Мрачная легенда Снежного Города

Патрульные, объехав местные клоаки, отыскали Марка Хэйдона и доставили для беседы. Муж пропавшей женщины выглядел встревоженным, но узнав, по какому поводу его «дёрнули» в полицию, как будто даже успокоился. Это было довольно странно, поскольку повод для опроса был, прямо скажем, не очень-то приятным. Любой нормальный человек испытал бы напряжение, узнав, что разговор коснётся истории исчезновения его жены. Тем не менее, Марк Хэйдон довольно буднично ответил на все вопросы детектива. Он подтвердил, что его жена Элизабет действительно отсутствует уже почти неделю и он на самом деле не поднимал шума из-за этого, поскольку считает, что она перед ним сильно виновата и должна извиниться. Мол, если надумает появиться, то пусть принесёт извинения, а сам он разыскивать её не станет, ибо чувствует себя глубоко оскорблённым. Детектив Стоун поинтересовался, чем же это жена оскорбила Марка?

Ответ оказался довольно тривиален и даже предсказуем: Марк Хэйдон заявил, что его жена — блудливая овца и он глубоко раскаивается, что бракосочетался с нею. По его словам, она пыталась склонить к интимной близости его лучшего друга, Джона Бантина, но тот, будучи настоящим джентльменом, отклонил её домогательства и обо всём рассказал мужу, то бишь ему, Марку Хэйдону. Элизабет, понимая, очевидно, что Марк почувствует себя глубоко оскорблённым её неудавшейся попыткой адюльтера, домой не вернулась и, по-видимому, просто боится показаться ему на глаза.

Услыхав такого рода объяснения, детектив Стоун, разумеется, пожелал их проверить. В тот же день ему на беседу доставили Джона Бантина, энергичного, жизнерадостного весельчака 32 лет от роду. Как и Марк Хэйдон он был безработным, но этим всё сходство между ними исчерпывалось. Бантин прежде работал на скотобойне забойщиком скота, а теперь получал неплохое пособие по безработице, был опрятно одет, носил очки, придававшие его внешности некоторую интеллигентность и на фоне 40-летнего доходяги Хэйдона выглядел почти респектабельно. Если оценивать его глазами женщины, то как любовник, он, без сомнения, казался намного более интересным, нежели Хэйдон. Последний, кстати, получал пособие по инвалидности и не скрывал, что тяжело болен. Так что определённый резон в поведении Элизабет Хэйдон, возможно, и имелся.

Узнав, по какой причине его доставили в отдел полиции, Джон Джастин Бантин (John Justin Bunting) выразил полную готовность к сотрудничеству и ответил на все заданные вопросы. Он подтвердил рассказ Марка Хэйдона и особо подчеркнул, что история с исчезновением жены последнего ставит его в двусмысленное положение, ведь получается, что именно его рассказ послужил катализатором случившегося. Возможно, если бы он не пригрозил Элизабет, что расскажет обо всём её мужу, ничего бы не произошло, но насколько правильно было бы поступить таким образом? Много позже детектив Грег Стоун вспоминал, что во время первого разговора с Бантином тот произвёл очень хорошее впечатление — Джон говорил обстоятельно и рассудительно, смотрел в глаза, манера его поведения в целом оставляла хорошее впечатление и вызывала доверие.

Проверка по базам криминального учёта Марка Хэйдона и Джона Бантина показала, что ни тот, ни другой ранее в поле зрения правоохранительных органов не попадали. Если за ними и водились грешки, то вряд ли серьёзные.

Т. о. первая информация, собранная детективом Грегом Стоуном, не выглядела подозрительно. Имелись, конечно, вопросы к поступкам участников этой истории, но они относились скорее к области этики, нежели уголовного права.