Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
157 мин, 7 сек 11942
Бантин и Вагнер привлекли Тревильяна в помощники, который не без удовольствия согласился принять участие в наказании любовника. Преступление произошло в ночь с 17 на 18 октября 1997 г. Убийцы скрутили Лэйна в его же собственном доме, сильно избили, после чего заставили позвонить матери. Цель телефонного разговора заключалсь в том, что Барри должен был сначала уверить мать в своём намерении уехать к сестре в город Брисбен, а затем, как следует её обругав, спровоцировать скандал. Лэйну пригрозили, что в случае отказа позвонить матери, Бантин и Вагнер отыщут её и расправятся, дабы не оставлять свидетеля. Барри уступил угрозам и сделал необходимый телефонный звонок. Мать поняла, что с сыном что-то глубоко не в порядке, она отчётливо слышала голос Тревильяна, суфлировавшего Барри.
Через некоторое последовал звонок сестре Лэйна и хотя говоривший явно пытался имитировать манеру речи, присущую Барри, она поняла звонил явно не брат. Дело заключалось в том, что брат, начиная телефонный разговор, всегда произносил одну и ту же условную фразу: «Это — Барри!» Однако, в ночь с 17 на 18 октября она не прозвучала, да и голос казался не очень-то похожим на голос брата… В общем, сестра осталась озадачена, а последовавший через несколько минут телефонный звонок встревоженной матери лишь усилил беспокойство. До самого утра мать и сестра набирали номер домашнего телефона Барри Лэйна, но трубку так никто и не поднял.
Очевидно, что Лэйн был убит в коротком интервале времени между звонком матери и звонком сестре. Второй звонок, по-видимому, сделал Тревильян (вопрос этот так и не получил точного ответа).
Останки убитого были обнаружены в той же самой пластиковой бочке, что и труп Гардинера. Причиной смерти явилось удушение петлёй, на шее Лэйна осталась верёвка, а в рот был заправлен носок, игравший роль кляпа. Помимо этого рот был заклеен клейкой лентой, которую убийцы не потрудились удалить. Тело было частично расчленено, очевидно, с целью удобства его размещения в бочке.
Ко времени убийства Барри Лэйна у преступников уже сложился некоторый набор стандартных действий по завладению имуществом жертвы. Перед смертью они пытали Лэйна, узнали pin-код его банковской карты и забрали его документы. Всё более-менее ценное, чем владел убитый, преступники присвоили. Бантин взял автомобиль Лэйна, но поскольку машина была довольно известна среди местных жителей, благоразумно отогнал её подальше от Сэйлисбари-норт. Машину Бантин оставил на «длительное хранение», если можно так выразиться, у своего дружка Фримена, проживавшего вместе с женой на ферме в пустынной местности в 100 км. от Аделаиды. Фримен владел куском земли в 2 гектара и занимался выращиванием овец, так что идея Бантина была неплоха. Поскольку Фримен знал Барри Лэйна, требовалось как-то объяснить факт появления машины последнего у Бантина. Последний не стал «заморачиваться» такими пустяками и нашёл самый простой выход — он заявил, будто купил автомобиль у Лэйна, точнее, выменял его за новый телевизор и 50 австралийских долларов в качестве доплаты. Объяснение устроило супругов Фримен и вопросов по поводу брошенной на их участке машины не возникало. Примечательно, что позднее жена Фримена помогла Бантину обменять эту автомашину на другую (поведение четы Фримен вообще представляется довольно странным и в дальнейшем нам в данном очерке ещё не раз придётся вспоминать этих людей).
Разумеется, Бантин рассчитывал воспользоваться и социальной пенсией Лэйна. Дело в том, что последний, являясь прежде судимым, имел право на получение материальной помощи, призванной помочь социальной адаптации бывших уголовников (тут мы сразу проводим параллель с российской действительностью). Барри Лэйн оформил получение двух видов социальных выплат — компенсацию за аренду жилья не выше социального стандарта и пособие по безработице — но!!! по горькой иронии судьбы именно осенью 1997 г. эти начисления подверглись масштабной ревизии. В штате Южная Австралия проводился массовый секвестр социальных выплат и к концу года эта работа дошла до районов, прилегающих к Аделаиде. 27 октября убитый к тому времени Барри Лэйн был лишён всех бюджетных дотаций и его убийце Джону Бантину пришлось, извините за вульгаризм, «утереться рукавом». В общем, поживиться за счёт своей жертвы Бантину и его команде в данном случае не удалось. В 1999 г. банковская карта, привязанная к социальному счёту Барри Лэйна, была найдена криминалистами «Диаграммы» в тайнике по месту жительства Бантина среди вороха старых и явно невостребованных вещей и документов.
Любопытно то, что преступники всё же рассчитывали на возобновление социальных выплат Барри Лэйну. После его убийства они по меньшей мере дважды (в ноябре 1997 г. и в августе 1998 г.) направляли социальной службе от его имени уведомления об изменении места жительства. Но чуда не случилось и бюджетные деньги на счёт Барри Лэйна так и не поступили.
Через некоторое последовал звонок сестре Лэйна и хотя говоривший явно пытался имитировать манеру речи, присущую Барри, она поняла звонил явно не брат. Дело заключалось в том, что брат, начиная телефонный разговор, всегда произносил одну и ту же условную фразу: «Это — Барри!» Однако, в ночь с 17 на 18 октября она не прозвучала, да и голос казался не очень-то похожим на голос брата… В общем, сестра осталась озадачена, а последовавший через несколько минут телефонный звонок встревоженной матери лишь усилил беспокойство. До самого утра мать и сестра набирали номер домашнего телефона Барри Лэйна, но трубку так никто и не поднял.
Очевидно, что Лэйн был убит в коротком интервале времени между звонком матери и звонком сестре. Второй звонок, по-видимому, сделал Тревильян (вопрос этот так и не получил точного ответа).
Останки убитого были обнаружены в той же самой пластиковой бочке, что и труп Гардинера. Причиной смерти явилось удушение петлёй, на шее Лэйна осталась верёвка, а в рот был заправлен носок, игравший роль кляпа. Помимо этого рот был заклеен клейкой лентой, которую убийцы не потрудились удалить. Тело было частично расчленено, очевидно, с целью удобства его размещения в бочке.
Ко времени убийства Барри Лэйна у преступников уже сложился некоторый набор стандартных действий по завладению имуществом жертвы. Перед смертью они пытали Лэйна, узнали pin-код его банковской карты и забрали его документы. Всё более-менее ценное, чем владел убитый, преступники присвоили. Бантин взял автомобиль Лэйна, но поскольку машина была довольно известна среди местных жителей, благоразумно отогнал её подальше от Сэйлисбари-норт. Машину Бантин оставил на «длительное хранение», если можно так выразиться, у своего дружка Фримена, проживавшего вместе с женой на ферме в пустынной местности в 100 км. от Аделаиды. Фримен владел куском земли в 2 гектара и занимался выращиванием овец, так что идея Бантина была неплоха. Поскольку Фримен знал Барри Лэйна, требовалось как-то объяснить факт появления машины последнего у Бантина. Последний не стал «заморачиваться» такими пустяками и нашёл самый простой выход — он заявил, будто купил автомобиль у Лэйна, точнее, выменял его за новый телевизор и 50 австралийских долларов в качестве доплаты. Объяснение устроило супругов Фримен и вопросов по поводу брошенной на их участке машины не возникало. Примечательно, что позднее жена Фримена помогла Бантину обменять эту автомашину на другую (поведение четы Фримен вообще представляется довольно странным и в дальнейшем нам в данном очерке ещё не раз придётся вспоминать этих людей).
Разумеется, Бантин рассчитывал воспользоваться и социальной пенсией Лэйна. Дело в том, что последний, являясь прежде судимым, имел право на получение материальной помощи, призванной помочь социальной адаптации бывших уголовников (тут мы сразу проводим параллель с российской действительностью). Барри Лэйн оформил получение двух видов социальных выплат — компенсацию за аренду жилья не выше социального стандарта и пособие по безработице — но!!! по горькой иронии судьбы именно осенью 1997 г. эти начисления подверглись масштабной ревизии. В штате Южная Австралия проводился массовый секвестр социальных выплат и к концу года эта работа дошла до районов, прилегающих к Аделаиде. 27 октября убитый к тому времени Барри Лэйн был лишён всех бюджетных дотаций и его убийце Джону Бантину пришлось, извините за вульгаризм, «утереться рукавом». В общем, поживиться за счёт своей жертвы Бантину и его команде в данном случае не удалось. В 1999 г. банковская карта, привязанная к социальному счёту Барри Лэйна, была найдена криминалистами «Диаграммы» в тайнике по месту жительства Бантина среди вороха старых и явно невостребованных вещей и документов.
Любопытно то, что преступники всё же рассчитывали на возобновление социальных выплат Барри Лэйну. После его убийства они по меньшей мере дважды (в ноябре 1997 г. и в августе 1998 г.) направляли социальной службе от его имени уведомления об изменении места жительства. Но чуда не случилось и бюджетные деньги на счёт Барри Лэйна так и не поступили.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 27 из 49
