Монтаук: эксперименты со временем

Я походил по неизвестной мне территории, положившись в выборе дороги на интуицию, и оказался перед дверью а которой красовалась широкая пластина, гласившая: «Престон Б. Николс, помощник директора проекта» Это было первое физически реальное доказательство того, что определенно происходит нечто необычное. Я уселся за стол и просмотрел все бумаги. Я знал, что вынести бумаги совершенно невозможно, поскольку на выходе из особо секретного отдела меня непременно тщательно осмотрят. Поэтому все увиденное, как мог, старался запомнить. Оказывается, у меня была целая вторая карьера, о которой я не имел ни малейшего представления! Однако о сути второй своей деятельности я не могу ничего сказать, поскольку это чрезвычайно секретно. В соответствии с соглашением, которое я подписал, когда пришел работать в BJW, я не имею права говорить о секретах фирмы в течение тридцати лет. Однако я не подписывал обещания хранить тайну относительно Монтаукского проекта.

За изучением этих материалов я провел шесть часов в своем вновь обретенном кабинете. Затем решил, что следует вернуться на прежнее рабочее место, пока рабочий день еще не закончился. На выходе я получил обратно свой пропуск и удалился. Прошло два дня, прежде чем я собрался вновь посетить тот отдел, чтобы проверить положение вещей. Я опять вручил охраннику пропуск, но на сей раз он не дал мне чего-либо взамен, а сказал: — Пройдите сюда. Мистер Роберте (имя вымышленное!) хочет с вами поговорить.

Из кабинета с надписью «Директор проекта» вышел мужчина, мистер Роберте. Он посмотрел на меня и произнес: — Зачем вы пожелали сюда прийти, сэр? — Поработать на своем втором рабочем месте, — ответил я.

— У вас нет здесь второго рабочего места, — заявил он.

Я указал на дверь, где раньше была табличка с моим именем. Однако когда мы с директором проекта подошли к комнате, таблички на месте не оказалось.

За пару дней, пока меня здесь не было, из комнаты убрали все следы моего пребывания.

Должно быть, они догадались, что я посетил кабинет, когда не полагалось. В тот момент я находился в обычном состоянии рассудка, а их это не устраивало. По-видимому, в тот день не запланировали переключение программы (не перевели меня в альтернативную реальность!) и не ожидали моего появления. Очевидно, сделав вывод, что процесс вышел из-под контроля и что у меня высвободилась память об альтернативном существовании, некие экспериментаторы вообще остановили эту операцию. Меня сопроводили в отдел безопасности и предупредили, что если я произнесу хоть слово о том, что («как мне показалось»!) здесь видел, меня запрут в подвале, а ключ выбросят.

Я тщательно обдумывал все странные события, за которыми внимательно наблюдал многие годы. Теперь я был уверен, что действительно воплощал в себе две отдельных личности. Почему фактически в один и тот же период времени я находился в Монтауке и работал в BJW? Пришлось признать, что, очевидно, я одновременно работал в двух компаниях; к тому же хорошо помню, что бывали времена, когда я возвращался домой абсолютно истощенный.

В тот момент все, о чем вы сейчас прочитали, навалилось на меня огромным запутанным клубком проблем, стало настоящим бедствием для рассудка. Итак, я знал, что работал в двух (или более!) различных временных параллелях. Фактически я совсем немногое открыл, но и это скорее запутывало, чем что-либо разъясняло. Однако в 1990 году мне удалось сделать серьезный шаг вперед. Я приступил к сборке антенны «Delta Т» на крыше своей лаборатории (антенна«Delta Т»=«Delta Time» — антенна восьмигранной формы, которая способна изменять временные зоны. Она изготовлена так, чтобы изгибать время. Термином«дельта» в науке принято обозначать понятие«изменение» То есть название«Delta Time» имеет в виду изменение времени. Подробнее к свойствам этой антенны мы вернемся позднее!).

Однажды я сидел на крыше и припаивал витки к коробкам реле (через эти реле сигналы с антенны поступали вниз, в лабораторию!). По-видимому, в тот самый момент, когда я скрутил провода, чтобы спаять их, воздействие времени повлияло на мой рассудок. Чем больше проводов я соединял, тем больше обрывков воспоминаний вспыхивало в памяти. И затем вдруг — щелк! — память целиком ожила в моем разуме. Оставалось лишь предположить, что антенна «Delta Т» накапливала волны из общего потока времени по мере того, как я соединял ее витки. Мой разум уже обладал, пусть и малым, осознанием неких соотношений времени. Антенна сжала (искривила!) время, и достаточное искажение было вызвано как раз тем, что я подсознательно существовал в двух временных параллелях. Итогом стало освобождение моей памяти.

Каковы бы ни были объяснения, меня прежде всего радовало восстановление обширных областей памяти. Я также полагал, что моя теория относительно антенны «Delta Т» справедлива, так как чем больше времени я проводил, работая с антенной, тем больше возвращалось воспоминаний. В начале июня 1990 года всё ключевые моменты памяти восстановились.