Монастырские тюрьмы на примере Соловецкого монастыря

В эти же годы побывали в Соловецком монастыре и некоторые другие узники, но в целом характер понесенных ими наказаний таков, что их никак нельзя назвать запредельными или необоснованными. Конечно, они были суровы, но в той же степени, сколь сурово было само время. С тем, какие приговоры имели узники позднейших эпох эти наказания даже сравнивать неловко. Например, в 1641 г. в Соловецкий монастырь был сослан черный поп Гедеон. Вина его состояла в том, что будучи в сильном подпитии он вышел во время службы из алтаря без риз. За это он был приговорен к работе на мельнице Соловецкого монастыря на протяжении 6 недель с цепью на шее. После окончания срока приговора с Гедеона сняли цепь и вернули право служить службы в церкви. Подобных — столь мягких — приговоров невозможно отыскать в летописи последующих столетий.

Весьма примечательна судьба одного из соловецких сидельцев того времени — старца Арсения, грека по национальности. Он попал в монастырь как православный, «проявивший нетвердость в вере». Учившийся на богословских отделениях в европейских университетах, старец Арсений был одно время католиком. После того, как он попал на Русь это сослужило ему плохую службу. Так бы и окончил свой век на холодном северном острове этот заключенный, если бы в 1652 г. старца Арсения не вытребовал в свое распоряжение могущественный митрополит новгородский Никон, ставший в скором времени Патриархом. Ученый Арсений оказался в числе тех церковных теоретиков, опираясь на которых Патриарх готовил и проводил свою знаменитую церковную реформу.

В 1657 г. в Соловецкий монастырь был доставлен первый «никониановский»(исправленный реформой Патриарха) служебник. Монахи, привыкшие к строгости догматов, обнаружили в книге массу«богопротивных ересей и новшеств лукавых». На протяжении ряда лет монастырские старцы пытались бороться с «никонианством» силой слова. В 1663-68 гг. они послали в Москву 9 грамот, в которых разоблачали реформаторов. Московскому Государю надоело«умничанье» монастырской братии и в 1668 г. на Соловки отправился первый отряд стрельцов, призванный силой оружия сломить упорство«староверов». Монахи заперлись в кремле и предложили стрельцам их не трогать. Так началось знаменитое «Соловецкое сидение», растянувшееся на многие годы. Вскоре на Соловках появились второй и третий стрелецкие отряды. Но за «валунной оградой» укрывались более 1 100 человек и с такой силой стрельцы ничего не могли поделать. В 1674 г. командование стрельцами принял воевода Иван Мещеринов, резко активизировавший действия осаждавших. Окрест кремля были уничтожены все постройки, сожжены деревья, монастырь лишился своего флота. Однако, штурмующие не имели артиллерии и специальной осадной техники, способной сокрушить многометровые стены и башни кремля.

Мещеринову помог изменник — монах Феоктист — предавший осажденных. Он указал штурмующим слабое место в обороне монастыря — подземный ход, который вел в обширные Сушила — хозяйственные помещения под Белой башней кремля. Ночью, в полной тишине, группа стрельцов-добровольцев прошла подземным ходом и вышла к окну, заложенным кирпичем, беззвучно разобрала кладку и проникла в Сушило («Сушило» — имя собственное, именно так и называлась упомянутая постройка). Далее, внезапной атакой была захвачена Белая башня и открыты ворота в монастырь.

Сломив сопротивление монахов, воевода Мещеринов сутки медлил с расправой над пленными. За это время он допрашивал тех, кто мог указать места закладки тайников с монастырскими сокровищами. После того, как тайники были вскрыты, надобность в пленных миновала; более того, они сделались опасными свидетелями. Потому воевода принял беспримерное в истории Руси и дореволюционной России решение о поголовном уничтожении насельников монастыря. По его приказу были зверски замучены около 400 монахов и старцев. Их казнь растянулась на целый день и ее апофеозом явилось замораживание раздетых пленников на льду Гавани Благополучия. Трупы замерзших монахов оставались там вплоть до мая месяца, пока не вскрылся лед. Шила в мешке, однако, утаить не удалось. Хотя Иван Мещеринов и уничтожил непосредственных свидетелей своего грабежа, однако, кто-то все же настрочил на него донос. Приехавший из Москвы князь Волконский возмутился преступлениями героического воеводы и… распорядился посадить Мещеринова на цепь в застенок. Таким образом выяснилось, что на Руси победителей все же судят. Захвативший монастырь воевода сделался первым узником возобновленной соловецкой тюрьмы. Мещеринов пробыл в заточении без малого 14 лет и вышел на свободу в 1680 г. За него очень просил митрополит Новгородский Варсонофий. Скорее всего, если бы не заступничество этого крупного церковного иерарха, Иван Мещеринов солнечного света не увидел бы более никогда. Не принесло ему счастья награбленное монастырское золото…