Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
157 мин, 7 сек 11932
Это, кстати, в каком-то смысле спасло молодому человеку жизнь. В течение следующей недели он предпринял две попытки самоубийства, но круглосуточный медицинский надзор не позволил погибнуть важнейшему источнику информации. Оба раза Влассакиса спасали, а последующая психиатрическая помощь помогла стабилизировать его состояние. После 10 июня его самочувствие улучшилось, приступы паники и истерии прекратились и в дальнейшем Влассакис продолжил своё сотрудничество со следствием. Начиная с июня 1999 г. на протяжении последующих трёх лет с Влассакисом работал психиатр Пол Маллен (Paul Mullen), специалист Королевского института судебной психиатрии (Victorian institute of forensic mental health).
После того, как из показаний Влассакиса стало известно о добровольном употреблении в пищу человеческой плоти Робертом Вагнером, к последнему также был приставлен профессиональный психиатр для контроля и оценки его состояния (речь идёт не о психолого-психиатрической экспертизе, а именно о продолжительном наблюдении специалистом). Профессор криминальной психологии Университета Южной Австралии Джек Уайт (Jack White) находился в плотном контакте с обвиняемым более двух лет, благодаря чему непримиримое в отношение следователей поведение Вагнера постепенно смягчилось и тот пошёл на контакт.
Итак, благодаря работе криминалистов, судебных медиков, а также показаниям Джеймса Влассакиса к 3 июня 1999 г. сотрудники «Диаграммы» уже знали имена и фамилии людей, чьи останки оказались найдены в пластиковых бочках. Это были Майкл Гардинер, исчезнувший без вести в августе 1997 г., Барри Лэйн, исчезнувший в октябре 1997 г., Гэвин Портер, не находившийся в розыске и официально не считавшийся пропавшим, Трой Йюд, исчезнувший в августе 1998 г., Фредерик Брукс, пропавший без вести в сентябре 1998 г., Гэри О'Двайер, не считавшийся пропавшим, Элизабет Хэйдон, пропавшая в ноябре 1998 г., и Дэвид Джонсон, об исчезновении которого в мае 1999 г. правоохранительным органам Южной Австралии ничего не было известно. Тела (точнее, торсы тел) Гардинера и Лэйна были помещены в одну бочку, при этом нога Гардинера, очевидно, препятствовавшая закрытию крышки, была грубо отделена с использованием бензопилы. Именно эту бочку констебль Дрейд и открыл первой… Поскольку Гардинер и Лэйн исчезли раньше остальных, следователи посчитали, что именно с августа 1997 г. Бантин и его компаньоны стали использовать пластиковые бочки для сокрытия останков убитых ими людей. Таким образом, соответствующее утверждение Джеймса Влассакиса было признано достоверным.
Список идентифицированных жертв подталкивал к определённым выводам, не очень-то утешительным. Во-первых, обращало на себя внимание присутствие в нём людей, которые не считались пропавшими без вести и не разыскивались правоохранительными органами Австралии. А во-вторых, самые ранние из найденных жертв, исчезли во второй половине 1997 г., между тем, с действиями Бантина и его дружков связывались гораздо более ранние исчезновения людей. Где же искать недостающие тела? Сам собой вставал и третий вопрос, требовавший неотложного ответа: а чьи же это останки полицейские выкопали во дворе дома №203 по Ватерлоо-корнер-роад в Сэйлисбари-Норт?
С июня 1999 г. началось кропотливое, растянувшееся на годы, исследование преступного пути Джона Бантина и его группы добровольных помощников. Исследование это привело к любопытным и в высшей степени неожиданным открытиям, заставив всех, причастных к расследованию, не раз поразиться невероятным хитросплетениям судьбы. После того, как Влассакис стал давать изобличающие подельников показания, Вагнер и Хэйдон сообразили, что их линия солидарной защиты сокрушена и они в любом случае будут осуждены, а потому главная задача их последующих действий сводится к тому, чтобы выторговать у правосудия? Другими словами, доказывать собственную невиновность более не имело смысла, основная проблема заключалась в том, насколько успешным окажется торг с правоохранительной системой. Бантин же, как наиболее виновный из всех, довольно опрометчиво выбрал путь полного отрицания всех улик, фактов и логических доводов. Как увидим из дальнейшего, это упорство, достойное куда лучшего применения, мало ему помогло.
Итак, Вагнер и Хэйдон начали понемногу говорить, сначала фрагментарно, уклончиво, сообщая лишь те кусочки информации, что могли выставить их в положительном свете. В дальнейшем их показания становились всё более полными и развёрнутыми, подельники стали опровергать и поправлять друг друга. Но главным источником информации о преступлениях остался, всё-таки, Спайридон Влассакис и чтобы дать представление о том, сколько же он «наговорил», можно привести такую деталь: в период с 24 июля 2001 г. по 28 сентября 2001 г. он дал официальные показания, предназначенные для использования обвинением в предстоящих судебных процессах. Общий объём текста составил более 2 тыс. страниц, почти 4 млн. знаков! А ведь помимо Влассакиса показания давали и его подельники…
После того, как из показаний Влассакиса стало известно о добровольном употреблении в пищу человеческой плоти Робертом Вагнером, к последнему также был приставлен профессиональный психиатр для контроля и оценки его состояния (речь идёт не о психолого-психиатрической экспертизе, а именно о продолжительном наблюдении специалистом). Профессор криминальной психологии Университета Южной Австралии Джек Уайт (Jack White) находился в плотном контакте с обвиняемым более двух лет, благодаря чему непримиримое в отношение следователей поведение Вагнера постепенно смягчилось и тот пошёл на контакт.
Итак, благодаря работе криминалистов, судебных медиков, а также показаниям Джеймса Влассакиса к 3 июня 1999 г. сотрудники «Диаграммы» уже знали имена и фамилии людей, чьи останки оказались найдены в пластиковых бочках. Это были Майкл Гардинер, исчезнувший без вести в августе 1997 г., Барри Лэйн, исчезнувший в октябре 1997 г., Гэвин Портер, не находившийся в розыске и официально не считавшийся пропавшим, Трой Йюд, исчезнувший в августе 1998 г., Фредерик Брукс, пропавший без вести в сентябре 1998 г., Гэри О'Двайер, не считавшийся пропавшим, Элизабет Хэйдон, пропавшая в ноябре 1998 г., и Дэвид Джонсон, об исчезновении которого в мае 1999 г. правоохранительным органам Южной Австралии ничего не было известно. Тела (точнее, торсы тел) Гардинера и Лэйна были помещены в одну бочку, при этом нога Гардинера, очевидно, препятствовавшая закрытию крышки, была грубо отделена с использованием бензопилы. Именно эту бочку констебль Дрейд и открыл первой… Поскольку Гардинер и Лэйн исчезли раньше остальных, следователи посчитали, что именно с августа 1997 г. Бантин и его компаньоны стали использовать пластиковые бочки для сокрытия останков убитых ими людей. Таким образом, соответствующее утверждение Джеймса Влассакиса было признано достоверным.
Список идентифицированных жертв подталкивал к определённым выводам, не очень-то утешительным. Во-первых, обращало на себя внимание присутствие в нём людей, которые не считались пропавшими без вести и не разыскивались правоохранительными органами Австралии. А во-вторых, самые ранние из найденных жертв, исчезли во второй половине 1997 г., между тем, с действиями Бантина и его дружков связывались гораздо более ранние исчезновения людей. Где же искать недостающие тела? Сам собой вставал и третий вопрос, требовавший неотложного ответа: а чьи же это останки полицейские выкопали во дворе дома №203 по Ватерлоо-корнер-роад в Сэйлисбари-Норт?
С июня 1999 г. началось кропотливое, растянувшееся на годы, исследование преступного пути Джона Бантина и его группы добровольных помощников. Исследование это привело к любопытным и в высшей степени неожиданным открытиям, заставив всех, причастных к расследованию, не раз поразиться невероятным хитросплетениям судьбы. После того, как Влассакис стал давать изобличающие подельников показания, Вагнер и Хэйдон сообразили, что их линия солидарной защиты сокрушена и они в любом случае будут осуждены, а потому главная задача их последующих действий сводится к тому, чтобы выторговать у правосудия? Другими словами, доказывать собственную невиновность более не имело смысла, основная проблема заключалась в том, насколько успешным окажется торг с правоохранительной системой. Бантин же, как наиболее виновный из всех, довольно опрометчиво выбрал путь полного отрицания всех улик, фактов и логических доводов. Как увидим из дальнейшего, это упорство, достойное куда лучшего применения, мало ему помогло.
Итак, Вагнер и Хэйдон начали понемногу говорить, сначала фрагментарно, уклончиво, сообщая лишь те кусочки информации, что могли выставить их в положительном свете. В дальнейшем их показания становились всё более полными и развёрнутыми, подельники стали опровергать и поправлять друг друга. Но главным источником информации о преступлениях остался, всё-таки, Спайридон Влассакис и чтобы дать представление о том, сколько же он «наговорил», можно привести такую деталь: в период с 24 июля 2001 г. по 28 сентября 2001 г. он дал официальные показания, предназначенные для использования обвинением в предстоящих судебных процессах. Общий объём текста составил более 2 тыс. страниц, почти 4 млн. знаков! А ведь помимо Влассакиса показания давали и его подельники…
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 17 из 49
