Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
157 мин, 7 сек 11943
Но эта новость оказалась далеко не единственной неприятностью, связанной с очередным криминальным эпизодом банды. Бантин с немалым удивлением узнал, что многие люди хорошо относились к Барри и испытали тревогу из-за его исчезновения. 27 октября — на десятый день с момента исчезновения Барри — его хорошая подруга Мишель Бихе явилась в полицию и сделала заявление о безвестном отстутсвии Лэйна. В ходе собеседования с полицейскими, она сослалась на рассказы матери и сестры Барри о последнем телефонном разговоре с ним. Полиция объявила пропавшего в розыск и всех, знавших Лэйна, начали «дёргать» на беседы с детективами. Не избежал интереса правоохранителей и Роберт Вагнер, ибо ни при каких условиях ему бы не удалось скрыть факт своей гомосексуальной связи с пропавшим. Вагнер дал официальные показания о своих отношениях с Лэйном, а через полгода с момента его убийства удачно«запустил» дезинформацию, детали которой он заблаговременно продумал с Бантином.
В апреле 1998 г. Вагнер в телефонном разговоре с одним из детективов, занимавшихся розыском Лэйна, сообщил, что встретил Барри в торговом центре за сотню километров от Сэйлисбари-норт. Барри вышагивал в компании с каким-то парнем и было явно заметно, что они любовники. Вагнер сказал, что не хотел встречаться и разговарить с Лэйном, с которым он в свое время расстался не очень-то хорошо, а потому ему пришлось спрятаться до того, как Лэйн его заметил.
Кроме этого случая, Роберт Вагнер занимался дезинформацией и другого рода: среди общих знакомых он распустил слух, будто Барри Лэйн продал свой автомобиль какому-то крутому байкеру, при этом нагло обманув покупателя. Заполучив халявные деньги, Лэйн, якобы, пустился в бега, но добром для него это не кончится, если покупатель его отыщет, то вряд ли оставит в живых. Такого рода разговоры Вагнер вёл вплоть до самого ареста.
Хотя убийцам не удалось получать социальные выплаты своей очередной жертвы, тем не менее, их пожива оказалсь довольно значительна. Они опустошили все счета Барри Лэйна и завладели всем его движимым имуществом. По подсчётам детективов группы «Диаграмма» общая сумма денежных средств и стоимость имущества, попавшего в руки преступников, достигли 32 тыс. австралийских долларов. Бантин и его дружки забрали всё, что представляло хоть какую-то ценность. После их ареста выяснилось, например, что Бантин сохранил спортивую сумку Барри Лэйна, а во внедорожнике Элизабет Хэйдон, обнаруженном в Сноутауне, оказался плед, подаренный Барри его матерью (впоследствии этот плед был официально опознан и послужил одной из улик, с помощью которых прокуратура доказывала осведомлённость Марка Хэйдона об обстоятельствах гибели Лэйна).
Не будет ошибкой сказать, что это убийство в какой-то степени предопределило следующее. Начатое полицией в конце октября 1997 г. расследование исчезновения Барри Лэйна автоматически привлекло внимание ко всем, с кем тот общался в последние годы. О том, что полиция допрашивала Роберта Вагнера, уже упоминалось. Но помимо него, интерес правоохранителей привлёк и Томас Тревильян (Thomas Eugenio Trevilyan), последний любовник Лэйна. А вот Тревильян был слабым звеном в преступной группе и его осведомлённость об истинных обстоятельствах исчезновения «папочки Барри», потенциально несла большие риски для безопасности Бантина и Вагнера. А потому физическое устранение Тревильяна являлось всего лишь вопросом времени.
Вообще-то, Томас был человеком реально нездоровым на голову и кажется даже удивительным, что Бантин согласился привлечь этого идиота в свою компанию. В поведении Тревильяна имели место пугающие заскоки, так, например, последний год своей жизни он носил армейский английский френч времён Первой Мировой войны и военные ботинки с высокой шнуровкой. Кроме того, у него выработалась довольно странная привычка совершать прогулки на большие расстояния строевым шагом. Вы только представьте на секундочку, как это должно выглядеть со стороны: австралийское лето с температурой +35°C, а вдоль дороги бодрым строевым шагом шлёпает эдакое чмо с олигофренической улыбкой на губах, в ботинках-«берцах» и наглухо застёгнутом на все пуговицы суконном френче! И ладно бы Тревильян был из категории тех, кого называют«тихими идиотами» — так нет же! — он был весьма деятелен, общителен и болтлив с теми, с кем надо быть очень осторожным в разговоре.
После того, как Мишель Бихе сделала заявление об исчезновении Барри Лэйна, полицейские пригласили для беседы Томаса Тревильяна. Тот сумел до поры отвести от себя подозрения, повторив заранее выученный рассказ, придуманный для него Бантиным и Вагнером, но общение с детективами взволновало Тревильяна. Видимо поддавшись эмоциям, он в тот же день поговорил со своей двоюродной сестрой Линор Пеннер (Lenore Penner) и рассказал ей, что Лэйн был убит и ему известно, кто и как это сделал. Во время этого разговора Тревильян не упоминал фамилий, но его рассказ и так звучал весьма интригующе. 30 октября 1997 г. Линор оставила в своём дневнике запись об этом.
В апреле 1998 г. Вагнер в телефонном разговоре с одним из детективов, занимавшихся розыском Лэйна, сообщил, что встретил Барри в торговом центре за сотню километров от Сэйлисбари-норт. Барри вышагивал в компании с каким-то парнем и было явно заметно, что они любовники. Вагнер сказал, что не хотел встречаться и разговарить с Лэйном, с которым он в свое время расстался не очень-то хорошо, а потому ему пришлось спрятаться до того, как Лэйн его заметил.
Кроме этого случая, Роберт Вагнер занимался дезинформацией и другого рода: среди общих знакомых он распустил слух, будто Барри Лэйн продал свой автомобиль какому-то крутому байкеру, при этом нагло обманув покупателя. Заполучив халявные деньги, Лэйн, якобы, пустился в бега, но добром для него это не кончится, если покупатель его отыщет, то вряд ли оставит в живых. Такого рода разговоры Вагнер вёл вплоть до самого ареста.
Хотя убийцам не удалось получать социальные выплаты своей очередной жертвы, тем не менее, их пожива оказалсь довольно значительна. Они опустошили все счета Барри Лэйна и завладели всем его движимым имуществом. По подсчётам детективов группы «Диаграмма» общая сумма денежных средств и стоимость имущества, попавшего в руки преступников, достигли 32 тыс. австралийских долларов. Бантин и его дружки забрали всё, что представляло хоть какую-то ценность. После их ареста выяснилось, например, что Бантин сохранил спортивую сумку Барри Лэйна, а во внедорожнике Элизабет Хэйдон, обнаруженном в Сноутауне, оказался плед, подаренный Барри его матерью (впоследствии этот плед был официально опознан и послужил одной из улик, с помощью которых прокуратура доказывала осведомлённость Марка Хэйдона об обстоятельствах гибели Лэйна).
Не будет ошибкой сказать, что это убийство в какой-то степени предопределило следующее. Начатое полицией в конце октября 1997 г. расследование исчезновения Барри Лэйна автоматически привлекло внимание ко всем, с кем тот общался в последние годы. О том, что полиция допрашивала Роберта Вагнера, уже упоминалось. Но помимо него, интерес правоохранителей привлёк и Томас Тревильян (Thomas Eugenio Trevilyan), последний любовник Лэйна. А вот Тревильян был слабым звеном в преступной группе и его осведомлённость об истинных обстоятельствах исчезновения «папочки Барри», потенциально несла большие риски для безопасности Бантина и Вагнера. А потому физическое устранение Тревильяна являлось всего лишь вопросом времени.
Вообще-то, Томас был человеком реально нездоровым на голову и кажется даже удивительным, что Бантин согласился привлечь этого идиота в свою компанию. В поведении Тревильяна имели место пугающие заскоки, так, например, последний год своей жизни он носил армейский английский френч времён Первой Мировой войны и военные ботинки с высокой шнуровкой. Кроме того, у него выработалась довольно странная привычка совершать прогулки на большие расстояния строевым шагом. Вы только представьте на секундочку, как это должно выглядеть со стороны: австралийское лето с температурой +35°C, а вдоль дороги бодрым строевым шагом шлёпает эдакое чмо с олигофренической улыбкой на губах, в ботинках-«берцах» и наглухо застёгнутом на все пуговицы суконном френче! И ладно бы Тревильян был из категории тех, кого называют«тихими идиотами» — так нет же! — он был весьма деятелен, общителен и болтлив с теми, с кем надо быть очень осторожным в разговоре.
После того, как Мишель Бихе сделала заявление об исчезновении Барри Лэйна, полицейские пригласили для беседы Томаса Тревильяна. Тот сумел до поры отвести от себя подозрения, повторив заранее выученный рассказ, придуманный для него Бантиным и Вагнером, но общение с детективами взволновало Тревильяна. Видимо поддавшись эмоциям, он в тот же день поговорил со своей двоюродной сестрой Линор Пеннер (Lenore Penner) и рассказал ей, что Лэйн был убит и ему известно, кто и как это сделал. Во время этого разговора Тревильян не упоминал фамилий, но его рассказ и так звучал весьма интригующе. 30 октября 1997 г. Линор оставила в своём дневнике запись об этом.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 28 из 49
