулках и под матрасом! Я снова кладу их на банковские счета, а потом пользуюсь просто своим колодцем, поднимаю их со дна мировых финансовых бирж, а затем опять выпускаю на рынок!

— Ага, только за какие шиши ты дом себе с бассейном построил?

— Но ты же тоже в чайник воды налил, ты же тоже отбираешь себе у природы, сколько нужно! А, Вовчик? Ну не бузи! Так поможешь?

Чайник закипел, засвистел, выпуская из носика бодрую струю пара. Я таких чайников уже давно не видел, но именно сейчас он показался мне уютным и забавным.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — сдался под моим натиском Тёма.

— Поезжай немедленно в город! — произнёс я чётко. — Найди салон мобильной связи. У тебя инет есть?

— Есть, но там закончились деньги, надо пополнить.

— А вообще деньги есть? Я верну!

— Есть немного.

— Отлично! Купишь пополнение на интернет и три самых дешёвых «Нокии» с карточками. Запомнил? Сразу вставь батареи, попроси, чтобы тебе аппараты помогли активировать. В каждый телефон забей оба других номера, ну просто позвони с каждого на каждый. А потом езжай в центр на проспект Революции, дом двадцать семь, квартира семь. Но в подъезд не входи, консьерж тебя не пустит, или этим гаврикам сольёт. Набери цифру семь на домофоне и представься сантехником.

— Слушай, Лёшь, может завтра с утра? — недовольно поморщился Тимофеич. — К тому же перегар от меня не детский.

— Во-во, как раз то, что надо! Сантехник и должен быть под мухой, небритый. Жену зовут Алиса Николаевна. Скажешь… а что скажешь? — Я задумался, а Тимофеич тем временем залил кипятком заварку.

Как же должен себя повести Тёма, чтобы не привлечь лишнего внимания и не спугнуть Алиску? А вдруг за домом следят? Вдруг и консьержку «зарядили»?

— Так что с телефонами сделать? — спросил Тёма, выставляя на стол кружки.

— Один привезёшь мне, а два других отдай жене и скажи, чтобы набрала с любого через пару часов забитый в нём номер, но не из дому, а, например, от соседки. Пусть сходит в гости за чем-нибудь, зайдёт в санузел и оттуда перезвонит мне. Ну вот, всё. А сам сразу дуй обратно.

— Я за два часа могу и не успеть. Автобус раз в час ходит, да и до вокзала пока…

— Какой автобус? Надо на машине ехать! Есть тут у кого из соседей твоих колёса какие-нибудь?

— У Васьки «Нива», я ему музыку помогал делать, динамики…

— Звони Ваське!

— Чайку-то хоть дай попить!

— Позвони сначала Ваське, а пока он подъедет, и попьёшь. Да скажи: срочно! Я ему потом три полных бака бензина компенсирую!

— Что же ты всё на купюры меряешь? — покачал головой Тимофеич, но стал тыкать пальцами по кнопкам какого-то древнего телефона в мутном чехле.

Мы едва сделали по паре глотков обжигающего напитка, как за воротами послышался характерный рокот двигателя.

— Он что, без выхлопной ездит? — поинтересовался я, отодвигая занавеску и выглядывая в окно.

— Глушак никак заварить не может, — ответил Тимофеич, вставая из-за стола. — Так мы не решили, как же мне лучше разговор повести с твоей, может пароль какой, условный знак. А, Лёш?

— Есть одна фишка, — осенило меня. — Скажи, что один человек хочет передать ей космический чёмчик.

— Что это?

— Так и скажи, ничего не меняй в этой фразе и без отсебятины: космический чёмчик и всё. Запомнил?

— Запомнил, — ухмыльнулся Тимофеич, собирая в сумку инструменты.