Многоноги

Болезнь, непонятная болезнь изнутри съела всё тело Большого Многонога, растворив его когда-то живые ткани, превратив всё в однородную застывшую массу, и лишь панцирь частично сохранился, неузнаваемо изменившись и предельно затвердев. Камень был ядовитым — так определил источник болезни Тианторик. Удивило же его то, что камень при этом не издавал ни звука. А вот болезнь жутким хором внедрялась в сознание, и требовалось усилие, чтобы яд замолчал, чтобы стал бездействующим.

Яд…

Насколько сильный?

Вот и настал переход решать судьбу Надежды! Вердикт Исследователя был ясен: этот яд способен очень на многое, в том числе одолеть всю ненужную Многоногам жизнь на Надежде. Нужно только правильно подобрать состав…

Но впервые Тианторик жаловался на боль в сознании, на напряжение своего тела, на трудности работы с сознанием корабля. Впервые.

Спуск, спуск в огромную пору Большого Многонога. Ярость болезни всё ощутимее.

Страшные образы стали рвать сознание, врываться в мысли и чувства, оглушать пронзительными звучаниями отупляющих и стирающих волю протяжных путаных криков и стенаний. Звук, после которого не собраться с силами, не восстановить яркости и целостности мысли, не отвязаться от тупика. Остаётся только точка самого себя в мягких, но непреодолимых стенах безумия.

Поднялись на корабль.

Столь мучительной тишины здесь ещё не было. Ни разу. Все отрядники подавлены и не готовы выразить то, что считают правильным.

Тишина.

— Это не Многоног, — внёс первую жизнь в тишину Тианторик, — это — хранилище…

В распоряжении Многоногов оказалось оружие, необъяснимое сейчас оружие, сила, собравшая Надежду и жизнь на ней, либо, наоборот, не сумевшая завладеть Надеждой и её проявлениями. Оставленная кем-то сила.

Первая тайна.

Новый переход — первые исследования могущественной силы, чего-то выдающегося, непохожего на многое, что было встречено Многоногами за пройденные бесчисленные переходы.

И первые тяжёлые сложности.

Сумев удержаться от глубокой, разрушительной паники, Исследователь взял несколько проб с разных уровней и мест Хранилища. Тианторик теперь думал только так, потому что не было тут панциря, что указало на когда-то живое тело, было множество неживых включений в великое сверхвещество, способное, наверное, стать чем угодно. Теперь они могли растить новые миры сами, теперь они могли создавать Ткань, теперь они могли вернуться во Внутренний мир победителями и владыками. Теперь они могут всё.

Был ли это Многоног, или что-то совсем другое, — не важно, с этого перехода для них это всё — Хранилище.

Исследователь впервые оценил понятие «время». Это удивило его, но не остановило. Ненадолго остановило его другое — первое острое разочарование, первое сомнение в достижимости цели: ведь Большой Многоног не выдержал удара, не удержал управления, погиб — значит Сверхвещество неподвластно Многоногам. Но, если тут всего лишь Хранилище… или отпрыск Надежды… А может, как хотелось бы, даже начало Надежды!

Его не захватили Высокоразвитые. Его не стёрли из памяти. В отдельных проблесках вражеских мыслей был подхвачен в ходе боёв образ ужаса, что завладевал всеми, кто хотел воспользоваться силой Хранилища.

Мы — следующие…

Сверхвещество нельзя использовать напрямую, нужно создать его полноценный образ. Или — неполноценный? Начало перехода — создание образа Сверхвещества.

Пустота.

Первым внятным образом оказалась пустота.

Вспышка, прорыв. Из пустоты разрывом протянулся безобразный отросток, проколовший глаз сознания, поле мысли, принеся с собой давление, обволакивающее неопределённого равномерного цвета плотное тело, постепенно поглощающее в точке прозрения остальные восприятия. Дыра разрасталась, а точка прозрения становилась опорой. За расширяющейся границей захвата хотелось уследить, следовать за ней, заполняя ею и собой все остальные области. Неясность и отупение. Потом ясность и успокоение.

Исследователь был разочарован. Что-то сдерживало его и его опыт. В Хранилище и рядом с ним всё было намного острее.

Где-то и в чём-то он ошибается. То, что он узрел, не было правдой, и что-то более значимое осталось скрыто.

Расширить восприятие: добавить колебание — начало исполнимости и исходного наполнения Жёсткой Пустоты.

Прорыв гула, разрыв мысленных связей, сотрясение сознания, боль в нём, чувство истечения потоков вещества и мыслей из клеток своей Живой ткани, отголоски боли в теле, подрагивание конечностей. Остановка. Волевое усилие. Чёрная жижа вместо остатков увиденного влитого тела.

Жёстко. Крепкий напиток. В сознании ещё долго шумело. Наконец Тианторик смог ровно воспринять окружающее. Но впервые не было в его мысли той чистоты, прозрачности, которые сделали его исследователем, существом, способным утончённо чувствовать и понимать миры: что-то как будто засело в нём, в его рассуждениях и способностях, делая их грубыми и неповоротливыми. Опасный дар они взялись покорять.

Их путь к победе: где не смогли другие, сможем мы.